Ведьмины внуки
Шрифт:
Входная дверь оказалась не запертой, но, когда капитан ее открывал, она заскрипела так громко, что от задумки застать фальшивых призраков врасплох пришлось отказаться. Живцов вдруг поймал себя на мысли, что скрипа двери, когда в дом заходили дети, он почему-то не слышал, но подумал, что наверно они отворяли ее не так широко.
В сенях было прохладно, но не так, как на улице. Капитан открыл следующую дверь и вошел в хорошо натопленную комнату.
В печи возле стены шипели и потрескивали дрова, объятые языками пламени, под потолком ярко
Уже через секунду Живцов понял, что это не так. Что это было всего лишь видение из прошлой жизни этого дома, которое сохранили его промерзлые стены, завешенные по углам густой паутиной.
И что за пыльным столом никто не сидит, а лампы под потолком уже давно нет и свет пробивается только через щели в рассохшихся ставнях, наглухо закрывших окна. И что в печи не пылают дрова и кроме остывшей золы он ничего в ее топке не найдет. Наверно, той самой золы от тех самых дров, что и стали причиной несчастного случая.
В Живцове вдруг пробудился инстинкт сыщика. Он решил по остаткам сгоревших дров проверить, если получится, а действительно ли несчастье произошло случайно или дети специально напихали их в печку много, не желая уезжать в детский дом.
Капитан подошел к печке, но едва протянул руку к ее чугунной дверце, как жутко пугающая мысль пронзила его голову. Живцов вдруг будто увидел, как его пальцы примерзают к ледяному металлу дверцы, а он пытается их оторвать, до крови сдирая кожу.
Страх овладел им настолько сильно, что рука сама собой отдернулась от дверцы.
«Да ну ее, – подумал Живцов. – Чего я в этой куче пепла смогу накопать?»
Он еще раз оглядел пустую и темную комнату, пронизанную холодом. Ее стены словно шептали ему: «Уходи, не тревожь нас, дай нам покой». Будто сам дом, обретший душу колдовством своей хозяйки-ведьмы, не желал отдать себя кому-то другому и захотел в одиночестве закончить свои дни.
Живцов вышел и аккуратно закрыл за собой все двери. Вдруг нахлынула тоска, словно он заходил в дом, где лежит покойник. Не оборачиваясь, капитан направился к дому, за воротами которого его ждал участковый. Голова у него кружилась и от этого его немного шатало.
А еще он был растерян. Потому что не понимал, как такой фокус с привидениями можно было сделать. Это тебе не зеркала, ниточки и двойное дно. Здесь реально был холодный, темный, давно покинутый дом.
Мячиков встретил его скорбной улыбкой, будто жалел.
– Убедились? – сказал он. – Дом пустой. И уже давно.
– Да, я убедился, – немного заплетающимся языком ответил Живцов.
– А дым-то идет, – Мячиков показал на крышу дома, где из трубы по-прежнему валил дым.
– И что это значит?
– А то, что дым – это тоже привидение. А может какая другая нечисть. Слышали, входная дверь у дома скрипит? А когда дети заходят – не скрипит. И еще дед Макар рассказывал: бывало снегу
– Так это они строительству мешают? А мне сказали, что привидения.
– Привидения тоже. Жители как раз не очень помешали. Пару раз собрались на митинг – не помогло. Потом в цепь стали – заслоном против приехавшей техники. Так их нанятые Гороховым молодчики из охранной конторы растащили. И вот когда бульдозеры уже площадку под строительство собрались ровнять, дети там эти появились. Бульдозеристы тут же развернулись и уехали. А охраннички строем убежали, вслед за своим командиром. Натурально строем. Жаль я эту картину не видел.
– Чем же их дети так напугали?
– Не знаю. И никто из жителей не знает. Постояли они там молча и ушли… После этого еще раз бульдозеры приезжали, уже не те. И опять с охранниками, тоже другими. Только никто из поселковых к ним даже не вышел. Вру, дед Макар вышел. Указал на детей-призраков, стоявших возле их дома, и даже этого хватило. Тут же все смылись.
– Дед Макар? – заинтересовался вдруг Живцов. – А давайте-ка мы его навестим. Он ведь совсем рядом с домом ведьмы живет, ближе всех. Может что еще знает.
– Живет-то он, конечно, живет. Только вряд ли говорить захочет.
– Почему?
– Характер скверный. Я к нему подхода не нашел. А тоже хотел про детей поговорить.
– Так может ему налить стоило?
– Не вздумайте ему это предложить. Я как раз с этого начал и обжегся. Дед спиртное на дух не переносит. Только травяные отвары да ягодные настои пьет.
– Ну, давайте просто с ним поговорим. Может у него и не скверный характер. Может он просто на Вас за предложение выпить рассердился.
– Вряд ли. Впрочем, попробуйте.
Полицейские прошли к дому деда Макара. Сержант постучал в калитку деревянной чушкой, привязанной к ней веревкой. В окне показалась голова, обрамленная длинными седыми волосами и широкой, не менее седой бородой, и тут же скрылась.
Через пару минут из дома вышел сутулый старичок в телогрейке и валенках и, шаркая ногами, медленно двинулся к калитке.
– Чего прискакал, Мячик? – недружелюбно прошамкал он, тяжело дыша. – А это еще кто с тобой? Журналист?
– Журналист, – мгновенно соврал Живцов. – Пишу статью о таинственных явлениях в нашей жизни. Узнал, что у вас в поселке привидения водятся. Не расскажете?
– Конечно не расскажу, – сказал дед, дойдя, наконец, до калитки, и усмехнулся. – Что Вы хотите не услышать?
– Ну, зачем Вы так? – изобразил обиду Живцов. – Я ведь Вам ничего не сделал.
– Если бы сделал, я бы только на крыльцо вышел. И с ружьем. А так я до самой калитки прошел. Это в мои годы совсем нелегко. Так что считай, мил человек, сей подвиг вершиной моего к тебе уважения.