Ведьмак
Шрифт:
– А чего мне обижаться? Это не мой сарай. Я ем просто. Тебе потом куда?
– А куда мне? В гостиницу, наверное. Ты попроси счёт.
– Ой, Москва-а-а… – Олег положил руку на лоб. – Да я рассчитался давно, когда покупал. Это ж не ресторан!
– Почему ты? – удивилась Вера. – Я же тебя пригласила. Я и должна платить.
– Ты плати в такси. – Олег махнул рукой в сторону своей машины, стоящей у входа. – А тут я и сам могу. Что я, не мужик?
Он доел, отодвинул пластиковую тарелку и встал. Мужик. Красивый, к тому же. Она хотела спросить, какое у него образование. Точно. Но вместо этого спросила:
– А сколько тут стоит шашлык?
– Не
В гостинице Павел возлежал на кровати с ноутбуком на коленях. Они давно уже не разоряли организацию на разные номера. Политика компании не запрещала романов на работе, всем было наплевать, лишь бы план выполнялся. Про их отношения, которые длились уже больше года, знал весь офис. И никому не было до этого никакого дела, но шеф однажды спросил, будет ли Вере удобно, если номер им будут заказывать один на двоих. Тем более, что в таких командировках в принципе мог справиться один сотрудник. Это можно было перевести примерно, как «Вера Николаевна, если Вам уж так охота возить с собой своего любовника, так может вы хотя бы не будете разорять компанию на лишний номер в гостинице». Роман был в разгаре. Страсти кипели и бурлили, а побыть вдвоем до утра, поспать в обнимку, понежиться в кровати, им только в командировках и удавалось. Они все равно ночевали в одном номере, так что спорить с шефом Вера не стала. А вот сейчас была готова кусать локти. Так не хотелось ей смотреть на обиженную Пашину рожу. А смотреть придется. Ещё и выслушать что-нибудь придется наверняка. Пойти на ресепшен, попросить отдельный номер? Но это всё. Конец отношениям. А что её держит в этих отношениях? Нет, всё-таки отдельный номер – это перебор. Ну, выслушает она пару претензий от Павлика, ну помурлыкает ласково. Потом они сходят погулять, потом поужинают где-нибудь, потом займутся сексом, и Паша оттает. Вера села и приготовилась выслушивать. Павел, в свою очередь, приготовился негодовать, и не успел. У Веры зазвонил телефон. Дочь. Паша в отчаянии закатил глаза.
– Слушаю, Даша.
– Мамуль, ты как?
– Всё в порядке.
– Точно? – переспросила дочь.
И тут какие-то странности.
– Конечно. А почему ты спрашиваешь?
– Просто так. Просто… у меня какое-то непонятное предчувствие. Но, может оно и не про тебя. Я не пойму, про кого.
– Какое предчувствие, Бог с тобой, дочка. Что ты там выдумываешь?
– Мам, ладно. Ты мне звони, главное, раз в сутки хотя бы.
– Хорошо. И ты звони.
– А я и звоню. – теплым голосом сказала Даша. – И ты звони. Целу-ую.
И отсоединилась. Прекрасно. Вере может быть тоже хотелось кого-нибудь поцеловать, но в трубке уже воцарилась тишина. Придется целовать Павла. Но сначала, нужно дать ему повозмущаться. Заслужил.
– Павлик, извини. Говори, что ты хотел сказать.
– Во-первых, хватит звать меня Павлик.
– А с этим-то что не так?
– Я себя чувствую, как в детском саду. А мне уже больше тридцати лет.
– Так. Что еще?
– Еще прощу тебя не сваливать на меня всю работу. Я не могу справиться со всем. Я не такой… умный, как ты. Не такой опытный.
– Понятно. Что-то еще?
– Вера, – очень серьезно сказал Павел, откладывая ноутбук, – расскажи мне, что с тобой случилось в этом городе? Ты приехала сюда нормальной. А потом, в аэропорту, с тобой что-то случилось. Тебе не звонили. Ты никуда не отходила от меня. Значит, ты кого-то увидела. Третьего не дано.
