Великая Ма
Шрифт:
Великая Ма
Запах свежей выпечки приятно щекотал носы лежавших в кроватях мальчишек. Он шел снизу, с кухни, проскальзывая в узкие щели и преодолевая дубовую лестницу. Солнечные лучи безуспешно пытались пробраться сквозь толстую ткань занавесок. Откуда-то издалека доносился шум ударяющихся о скалистый берег волн.
– Оливер! Лукас! Просыпайтесь, бездельники! – донёсся с кухни сердитый
Лукас перевернулся на другой бок и натянул одеяло по шею. Пробуждение всегда было для него тяжелым испытанием, за что он часто выслушивал выговоры тети Флоранс. Оливер же напротив просыпался довольно быстро: особенно когда внизу его ждала вкусная еда. Мальчишка быстро вскочил с кровати и радостно раздвинул шторы. Яркий солнечный свет залил комнату. Оливер открыл окно и глубоко вдохнул свежий и прохладный, не смотря на лето, воздух. Он окинул взглядом зеленую долину и величественные серые горы. По небу плыли облака с подвязанными к ним корзинами. Путешественники любовались красотами острова и летели дальше. Крылатые бинокли сидели на заборе и чистили перья, на дереве отдыхала стая перелетных книг. Это дерево было необычным, потому что единственным на острове росло так далеко от Великой Ма – горы дарующей жизнь этой земле. Вообще весь двор тети Флоранс был необычным: казалось, под ее садом зарыт осколок великой горы, дарующий жизнь и здешним растениям.
Оливер перевел взгляд на океан. Из темно-синей воды, поднимая брызги воды, выпрыгнул кит. Но он не упал обратно. Его массивное тело поднялось высоко над водой и он, взмахнув плавниками, полетел над океаном.
Мальчишки спустились на кухню, где на столе уже лежало приготовленное тетей Флоранс угощение. Они поели, поблагодарили тетю и выбежали на улицу, навстречу новому дню.
– Оливер, а пойдем на Сладкое Озеро? – спросил Лукас.
– Что-то не хочется, - ответил ему брат.
В голову никак не лезли новые идеи. Мальчишки сидели на заборе и смотрели вдаль. Это очень скоро им наскучило.
– Лукас, - вдруг вскричал Оливер, спрыгнув с забора, - у меня есть идея!
– Выкладывай, - второй мальчик тоже спрыгнул с забора.
– Почему бы нам не пойти к Великой Ма!
– К Ма ? – переспросил Лукас.
– Ну да. Я слышал, там сотни деревьев и трава всегда зеленая и… и пасутся невиданные животные!
–
Мальчишки шли по безжизненной земле. С одной стороны был виден океан, с другой – высокие горы. Им предстоял долгий путь. Великая Ма находилась где-то в центре острова – далеко от поселений людей. Ходили легенды, что возле той горы действительно пасутся невиданные звери и что деревьев там – сотни, тысячи! Говорили, что на горе живет старый пастух, поедающий облака: потому облачные странники облетали центр острова стороной.
Путь длился уже второй час. Братья изрядно устали и проголодались, а потому присели отдохнуть на холодную твердую почву. Оливер достал захваченное из дому яблоко и, разделив его на две половины, поделился с братом. Слева – горы, справа – горы, впереди -…
– Лукас, смотри, Великая Ма! – восторженно крикнул брату Оливер.
И правда, впереди возвышалась гора, склоны которой были покрыты зеленой травой и деревьями, в тени которых расположился небольшой деревянный домик – домик пастуха. Друзья ускорили шаг и вскоре уже смотрели на каменное лицо Великой Ма. Мальчишки начали подъем к пастушьему домику.
– Оливер, это же коровы! – воскликнул Лукас, показывая пальцем на рогатых зверей.
– Да-а… - протянул его брат, - вот так невиданные звери…
– Вы удивлены? – раздался из-за деревьев старческий голос. Из леса вышел старик с длинной тростью.
– Вы – пастух? – спросил Оливер.
– Да, это я. А вы кто такие?
– Я Оливер, а это мой брат Лукас. Мы пришли…
– Да, я знаю, вы пришли посмотреть на чудеса Великой Ма. Посмотрели? Немного разочарованы?
– Да, - сказал Лукас. – У нас там внизу чудес больше.
– Все может быть. Старушка ведь давно спит. Лет десять уж как спит, - старик вздохнул и сказал.
– Прощайте, мне надо вести коров на другое пастбище.
Пастух удалился, опираясь на деревянную трость. По дороге он поймал маленькое облачко и съел его. Пройдя десяток метров , старик растворился в воздухе. Лукас и Оливер направились домой, уже представляя, как их отругает тетя Флоранс.