Ведьмак
Шрифт:
– Угу. Нет, не потому. Она обещалась от меня забеременеть. Вот я и терпел, сколько мог. Старался ей угодить. Да что-то у нас не получилось. А уехала в город, и там с каким-то мужиком двоих привела. Наверное, в городе климат другой, для баб пользительный. Так что ты там насчет кабанчика говорил?
– Прежде чем его зарезать, хозяин, чтобы успокоить бедную тварь, чешет ей за ухом, дает пожевать что-нибудь вкусненькое и всякие нежные словечки на ухо нашептывает. Тогда кабанчик идет на заклание бестрепетно
– Эт да, точно. Свиньи за сутки чуют, что на них ножи точат. А причем тут американцы?
– Они, в общем-то, ни при чем. Хорошие люди. Обычные. Живут такими же заботами, как и мы. Но среди них есть некоторые штатские (да и при погонах тоже) хуже змей подколодных. Спят и видят, как въезжают в Москву на белом коне. Одной рукой нам уши чешут, а другой приноравливаются нож всадить под сердце в самый неподходящий для нас момент. Большой политик, как говаривал царь Петруха Первый.
– Все на нас лезут, лезут… Не хочу больше войны. Насмотрелся.
– А кто хочет? Иракские дети, на которых сейчас дядюшка Сэм бомбы сыплет вместо гостинцев к байраму?
– Да-а, дела… Помереть спокойно не дадут.
– Подожди до две тысячи четырнадцатого года. Уйдем в преисподнюю вместе с американцами, чтобы веселей было. У них много золота и долларов, а у нас будет водочка, сальцо со ржаным хлебом и грибочки маринованные. Вот тогда мы и оттянемся на всю катушку. За все сразу. На золото в аду разве что смолы можно будет купить побольше, да дровишек пожарче. Вот тогда богатые янки и попляшут. Хрен мы им хоть кусочек дадим.
– Типун тебе на язык! Не надо нам четырнадцатого года. Людей жалко.
– И то правда. Особенно наших, российских. Им столько всего довелось вынести за свою тысячелетнюю историю, что, пожалуй, нужно их отправлять прямиком в рай, минуя чистилище. В аду они уже пожили. Да и сейчас многие там живут. Но это, так сказать, отступление. Вернемся к нашим черным тараканам. Вон они шагают, зловредные насекомые. А ведет их козел, да не простой, а заграничный. Что он забыл в этой тине и омутах?
– Да, место там топкое…
– Вот-вот. Не думаю, чтобы в древние времена нашелся дурак, способный спрятать свои сокровища в болоте. Впрочем, возможно и тогда водились глупые Буратины, считающие, что на поле дураков запросто может вырасти большое денежное дерево, если зарыть в землю сундук с золотыми монетами.
– Говаривали старики, что иногда над болотом появлялись огненные шары, а затем падали. Где шар упал, там открывается рудная жила. Золотая. Не надолго – на неделю, две. Но в этот момент золото можно было грести лопатой. Многие обогатились.
– Это сказки или ты сам что-то подобное наблюдал?
– Наблюдал, – не без колебаний ответил Зосима.
Боится, понял я. Боится, что подниму его на смех. Наверное,
По крайней мере, так рассказывают уфологи. (Правда, этим «энтузиастам» и сбрехать ради сенсации недолго).
– Ну и что? Золотишко искал? – спросил я не без задней мысли.
– Дык, это, зачем оно мне? С богатством одна маята.
– Так-то оно так, но сдается мне, что ты просто поленился грязь месить из-за дедовских фантазий. Я угадал?
– Дело ночью было… – Зосима смутился. – Я как раз вышел покурить. Тут оно и жахнуло.
– Понятно. Тебе нужно было одеться, найти слегу подлиннее, а потом еще топать хрен знает куда, да еще по темноте… А тут постель уже разобрана, ужин стынет, да и рюмочка уже налита. Я прав?
– Ну, где-то так…
– Эх, ты… Нету в твоей душе романтики. Испарилась. Перебродила. Такой случай упустил… И куда этот шарик упал?
– В Пимкино болото, куда же еще. Проклятое место…
– А вон те фраера не боятся никаких проклятий, – указал я кивком головы на черноризцев, упрямо продвигавшихся к только им известной цели. – Кстати, когда это случилось?
– Дык, намедни.
– То есть?…
– В прошлом году. Как раз перед приездом того черного… с клюкой.
– Это было знамение. – Я ухмыльнулся. – Когда появляется комета, жди больших неприятностей. Похоже, наш сатанист – весьма увлекающаяся личность. Искать золото на болоте, пользуясь непроверенными данными, а всего лишь легендой, – это, знаете ли, что-то весьма необычное. Он не расспрашивал точное место падения огненного шара?
– Нет. Не знаю. Может быть. Но ко мне никто не подходил.
– Короче говоря, мне совсем не кажется, что у черноризца в голове мякина. Он произвел на меня впечатление человека очень даже неглупого. К тому же, создать секту и руководить ею недалекий, примитивный человек не сможет. Нужны какие-то особые качества. Например, хитрость, расчетливость. Такой человек в побасенку о золоте, появляющемся на болоте после паления болида, не поверит.
– Дык, это, про золото все правда, – не сдавался Зосима.
– То-то я смотрю, все ваши деревенские в шелках китайских ходят и на «мерсах» катаются. Чего проще: взял лопату, сходил на Пимкино болото, накопал золотишка – и гужуй до конца жизни с душой нараспашку.
– Не смейся. Было дело, говорю тебе. Нашу станцию кто построил?
– Откуда мне знать? Я ведь не абориген.
– Купец Телешев. А откуда он родом? Из наших мест. Деревенский. Подпаском был. Сирота. Чужие люди приютили, когда его родители померли от испанки. Вот он и нашел на болоте золото. Увидел, куда упал шар, – как раз скотину пас неподалеку – и сразу на то место…