Велиалит
Шрифт:
— Я думал, всю жизнь буду отмываться, — тихо произнес Филипп, когда уже чуть позже присоединился к компании друзей на кухне, — вы представляете?
— То есть, этот самый колдун пытался тебя убить с помощью змея? Но это была иллюзия, — Саша задумался, — то есть, в теории, если бы ты перестал бояться, то этот самый змей рассыпался бы прахом?
— В том то и дело, что нет, — загадочно ответил Филипп, пригубив чай, — он материализован. То есть, демон иллюзий не просто создает миражи, он выдергивает из сознания самые большие страхи и делает их реальными.
— Я не знал, что ты боишься змей, — вдруг вспомнил Саша, — логичней было бы натравить
— Очень смешно, — Фил осторожно пальцем столкнул в пепельницу отчаянно дымившийся бычок, не докуренный Сашей. Затем несколько пронзительно тихих мгновений парень растирал пепел по ладоням, полубезумным взглядом провожая последние струйки, вырывавшиеся из остатков сигареты.
— Помой руки, — посоветовал Рома, участливо глядя на Фила, — и приляг. На тебя очень сильно повлияло это приключение.
На мгновение в глазах парня застыла ярость, но уже через секунду, преисполненный смирения, Филипп встал с места и молча направился в комнату. На выходе из кухни он обернулся и на одном духу произнес:
— Узнайте, как с этим бороться! Мне очень страшно, я чуть не умер! Мне не нужен этот меч, мне все это не нужно! Зачем мне свобода, купленная ценой вечной борьбы! Я хочу лечь спать, а, проснувшись, лишиться сознания, как все жители этого чертового города!, — в глазах мальчика блеснули слезы, — я только начал жить! И за что мне это? За что? И вы в придачу. Мои друзья. Вас ведь будут пытаться убить точно так же!
— Успокойся, — Рома протянул к Филиппу руку. Но парень, сжавшись и отскочив в сторону, зарычал, словно дикий зверь, глотая слезы:
— Узнайте, что делать! Узнайте, или я умру. Все мы умрем! Ясно? Вы уже — уже трупы!, — с этими словами Фил бросился прочь, не позабыв вновь хлопнуть дверью. Вставленные в дерево стекла отчаянно зазвенели.
— Все плохо, — Саша вздохнул, — у него истерика — и на это есть все причины.
— Давай попробуем выполнить его просьбу, — Рома задумчиво взъерошил светлые волосы, — мы так мало искали, теперь есть реальный повод напрячься. Будем рыть носом землю.
— Окей, — Саша потянулся, — я сажусь за компьютер. Пока Интернет работает, нужно выудить максимум информации о том, с кем мы столкнулись, что это за сила… и о твоем мече тоже поищу.
— Что?, — Рома вздрогнул. Третий клинок, меч-созидатель был по-прежнему мертв и недвижим. Парень несколько раз заставлял его принимать истинное обличье с помощью того же, что и его друзья, заклинания — но дальше этого дело не зашло. Блестящий серебром меч не показывал своих возможностей.
— Поищи, — Рома кивнул, — я в архив поеду. Может, сумею раздобыть что-нибудь. Меня особо сильно интригует этот колдун.
Лера и Илай стояли на крыше одного из муниципальных зданий, находившихся неподалеку от реки. Дул сильный ветер, но девушка почти не ощущала холод, прячась за тяжелыми крыльями ее друга. Высокий и статный Илай уже долгое время разговаривал с девушкой, открывая ей новые и новые тайны, словно листал страницы старой книги. Лера чувствовала невероятную тягу к своему новому хранителю, его сила и уверенность заставляли ее ежесекундно вздрагивать от сладкой истомы. Когда он впервые после их первой встречи повел девушку летать, Лера испытала самый бурный оргазм в своей жизни. От прикосновения рук божественного посланника ее кости плавились и таяли, словно олово в тигле, кожа пылала, глаза сияли, как звезды… Ощущения полета были сверх всяких описаний — божественное чувство свободы, вольные
— Самым страшным оружием в руках человека стал Святой Грааль, — изрек Илай, не отрывая взгляда от искрящейся поверхности реки. — Последний его владелец преобразовал энергию величайшего в мире Хранителя Душ в механизм. Он пытался добыть для людей побольше дешевых ресурсов… В итоге взрыв разнес целый город, отравив окружающие места страшным ядом.
— Каким ядом…, — прошептала Лера, ловившая каждое слово, что слетало с губ божественного хранителя. Ответом ей послужил долгий взгляд, преисполненный печали. А затем Илай ответил:
— Радиация, — и, помолчав, добавил, — это произошло в месте, носившим название Горькая Полынь.
— Полынь…, — Лера на мгновение задумалась, — Чернобыль… Святой Грааль был там?
— Был. И теперь каменное изваяние последнего властелина чаши покрывается пылью в подземельях храма…, — Илай прикрыл веки, углубляясь в воспоминания, — мне лишь однажды удалось побывать в святилище. Но я проиграл. И погиб.
— Ты был мертв, как это?, — прошептала Лера, прижимаясь к Илаю. Ангел провел рукой по волосам девушки, а затем крепко сжал ее ладонь. Лера вздрогнула, ощутив жар, исходящий от кожи Илая. Воспоминания, которые она затронула своим вопросом, пугали его и приносили боль. Уже почти готовая просить прощения, девушка подалась вперед, но была остановлена внезапно жестоким ответом:
— Так же, как жить. Смерть была чем-то вроде путешествия. Мы все в этом мире — просто гости, дети, выбравшиеся на прогулку. И, рано, или поздно наш прародитель зовет нас к себе. Я побывал здесь, я побывал там. Я по-прежнему мертв, понимаешь? Для меня не осталось жизни, как таковой. Теперь ты — весь мой мир, цель моего существования. Я буду охранять твою жизнь, чтобы тебе не пришлось стать кем-то вроде меня.
— Илай…, — на глазах у девушки выступили слезы -… мне жаль.
— Не стоит, — Илай осторожно кончиками пальцев подхватил крошечные слезинки, выкатившиеся из глаз девушки, — боль и страдание остались там, в подземелье, внутри прикованного к стене скелета. И теперь я новый, чистый. Теперь я твой, а это для меня очень важно. Когда голос Пифии подарили тебе, я умолял пустить меня стать твоим хранителем. Мне дали это право, так как раньше и я носил в своем сердце черный кристалл.
— Кристалл… как его достать?, — глухим голосом произнесла девушка, прикасаясь к груди.
— Только ценой твоей жизни, — Илай покачал головой, — теперь ты сама станешь Вестником, твоими устами будет говорить истина. Это величайший дар, но в то же время — и страшная кара. Я покажу тебе.
Ангел и Лера вновь взмыли в небо и помчались над городом, прочь от реки, в сторону центра. Полавировав между облаков, двое спустились на землю возле небольшого одноэтажного домика. Оглядевшись по сторонам, Лера отметила, что находится где-то в районе улицы Васляева по проспекту Мира. Пятиэтажные здания тут чередовались с небольшими частными домами, разбегаясь в стороны беспорядочным узором.