Ведьмак
Шрифт:
Я упал на спину, придавленный телом Меншикова, который в это самое время попытался вцепиться мне в шею острыми клыками. Драконью броню прокусить он не смог, и этой секундной заминки мне хватило, чтобы отбросить его от меня направленной голой силой. Я прыжком вскочил на ноги и вмиг преодолел отделяющее нас расстояние, вкладывая в удар все ресурсы, которые еще остались в моем теле. Серебряный клинок с легкостью пробил грудную клетку, вонзаясь в сердце чудовища.
Оборотень замер, несколько секунд посмотрел на меня удивленным и непонимающим взглядом, но я уверенно надавил на меч, который вошел уже по
Лина быстро подбежала ко мне и взяла за руку, одновременно с этим схватив оборотня за плечо, прикусив от напряжения губу. Поток чистой энергии хлынул ко мне, буквально заставляя мое тело выгибаться от силы, которую он не мог за короткое время распределить. Меня окутало морозным вихрем, в эпицентре которого находились мы втроем. Я вливал в него избыток магической энергии, предотвращая свое тело от взрыва. Чувство переполнения в груди усиливалось с каждой секундой, а изначально небольшой вихрь превратился уже в огромный смерч, который заполнял все пространство небольшой комнаты. Я выхватил из ножен кинжал, выпуская из руки серебряный клинок. Я вцепился в рукоять родового артефакта, глядя, как сильно и ярко зажигается кристалл силы.
Лина покачнулась, но, прикрыв глаза, все же смогла устоять на ногах. Она открыла глаза, из которых начал исходить голубой свет. Лучи этого света, соединяясь с потоками вихря, усиливали его. Из-за гула, стоящего вокруг меня, закладывало уши, и я только краем сознания отметил, как девушка закричала, отпуская мою руку и падая на колени.
Вихрь, буквально только что бушевавший вокруг нас, начал затихать, оставляя после себя лишь пыль, труху и битое стекло — все, что осталось от предметов в комнате.
Я подлетел к Лине, которая подняла голову и тихо улыбнулась, пытаясь подняться.
— Все хорошо, — успокоила она меня. — Просто впервые такая энергия прошла сквозь меня. Ты как?
— Чувствую себя бомбой замедленного действия, — честно ответил я, подхватывая девушку на руки и ставя ту на ноги. — Ты заешь координаты, где маг готовит свой ритуал?
Она кивнула и достала телепорт из кармана, активируя проход, в то время, как я смотрел на тело древнего оборотня, которое медленно осыпалось черным пеплом, не оставляя после себя больше никаких следов.
Окно телепорта открылось, и я первым шагнул в него, сомневаясь, что мне удастся долго сохранить в себе ту силу, которая буквально распирала меня изнутри. Каждая клеточка моего организма старалась сбросить с себя окутывающие потоки и освободиться, но я как мог сдерживал это, переходя в полумедитативное состояние, чтобы лучше контролировать себя.
Мы оказались где-то в лесу. Местность была мне не знакома, а никаких звуков, указывающих на то, что где-то готовится к ритуалу маг, я не слышал.
— Пойдем, тут недалеко, — обеспокоенно проговорила Лина, беря меня за руку, которую тут же отдернула с резким вскриком. Ее ладонь была обожжена, кожа покраснела, и местами на ней появились небольшие пузыри. Она пристально на меня посмотрела, после чего развернулась и практически побежала в нужную
Мне с трудом удавалось двигаться вперед. Мышцы были словно набиты солью, а ноги и руки практически не слушались меня. Каждый сделанный мною шаг оставлял после себя морозные следы, в виде толстого пласта льда на земле, а небольшой ручеек, который мы перешли прежде, чем подняться в небольшую гору и оказаться на пустой поляне, мгновенно окрасился кровавым цветом.
На идеально круглой поляне, окруженный ровным частоколом деревьев, стоял черный алтарь с зажженными свечами. Пахло свежей кровью, запах которой исходил от ритуально принесенного в жертву оборотня, распятого на причудливом, кривом кресте. Распутин стоял возле алтаря ко мне спиной, тягучим речитативом произнеся заклинания для ритуала.
— Я уже думал, что вы пропустите мое возрождение, — тихо произнес он и медленно повернулся ко мне, вытягивая руку в мою сторону.
Сотни огненных стрел встретились с моим щитом, не принося тому никакого урона. Последовавший за ними огненный шар и метеоритный дождь так же впитались в защитный купол, не оставляя после себя никаких следов.
— Неплохо, — усмехнулся маг, уворачиваясь от морозных стрел, уже выпущенных мною в его сторону. Защиту он никакую не ставил, просто сбивая огненным клинком, сотворенным прямо из воздуха, летевшие в него снаряды.
От ледяного тарана он уклониться уже не смог. Встретившись с моим заклинанием, огненный меч рассыпался искрами прямо в руках противника, а сам он отлетел назад, разбивая собой часть алтаря.
Кроваво-ледяные цепи шестой ступени вылетели из моих ладоней, и по рукам и ногам связали мага, поднимая того в воздух. Распутин не старался вырваться, а только запрокинул голову и зловеще рассмеялся, гладя на быстро темнеющее небо.
— Глупец, — разнесся его голос по поляне. — Ты, правда, думал перехитрить меня? — дослушивать его я не стал.
Огромный морозный волк материализовался прямо передо мной и ринулся в атаку на мага. Одно из мощнейших заклинаний шестой ступени, которое я успел разыскать в моем подсознании, пока мы шли от точки телепорта до этой поляны. Управляемый мною элементаль, состоящий из чистых потоков морозной энергии, в один прыжок достиг все еще смеющегося мага, который в этот самый момент резко разорвал стягивающие его цепи и принял удар волшебного зверя на себя. Атака волка, вопреки всем моим ожиданиям, не принесла магу ни малейшего вреда, а сам морозный элементаль словно растворился в нем, напитывая того силой.
— Ваше поколение так слабо, — опустился он на землю, поднимая руки вверх. Становилось все темнее. — Не составило ни малейшего труда проникнуть в голову той юной ведьме, чтобы вложить в нее этот план. Если я не могу поглотить силу оборотня, то я легко поглощу ее от тебя. Вы не стоите ничего, и ни одна живая ныне душа не в силах меня остановить. Ты думаешь, ритуал только начался? Глупец! Ритуал поглощения начался уже давно, и для его завершения мне нужен был только ты.
Огненный ад разверзся на поляне. Деревья, окружающие ее, загорелись, освещая местность в наступившей полной темноте. Трава и сама земля, казалось, загорелась, прожигая многие метры в глубь.