– Следуя твоим выводам, даже второго не
– Что? – опешил недостаточно умный и опытный Павлик.
– Неважно. Что дальше? Допустим, со мной что-то случилось. Допустим, я кого-то или что-то увидела. Я тебе ясно дала понять, что все расскажу потом. Почему именно в то время, когда со мной происходит что-то не то, ты начинаешь вести себя как маленький ребенок? При этом требуешь, чтобы тебя не называли Павликом, как в детском саду. Может быть, меня стоит поддержать, если ты видишь, что не всё в порядке? Или хотя бы не раздражать своей тупостью?
Вера почти перешла на крик. Вряд ли она когда-нибудь так кричала даже на мужа, с которым прожила двадцать три года. А уж кричать на любовника… но ведь это он её довел. Вера терпеть не могла конфликты. С детства не выносила. Тупых людей и ссоры. Ссоры с тупыми людьми особенно. Она делала всё, чтобы не опускаться до такого. И вот надо же… опустилась. Паша, который за всё время знакомства не видел Веру такой злой, заткнулся и принялся за работу с удвоенной силой. Кто её знает. Еще уволит. Потерять отношения с ней куда ни шло, но остаться без работы Паше совершенно не улыбалось.
Вера вышла в коридор. Она в этом городе неполный день, а устала уже, как ломовая лошадь. Нет, не пойдет она просить отдельный номер. Совсем не этого ей хочется сейчас. Вера вытащила из сумки почти севший мобильник, и набрала номер. Ответили почти сразу.
– Олег, извини. Я, наверное, тебя сегодня достала уже…
– Всё нормально, ты чего? А что у тебя с голосом? Ты плачешь что ли?
– Пока нет. Но могу.
– Брось. Это непродуктивно.
– Олег, – улыбнулась она в трубку, – а кто ты по образованию?
– Да иди ты!
– Ну, правда?
– Инженер-конструктор автомобилей.
– Олег, давай напьемся, а? – жалобно спросила Вера.
Напивались они очень тщательно. Вере было неловко, что она нарушила рабочие планы Олега. Но он отмахнулся от её извинений:
– Да брось. Послезавтра своё накатаю.
– Почему послезавтра, а не завтра?
– Ну, я смотрю мы тут основательно засели. – Олег кивнул на бутылку виски, стоящую перед ними. – Боюсь, похмелье неизбежно.
– Олег, тут ты не будешь возражать, что заплачу я?
– Не буду, не буду. Я обычно себе таких дорогих праздников не позволяю.
– Почему ты не хочешь жить в Москве, а?
– Вера, хрен с ним, где я хочу жить, и где живу. Ты сказала, что когда выпьешь достаточно – расскажешь, что с тобой происходит.
– Пока недостаточно.
– Понял, – кивнул Олег и подлил ей в стакан, – продолжай.
– Говорить?
– Пить.
Вера послушно выпила. Закусила шоколадкой. Посмотрела на своего собутыльника.
– Знаешь, сколько мне лет?
– Ну, думаю, чуть больше, чем мне…
– Тебе около тридцати?
– В точку. Мне тридцать три года.
– А мне сорок пять!
– Да иди ты! – искренне восхитился Олег. – Сроду бы не подумал. Ты выглядишь как моя ровесница.
– Я знаю. Генетика хорошая.
Неожиданно Вера уловила какой-то скрытый темный смысл в том, что сказала про генетику. Генетика очевидно хорошая… но не настолько же. Отцу бы не помогла генетика выглядеть в семьдесят лет на сорок пять. А кто вообще сказал, что ему семьдесят? Что ему всего семьдесят? Вере стало очень жутко. А глумливый внутренний голос шепнул у неё в голове: «А кто вообще сказал, что это твой отец?». Вера залпом допила содержимое стакана и спросила: