Век Авалона

Милютин Сергей Витальевич

Харт помолчал.

– Поймите, Мэри. Это же не просто беспамятство. Он сейчас в каком-то

своем мире.

Наконец, он нашел в себе силы повернуться к девушке и посмотреть ей в глаза.

– Вы можете представить - зная о своем брате, о его недуге больше, чем кто-либо - какой это чудовищный мир?

Мэри опустила голову, с ее ресницы капнула слеза.

– Ну что же, доктор. Если так, я согласна.

– Сестра Квин!
– громко сказал Харт, - Принесите документы

из папки пациента Корна. И... подготовьте аппаратуру к отключению.

***

Вестник вышел на балкон. Оглядел толпу под балконом, внимающую ему со страхом и надеждой. Джон Корн еле заметно вздохнул и воздел руки к ярко-желтому ласковому солнцу, нарисованному его воображением на выдуманном им пронзительно голубом небе.

– Дети мои! Эра зла и страданий окончена. Теперь все будет по-другому.