Шрифт:
Оскар Уайльд
Великан-эгоист
Дети каждый день, возвращаясь из школы, заходили в сад Великана поиграть.
То был большой красивый сад, где зеленела мягкая трава. Над травой там и здесь поднимались прекрасные цветы, подобные звездам, и двенадцать персиковых деревьев было в этом саду; по весне они распускались нежными, розовато-жемчужными цветами, а к осени приносили богатые плоды. На ветвях деревьев сидели птицы и пели так сладкозвучно, что дети бросали игры и прислушивались к их голосам.
– Как нам здесь хорошо!
– кричали они друг другу.
Однажды Великан возвратился домой. Он ездил навестить своего товарища, корнуэльского людоеда, и
– Что вы здесь делаете?
– крикнул он грозным голосом, и дети разбежались.
– Мой собственный сад есть мой собственный сад,- сказал себе Великан: - это всякому должно быть понятно, и я не позволю никому; кроме себя самого, играть в моем собственном саду.
И он обнес его высокой оградой и вывесил надпись:
Вход строго воспрещается..
Этот Великан был такой эгоист.
Бедным детям с тех пор негде было играть. Попытались они играть на дороге, но там было слишком пыльно и много жестких каменьев, и им это пришлось не по душе. Теперь они после уроков бродили вкруг высокой ограды и говорили о том, как было красиво в саду.
– Как мы были счастливы там!
– повторяли они друг другу.
Пришла весна, и на всей земле появились малые цветики и малые пташки. Только в саду у Великана-Эгоиста все еще продолжалась зима. Птицам не хотелось там петь, потому что там не было детей, а деревья позабыли расцвести. Какой-то прекрасный цветок поднял было над травою головку, но, увидав эту надпись, так огорчился за детей, что снова спрятался в землю и погрузился в сон.
Радовались только Снег да Мороз.
– Весна забыла про этот сад, - кричали они: - мы будем здесь обитать круглый год!
Снег покрыл траву своим белым широким плащом, а Мороз посеребрил все деревья. Потом они пригласили к себе в гости Северный Ветер, и он явился, закутанный в меха, и целыми днями выл и ревел в саду и срывал на крыше колпачки у труб.
– Какое восхитительное место, - сказал он: - нам надо позвать к себе в гости и Град!
И вот появился Град. Каждый день он часа по три барабанил по кровле замка, так что перебил почти всю черепицу, а потом все быстрее и быстрее носился, кружился по саду, насколько хватало сил. Он был одет в серое, и его дыхание было как лед.
– Я не могу понять, почему так запоздала весна, - говорил Великан-Эгоист, сидя у окошка и оглядывая свой белый холодный сад.
– Надеюсь, что погода переменится.
Но весна таки не пришла, не пришло и лето. Осень подарила каждому саду свои золотые плоды, но этому саду Великана она не дала ничего.
– Великан слишком большой эгоист, - сказала она. Так что в этом саду все время продолжалась зима, и Северный Ветер, и Град, и Мороз, и Снег плясали между деревьев.
Как-то утром Великан лежал у себя в постели и вдруг услышал какую-то прелестную музыку. Она звучала так сладостно, что он подумал, не идут ли мимо замка королевские музыканты. Это была птичка-коноплянка, она запала у него под окном, но так давно он не слышал певчих птиц в своем саду, что это показалось ему прекраснейшей музыкой в мире. Вскоре Град перестал плясать над головой у него, и Скверный Ветер прекратил свой рев, и сладкое благоухание донеслось к нему в открытое окно.
– Наконец-то, кажется, пришла весна, - сказал Великан; и, вскочив с постели, он выглянул в сад.
Чти же он увидал?
Он увидал поразительное зрелище. Через небольшое отверстие в стене дети пробрались в сад
– Взбирайся же, маленький мальчик!
– так говорило дерево и как можно ниже пригибало к нему свои ветки; но мальчик был совсем еще крошка.
И сердце Великана смягчилось, когда он увидел это.
– Какой я был эгоист!
– сказал Великан.
– Теперь-то я понимаю, почему весна не приходила сюда. Я подсажу на дерево этого беднягу-малыша, а потом разрушу эту ограду, и дети у меня в саду будут веселиться всегда.
Он действительно весьма сокрушался о томе, что сделал.
И вот он осторожно спустился по лестнице, тихонько приоткрыл входную дверь и вышел в сад. Но дети, завидев его, так оробели, что все разбежались, и снова в саду наступила зима. Не убежал только маленький мальчик, потому что его глаза были наполнены слезами, и он не заметил Великана. И Великан подкрался к нему сзади, нежно поднял его рукой и посадил его на дерево. И дерево сразу покрылось цветами; и птицы слетелись к нему и начали петь свои песни. И маленький мальчик протянул ручонки, и обнял Великана за шею, и поцеловал его. И остальные дети, увидев, что Великан уже больше не злой, прибежали назад, а сними пришла и весна.
– Теперь это ваш сад, мои милые детки, - сказал Великан, и, взяв огромный топор, он разрушил ограду.
В полдень люди шли на базар и застали Великана, игравшего с детьми в таком красивом саду, какого они никогда и не видывали.
Они играли весь день, а вечером пришли к Великану проститься.
– Но где же ваш маленький товарищ?
– спросил Великан: - мальчик, которого я посадил на дерево?
Он полюбил его больше всех, потому что тот поцеловал его.
– Не знаем, - ответили дети: - он куда-то ушел.
– Скажите ему, чтоб он непременно пришел сюда завтра, - сказал Великан.
Но дети говорили, что не знают, где он живет, и что они раньше никогда его не видали; и Великан опечалился.
Каждый день, после школы, дети приходили играть с Великаном. Но ни разу не явился маленький мальчик, которого Великан полюбил. Со всеми детьми Великан был ласков, но он тосковал по своему первому маленькому другу и часто о нем говорил.
– Как хотел бы я увидеть его!
– говорил Великан не раз.
Миновали годы, сильно состарился и ослабел Великан. Он уже не мог играть, а только сидел в огромном кресле, и смотрел на забавы детей, и восхищался своим садом.
– У меня много красивых цветов, - говорил он: - но самые красивые цветы это дети.
В одно зимнее утро он, одеваясь, выглянул в окно. Теперь он уже перестал ненавидеть зиму, потому что знал, что в эту пору весна только дремлет, а цветы отдыхают.
Внезапно он начал с удивлением протирать себе глаза и все смотрел и смотрел. И действительно он увидел чудесное зрелище. В самом далеком углу сада стояло дерево, сплошь покрытое прекрасными белыми цветами. Ветви его были золотые, и на них повисли серебряные плоды, и под деревом стоял маленький мальчик, тот самый, которого он полюбил.