Ведьма
Шрифт:
С гулко бьющимся сердцем она легла в постель. Баст снова устроилась под боком и замурлыкала.
Спальню заполнила отвратительная вонь: что-то дикое, грязное и еще что-то… Кровь?
Холли неуверенно нащупала выключатель, зажгла свет — и снова закричала.
На полу у кровати лежала дохлая черная крыса
— Боже мой, — пролепетала Холли.
Баст замурлыкала громче и подняла глаза на хозяйку, будто говоря: «Ради тебя я убью хоть тысячу таких, только скажи».
7
ГРОЗОВАЯ
Дуйте, зимних сто ветров,
В лед оденьте всех врагов,
Сил добавьте Деверо
В дни, когда прольется кровь.
О Богиня, нам явись,
В грезах вещих покажись,
К цели ты открой нам путь
И в судьбу дай заглянуть.
Кьялиш, решив навестить отца, пригласил с собой Жеро и Эдди, и друзья поехали в чащу на берегу залива. Кьялиш потерял мать в раннем детстве, поэтому, наверное, они с Жеро так сдружились — оба рано остались без материнской ласки. С Эдди Кьялиш был неразлучен — их отношения длились уже три года, и вдвоем они оказались для Жеро самыми лучшими друзьями.
Отца Кьялиша звали Дэн. Он вырос в то время, когда северо-западные индейские племена очень старались «стать американцами» и стремились к ассимиляции с потомками европейских поселенцев, отвергнув многообразие культур. Конечно, тогда и понятия «многообразие культур» не существовало.
С помощью членов своего клана Ворона Дэн выстроил небольшой — на две спальни — бревенчатый дом, установил в нем чугунную печь, на втором этаже устроил спальню, а на заднем дворе сложил парную из кедровых бревен.
Жеро привез жирного лосося, которого сам поймал и разделал, и обменялся с Дэном ритуальными благословениями: «Пусть добрые духи живут во всех твоих словах, делах и в тебе».
Виккане сказали бы: «Благословен будь».
Колдуны сказали бы: «Пусть Бог помогает тебе в твоих сражениях».
Жеро с тринадцати лет занимался с Дэном — с тех пор, как шаман решил, что мальчик готов совершить Путешествие Ворона. Он объяснил Жеро, что тотем Деверо — сокол — играет важную роль в истории его семьи.
— У тебя древняя душа, — прибавил Дэн. — Ей предстоят испытания в этом мире и в следующем.
К великому разочарованию Жеро, все эти годы его древняя душа молчала. Теперь, когда Жеро пережил два видения, услышал имя Изабо и понял, что отец желает смерти какой-то женщине из Сиэтла, юноша решил, что душа наконец-то с ним заговорила.
Дэн черной краской вывел на телах юношей ритуальные символы: воронов — себе и Кьялишу, лосося — Эдди, а на груди Жеро — огромного черного сокола. Все разделись до набедренных
Дэн раскурил трубку мира, набитую магическими травами, и передал ее Жеро, которому предстояло совершить духовное путешествие. Жеро растерянно посмотрел на друзей — им в этот раз предстояла роль наблюдателей. Кьялиш и Эдди обменялись с Жеро рукопожатием. Дэн положил руки на плечи юноше и спросил:
— Ты сомневаешься, мой духовный сын?
Жеро покачал головой. Эдди и Кьялиш подбросили дрова в огонь, жаркий дым заполнил парную. Через несколько минут по разгоряченным телам градом покатился пот, смывая ритуальные изображения тотемов.
— Мне нужно узнать, что замышляют отец с Илаем, но… — неуверенно начал Жеро.
— Ты хочешь остаться в стороне, быть пассивным и незнающим.
В спокойном, ровном голосе Дэна Жеро послышалось обвинение.
«Да, я не хочу быть колдуном, не хочу обладать силой», — подумал Жеро и, сделав над собой усилие, произнес:
— Я должен знать! Помогите мне, духовные братья.
Эдди и Кьялиш согласно подняли большие пальцы, хотя этот жест и выглядел анахронизмом в парной, насквозь пропитанной древними ритуалами.
«Не знаю, за что я им так нравлюсь».
Кьялиш и Эдди считали его верным другом и прислушивались к его мнению вовсе не потому, что Жеро, по уверению Дэна, обладал огромной магической силой.
Жеро раскурил трубку, затянулся горьким дымом и, подхваченный магией трав, взлетел в небо, описывая круги и закладывая виражи…
«Я Фантазм. Я сокол».
Жеро влетел в сводчатое окно замка. По залу, заложив руки за спину, нервно расхаживал мужчина в остроконечной шляпе и длинном алом одеянии, расшитом зелеными лунами и звездами.
— Я не могу, — бормотал он, — я не могу ее убить. Мы не произвели на свет наследника, и виной тому Каоры. Я преодолею их заклинания. Если она забеременеет, мои родственники ее не тронут.
Дверь открылась, и на пороге показался мужчина постарше.
— Ты знаешь, что нужно сделать, — строго сказал он. — Каоры не позволят ей выносить твоего ребенка, пока не выведают у Деверо тайну Черного огня. Этому не бывать!
Молодой человек — Жан, его зовут Жан! — сердито посмотрел на отца.
— Тогда зачем мы вступили в этот союз? Зачем вы женили меня на ней?
— Мы пошли на риск, — признал Лоран. — Секрет Черного огня будет по праву принадлежать отпрыску обоих наших родов, но Каоров это не устраивает. Они желают получить секрет сейчас, а не в следующем поколении.
— И поэтому она должна умереть?! — с горечью воскликнул Жан.
— Хочешь, я сам ее убью? Твои чувства к ней сделали тебя слишком милосердным. — Лоран презрительно фыркнул и стиснул кулаки. — Мысль о вашем союзе родилась вместе с Изабо…