Шрифт:
– Сети нет, – Ульяна тяжело вздохнула и опустила телефон.
– Так её здесь никогда и не было. Связь только на холме работает. И то без интернета, – невесело откликнулась Марина, – Спасибо, блин, большое, Настя, – приподнявшись на локтях, она зло зыркнула на младшую сестру, – Из-за тебя мы на неделю вдали от нормального мира!
– Да кто ж знал? – нервно дёргая прядь ярко-розовых волос, буркнула Настя. Волосы всё ещё имели химический запах краски, лишний раз напоминая девочке о причине их ссылки в деревню. – К тому же тебе здесь вроде бы нравилось.
– Вот именно! Летом! А сейчас конец октября! Почему косячишь ты, а отдуваемся мы все втроём? Если бы не очередная твоя покраска волос мы бы спокойно пожили недельку дома, пока родители на конференции. Но нет, у тебя же бзик какой-то, не дай бог, тебя опять с Ульяной перепутают! Может, ты в следующий раз себе татушку на лбу сделаешь, чтобы наверняка?!
– Не кричи, – шикнула на старшую сестру Ульяна, – дедушка услышит… или баба Гася.
Марина поёжилась. Баба Гася приходилась девочкам прабабушкой и все три сестры с детства побаивались её. У прабабки была своя комната в доме бабушки и дедушки, которую она никогда не покидала. И вроде бы в старой больной женщине не должно было быть ничего пугающего, да только зайти к ней в комнату могла только её сиделка Женя, бабушка и почему-то Марина. На всех остальных баба Гася страшно шипела и начинала швыряться вещами с несвойственной для старой женщины силой. Ульянка лет в десять даже вычитала где-то в интернете, что одно из производных от полного имени бабы Гаси – «Яга». И это только добавило сёстрам страха перед прабабкой.
– Ну и что мы будем здесь делать? – уже тише и спокойнее поинтересовалась Марина, – Нам даже ноут с собой взять не разрешили.
– Марусь! Иди сюда! – из глубины дома послышался громкий голос деда.
Марина скривилась, но поднялась с кровати.
– Бабушка к соседке ушла, а время уже… собери и отнеси бабе Гасе обед, – дед кивнул на плиту, когда Марина зашла на кухню.
Девочка замялась. Вот только что она думала о прабабке, и теперь нужно будет идти к ней в комнату. Делать этого ужасно не хотелось.
– Давай-давай, Маруська, а то бабка расшумится, если ей вовремя обед не подать.
В комнату бабы Гаси Марина заходила с опаской. Несмотря на то что на улице было светло, в комнате стоял полумрак. Шторы на окнах были задёрнуты. Сколько Марина помнила, в этой комнате всегда было темно, жарко и душно. Каждый раз, когда ей приходилось сюда заглядывать, она подспудно ожидала услышать запах лекарств, болезни или немытого тела, но здесь всегда стоял густой удушливый запах каких-то трав, от которого кружилась голова.
– Здравствуйте, – прошептала девочка, разглядев на кровати фигуру бабки, замотанную в одеяло.
Баба Гася молча махнула на столик возле себя.
Марина поставила поднос с обедом на стол и уже собиралась уходить, когда бабка резко схватила её за руку и слегка потянула на себя.
– Не ходи… не ходи, – дребезжащим шёпотом проговорила баба Гася, смотря куда-то мимо Марины, – Велесова ночь. Оставайся дома в Велесову ночь, иначе несдобровать.
В
– Пойдёшь… всё равно пойдёшь, – баба Гася покачала головой.
Марина попятилась к двери. Она всегда подозревала, что баба Гася слегка не в себе.
– Закрой лицо в Велесову ночь! Закрой лицо! И тогда нечистые духи тебя не найдут! – эти слова настигли Марину, когда она уже закрывала дверь с обратной стороны.
– Сумасшедшая ведьма, – буркнула себе под нос девочка, потирая запястье.
– Маринка! Мы придумали, чем нам заняться, хотя бы сегодня! – стоило только Марине перешагнуть порог детской, завопила Настя, – Ты же помнишь, что сегодня за ночь?
Марина, всё ещё находящаяся под впечатлением от происшествия с бабой Гасей, ошарашенно пробормотала:
– Велесова?
– Чего? Какая ещё Велесова ночь, Маринка? Сегодня Хэллоуин!
– А, точно. И что с того? Ты предлагаешь накинуть простыни и пойти по домам собирать конфеты? Боюсь, нас в деревне не поймут, – заваливаясь на свою кровать, ответила Марина.
– Да нет же! Мы с Ульянкой тут кое-что вспомнили! – Настя уселась в ногах у старшей сестры, – Помнишь летом сюда приезжали парни из Алёшинки или Антоновки… – девочка задумалась, – или Алексеевки? В общем, неважно откуда. Они ещё байки всякие рассказывали про деревни.
– Ну, припоминаю что-то такое. При чём тут это? – Марина повернулась к Ульяне, надеясь, что хоть она толком объяснит, что они задумали.
– Тёма тогда рассказал про нежить заброшенных домов. Вот мы и решили пойти сегодня в тот дом, что через поляну стоит у края лесопосадки, вызвать пустодомку!
Марина не разделяла энтузиазма сестёр. Сев на кровати она внимательно посмотрела сначала на Ульяну, затем на Настю. Лица близняшек светились от предвкушения.
– И зачем нам её вызывать?
Ульяна пожала плечами, Настя повторив тот же жест ответила:
– Просто по приколу.
– И вызывать её надо, конечно же, ночью?
– Ну а чего интересного идти туда при свете дня?
Марина вспомнила заброшенный дом, о котором шла речь и подумала, что ей и днём не очень хотелось бы там оказаться. Но сёстры казались такими воодушевлёнными грядущим приключением, что ничего не оставалось кроме как согласиться.
– Вот же дубак, – натягивая шарф так, чтобы закрыть нос, пробормотала Ульяна.
Девочки дождались, пока в доме все уснут, чтобы никто не начал задавать вопросы, куда это они собрались ночью, и тихонько выбрались на улицу.
– А ты ещё ржала надо мной, когда я купила себе лыжную шапку. Вот, пригодилась, – на насте красовалась почти такая же ярко-розовая, как и её волосы, балаклава.
– Если бы не цвет, можно было подумать, что ты идёшь кого-то грабить, – хихикнула Ульянка.
– Ты главное бабушке с дедушкой в таком виде не попадись, не поймут, – догоняя близняшек, хмыкнула Марина.