Шрифт:
ВЕДЬМА
N-ская колония строгого режима
Буран завывал на все голоса. Он бросал жесткий снег на все, что могло ему противостоять. Казалось, что по зарешеченным окнам снаружи возят проволочной щеткой. Собеседники давно устали друг от друга, от завываний ветра за окном, от ощущения полной изолированности.
Беседа продолжалась уже довольно долго, но больше напоминала монолог, так как второй собеседник почти все время молчал.
Первый, начищенный и прилизанный, с майорскими погонами, уже начинал нервничать и горячиться. Он вскочил со стула и забегал по
Но послушайте, неужели вы предпочитаете провести здесь еще десять лет?! – не выдержав, почти закричал он.
– Между прочим, если вы не согласитесь, у вашей семьи, вернее бывшей семьи, - поправился майор, - могут быть очень большие неприятности. Хотя мы о них позаботились и вывезли в безопасное место. Но вы же понимаете, что у этих, - он сделал неопределенный жест рукой, - большие деньги и, соответственно, возможности, чтобы найти их.
Второй, в темной замусоленной робе заключенного, лениво откинулся на стуле, ухмыльнулся и метким щелчком отправил очередной окурок в стоящую на полу бетонную урну. Он продолжал молчать.
Прекратите издеваться, а то отправитесь в карцер! – взвился майор.
Помилуйте, я еще и не начинал издеваться, - снова ухмыльнулся его собеседник.
– Просто меня не устраивают ваши условия.
Так чего же вы хотите еще?
А как вы думаете?
Больше денег? Насколько?
Ну, раз в пять, - лениво протянул заключенный и потянулся за очередной сигаретой.
– Причем половину сразу перевести, как вы выразились, моей бывшей семье.
Я не уполномочен на такую сумму, но попробую обсудить с начальством. Что-нибудь еще? – майор начал успокаиваться, кажется, диалог налаживался.
Загранпаспорт с открытой Шенгенской визой, естественно на другое имя. Ну и… - он помолчал.
– Моя физиономия с вашей помощью известна всем, кто хоть когда-нибудь смотрел телевизор. Так что обсудите со своим начальством и этот вопрос.
Значит, при положительном решении, вы согласны? – с облегчением выдохнул майор.
Возможно, - уклончиво ответил второй.
Когда майор вышел из душной и вонючей комнаты для свиданий, буран также внезапно стих, как и начался. Казалось, стало еще холоднее, но снег уже весело скрипел под ногами. Мороз пробирал сквозь теплую шинель. Майор поежился и ускорил шаги, оставляя в прошлом неприятного человека, гнусное место и весь этот трудный разговор. Главное дело сделано.
Столичный кабинет
высокого военного начальника
Все-таки он согласился, - задумчиво постукивая золотым «Паркером» по бумагам, лежащим на столе, протянул генерал.
Да, но условия… - осуждающе пробормотал майор.
Условия правильные, я бы тоже такие поставил, - резко сказал генерал, и майор закрыл рот.
– Только вопрос, стоит ли их выполнять. Ведь у него очень мало шансов выжить. Хорошо, если успеет все выполнить… А дальше для всех будет лучше, если…
Повисла тяжелая пауза.
Я все понял, - быстро сказал майор.
Вот и хорошо, - улыбнулся его собеседник.
– А насчет денег семье и паспорта позаботьтесь, чтобы все было сделано. Что же касается изменения внешности, то вы
Дверь за майором тихо закрылась.
Несколько месяцев спустя,
один из областных центров
Марго смотрела в чашку и тихо ее ненавидела. Ей так надоели эти ежевечерние визиты клиентов! Но деньги были нужны, очень нужны. Она все еще надеялась купить хотя бы самую убогую, но отдельную квартиру. Просто обрыдла такая жизнь, когда приходишь домой, а лежа у порога, встречает в стельку пьяный муж.
Выгнать рука не поднималась. Сдохнет ведь, как собака, где-нибудь под забором. Главное, что квартира-то была ее. После окончания института она работала на крупном оборонном заводе программистом. Там ей и дали эту небольшую малогабаритку, где они с этой пьянью и проживали до сих пор.
Когда на заводе почти перестали платить зарплату, Марго уволилась оттуда, а квартира осталась. Ни на что более приличное она рассчитывать теперь не могла.
А как все хорошо начиналось во времена «перестройки». Муж открыл свою мастерскую по ремонту иномарок – дела шли хорошо. Ну и благодарные заказчики приглашали выпить, обмыть… Вот и дообмывался, зараза!
В своей конторе, где Марго работала последние несколько лет, получала немного, но, пока у мужа дела шли хорошо, она была довольна. Рабочий день был относительно свободный, плюс она могла заниматься своим хобби. Именно, хобби, потому что в то время она делала это бесплатно. Как ни банально и смешно звучит, но Марго гадала на кофейной гуще.
Когда-то давно, она впервые после школы, без родительского присмотра, поехала с подругой на юг и ее, совсем еще девчонку, присмотрела на улице старая азербайджанка. Она подошла к Марго, взяла ее за руку и сказала:
У тебя дар, девочка, пойдем со мной, я тебя всему научу.
Вот так Марго и приобрела свои познания. Она гадала всем, никому не отказывая. Считала, что если ей даны такие возможности свыше, то и помогать она обязана безотказно. К ней приходили даже на работу. Очередь была расписана на месяц вперед. Она сама удивлялась, но буквально все клиенты говорили, что сбывается все, до последней мелочи.
Марго никогда не гадала себе. Что-то ее всегда останавливало, хотя иногда очень хотелось узнать собственное будущее. Особенно, сейчас, когда все так плохо – неужели лучше уже не будет, и она обречена прожить всю жизнь с этим алкоголиком?
Наверное, именно это она боялась узнать, вот почему упорно смотрела только чужие чашки. Причем, теперь стала делать это за деньги. Времена изменились. Кофе, и сахар стоят дорого, свободное время еще дороже, а от так называемого супруга, толку вообще никакого.
Плотно прикрыв дверь в комнату с пьяно храпящим мужем, она запускала очередного жаждущего узнать свое будущее на кухню и снова варила и варила кофе.
Марго очнулась от своих печальных мыслей и внимательно посмотрела в чашку, потом озадаченно подняла глаза на клиента. Это был крутой кавказский бизнесмен местного значения по имени Иса. Почему-то в последнее время таких очень много появилось в городе. Они все подминали под себя.