Великолепный выбор
Шрифт:
— Ничего таинственного тут нет. Я тебе рассказывала, что выросла в Европе. А живу… живу на процент от пожертвований. Я могу себе это позволить.
В ее глазах Люк заметил настороженность.
— Однако ты устала. Пойдем спать. — Он взял ее пустую чашку и встал. — И не смотри на меня так. Я не намекаю ни на что и не виноват, если у тебя такая буйная фантазия.
— Ты неисправим, Лукас!
— А вот тут ты ошибаешься. Я глина в твоих руках и готов принять любую форму. Итак, во
— В восемь я должна быть в доме престарелых. До десяти ты свободен.
— Я пойду с тобой.
Люк убрал волосы с ее лица и дотронулся кончиками пальцев до ее щеки.
О, черт! Ее губы ждали поцелуя. Он видел это в ее бездонных темных глазах.
Ариэль прильнула к нему. Будь он проклят, если не обнимет ее. Она трогательна и покорна, как и подобает настоящей жене.
Через мгновение она отстранилась.
— Я рада, что ты приехал, — бодро произнесла она. — Спокойной ночи!
Заинтригованный внезапной сменой ее настроения, он слегка улыбнулся, когда она закрыла дверь.
— Спокойнойночи? — спросил он себя.
Ариэль обтерла лицо и грудь полотенцем. Небрежно брошенная кофта влажной от пота пижамы лежала на постели. Она мельком глянула на часы. Половина третьего. Трясущейся рукой она взяла с ночного столика стакан воды и залпом выпила.
Не кричала ли она во сне? Скорее всего, нет, иначе Лукас примчался бы сюда. Вся дрожа, она снова легла и уставилась в потолок.
Ей так давно не снился этот кошмар.
Лучше всего было бы пойти к Люку, попросить о сочувствии и обрести забвение в занятии любовью, пока она не забудет ужас, который только что увидела во сне.
Впрочем, раньше это не помогало, почему же должно помочь сейчас? Пожалуй, будет только хуже.
— Я протягиваю каждому карточку? — спросил Люк, тасуя стопку, которую вручила ему Ариэль.
— Именно. Всякий раз, когда они возвращаются к тебе, даешь еще одну. Так они будут знать число кругов, сделанных ими по прогулочной дорожке.
— А запомнить нельзя?
— Тихо, тебя могут услышать.
Ариэль придумала ему это занятие на то время, пока она закончит свои дела в доме престарелых.
— А это важно?
— Они поставили перед собой цель, Лукас. Им хочется знать, достигли ее или нет.
Люк наблюдал за людьми, прогуливающимися вокруг них и одетыми в дешевые спортивные костюмы.
— У них не очень удобная обувь, — заметил он.
— Хочешь сделать пожертвование? — лукаво сощурилась она.
— Мог бы. — Он пристально посмотрел ей в глаза. — Ты плохо спала?
— Меня разбудил твой храп!
— Я не храплю!
—
— Любопытствуешь насчет моих любовных похождений, дорогая? Человеку, который дважды был обручен, об этом обязательно бы сказали.
— Доброе утро, Ариэль! Это твой новый друг? Люк дважды собирался жениться? События принимают новый оборот!
— Доброе утро, Эмма! Нет, это Люк Уокер. Он президент фирмы «Титан. Спортивная обувь».
— Моим внукам нравится ваша обувь, молодой человек. Но в наше время мы знали цену доллару. Не тратили деньги на дорогостоящую обувь, если можно было обойтись чем-нибудь более практичным. — Пожав Люку руку, крупная сутулая пожилая дама отошла.
— Надо же, какая воинственная старушка! — произнес ошеломленный Люк.
— Они всегда говорят то, что думают. Это мне в них и нравится. А вообще-то Эмма очень славная.
— Но она права! У детей сейчас слишком много соблазнов.
— Так что же ты предлагаешь? Снизить цены? Закрыть бизнес?
— Знаешь, это был бы совершенно новый рынок. Мы разработаем обувь для пожилых: удобные застежки, лучшая амортизация.
— Доступные цены!
— Даже для Эммы, — усмехнулся Люк.
Ариэль улыбнулась. А он не так безнадежен.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Чейз Райан, администратор Юношеского центра Уилсона Бакли, был, по мнению Ариэль, довольно заурядным человеком. За три года, что они были знакомы, она ни разу не видела его улыбающимся. Он мог взглядом превратить самого хулиганистого подростка в пай-мальчика. Чейз терпеть не мог людей, которые не учатся на своих ошибках.
Ариэль и Чейз мирно сосуществовали потому, что каждый уважительно относился к работе другого: она с теплотой и доброжелательностью, а он — с бескомпромиссной твердостью.
Войдя в Центр, Ариэль и Люк сразу же наткнулись на Чейза, который под мышками держал, как футбольные мячи, хихикающих мальчишек лет трех.
— Привет, Русалочка! — закричал один карапуз.
— Привет! Что происходит? — Она потрепала мальчуганов по макушке и взглянула на человека, пленившего их. — Чейз, это Люк Уокер! Чейз Райан!
— Спасибо, что помогли нам. — Чейз кивнул и прошел в класс для дошкольников.
— Держу пари, он правит железным кулаком, — заметил Люк.
— Он тебе понравится.
— Почему мальчик назвал тебя Русалкой? — спросил Люк.
— Диснеевский мультик! Ты разве не смотрел?
— Полагаю, тебя назвали не в честь русалки из сказки.
— Мои родители вовсе не выбирали мне имя. А, вот и Сэм с Маргерит!
— Постой! Что значит «мои родители вовсе не выбирали мне имя»?