Венец судьбы

Хатчинс Амелия

— Нет. Здесь мы выступаем вместе против тех, кто хотел бы видеть нас мёртвыми. Я ни хрена не собираюсь сбегать. Никому не позволено приходить в мой дом и заставлять смотреть, как умирают мои люди. На нашей стороне боги и богини, и ты, и я, Питомец. Давай вернём себе наш мир и нарожаем детишек после того, как победим.

— Думаю, ты просто хочешь потрахаться, и в этом случае просто скажи «давай потрахаемся». Это намного проще, чем мне толстеть и ходить вразвалку, как будто ты засунул мне во влагалище арбузные семечки, и я вырастила эту штуку.

— Я не стреляю арбузными семечками.

—

Да? Тогда почему, чёрт возьми, у меня такой вид, будто я съела арбуз?

— Ты носила тройню! И была восхитительно полной.

— Не очень веский аргумент, давай вернёмся к ухаживаниям.

— Женщина!

— Фейри! — рявкнула я.

— Ты сводишь меня с ума.

— Хорошо, пойдём и надерём кому-нибудь задницу. Хотя семян нет, моё влагалище не открыто для оплодотворения.

— Это так секси.

— Это шекси.

— Нет.

— Вперёд, или вся грёбаная армия будет выслушивать разговоры о посеве семян во влагалище королевы? — Зарук фыркнул.

— Эй, мне понравилось. Он, наконец, освоил ухаживание, или пока не взял ту низкую ноту об оплодотворении матки. — Ристан наблюдал за нами, и я покачала головой. — Он готов получить высшее образование, чтобы добиться расположения Мастера Орды.

— Это всё не по-настоящему, Демон. Вы, ребята, сумасшедшие.

— Но ты любишь нас, Цветочек, — рассмеялся Ристан, слезая с лошади, и мы с Райдером последовали его примеру. — Давай вырвем сердца у этих засранцев и поужинаем ими сегодня вечером!

— Э-э, как насчёт того, чтобы вырвать их, и ты съел? Сердца — жёсткий предел для меня.

— Окей, вперёд, семья! — крикнул Ристан, когда мы двинулись вперёд.

Глава 26

Подъём на вершину горы — ничто по сравнению с беспокойством за то, что мы тащили лошадей. Тропа покрыта неровным сланцем, который скользил и хрустел под копытами, пугая и лишая равновесия. Бесконечная борьба за то, чтобы спустить коней с другой стороны, и некоторые, в конце концов, в панике свалились с обрыва, что было прискорбно, но они шли без всадников. Все были на взводе, страх начал овладевать нами, когда мы вошли в Долину Скорби, зная, что это последняя битва против Вила и магов.

Когда мы, наконец, достигли ровной земли, я почувствовала такое облегчение, что чуть не заплакала, но сделала несколько глубоких вдохов, унимая волнение, исходящее от меня волнами. Райдер начал указывать позиции тем, кто будет охранять вход в долину, каким-то образом переключившись прямо в режим короля. Он сохранял спокойствие всю дорогу в гору, разрезая упряжь, чтобы дать лошадям шанс выжить на тропе, что, к сожалению, не спасло большинство. Райдер кричал ободряющие слова тем, кто начал паниковать, успокаивая их, пока мы переходили через тропинку.

Я, с другой стороны, не могла достаточно крепко схватиться за скалу. У меня были крылья, но я не научилась пользоваться ими, и сейчас, казалось, было не время пробовать.

Райдер продолжал приказывать нашим войскам разделиться на группы по сторонам входа в широкую долину. Сиара и Блейн стояли, склонив головы друг к другу, прощаясь, поскольку им пришлось разойтись. Драконы поднимутся в небо и последуют за нами в середину, где мы будем готовиться к битве с магами.

Драконы довели бы магов до крайности огнём и корявыми зубами, от которых и я бы сбежала.

— Без Блейна, на которого можно опереться, мы нужны будем Сиаре, — отметила я, и мужчины вокруг фыркнули, будто не согласны со мной.

— С Сиарой всё будет хорошо, — пробормотал Райдер, проводя рукой по лицу.

— Фыркайте сколько хотите, придурки. Нам нужно прикрывать её, поскольку мужа не будет в поле зрения, а его судьба неизвестна. Блейн связывает Сиару с этим миром, и без детей мы ей понадобимся.

— Эсриан, Синджин, берите жён и следуйте за драконами. Пусть Лилит скроет вас в тенях, пока пробираетесь по лесу, чтобы удерживать позиции. Как только сядет солнце, если понадобимся, свяжись с нами мысленно. Не хочу создавать шум, который предупредил бы магов о том, что мы здесь, и рассредоточились. И никаких костров. Если мы всё спланировали верно, мы на целый день опережаем армию магов, но давайте перестрахуемся.

— А вот это может стать проблемой, — заметил Блейн, заключая Сиару в объятия и целуя в макушку. — Там много всякого дерьма. Фира проверила дальше, и говорит, что там ненормальная растительность. Они больше похожи на цветы, которыми усыпан луг. Она сказала, что растение только что попыталось обойти первую базу и улизнуть с ней, поэтому она недовольна.

— Поясни, пожалуйста, — ухмыльнулся Зарук с огнём в глазах.

— Фу, нет, — усмехнулась я, ударив его по руке и поморщившись, когда врезалась в броню.

— Эй, если она занята растением, нужно знать об этом, — Зарук рассмеялся над моей гримасой, когда я представила растение. — Возможно, мне придётся взять одно из растений с собой, исключительно в развлекательных целях.

— Фира сожгла его, а остальные пытаются его потушить, — объявил Блейн, потирая переносицу и зажимая между пальцами.

— Ты Бог Царства Фейри. Управляй растениями, — усмехнулась я в ответ на недовольный взгляд Райдера. — Вперёд, муженёк, посмотрим на твои эпические силы в действии.

— Ах ты, шалунья, Питомец. Помнишь, ты просила показать тебе. — Его глаза засветились золотыми искорками, а из спины вырвались крылья. Он исчез без предупреждения, и моё сердце подпрыгнуло от беспокойства.

Вся долина гудела от силы, и мои волосы поднялись от интенсивности. До этого момента до меня не доходило, насколько на самом деле силён Райдер. Растения исчезли, медленно разворачиваясь в обратном направлении в цикле роста, желая вернуться в землю, будто Райдер только что сказал им возродиться к новой жизни. Поднялся ветер, а затем дождь начал переливаться через край утёса над нами, останавливая тех, кто поднимался, чтобы следовать приказам Райдера, как вкопанных, и ливневый муссон затопил путь. Волосы у меня на руках встали дыбом, а все остальные Фейри стояли неподвижными и безмолвными, неспособными выразить словами, на что похожа его ужасающая сила. Ночь превратилась в день, а день превратился в ночь, когда мы наблюдали, как небо обрушило поток воды, пока обе стороны не стали похожи на реки, образующие водопады. Звёзды пронзали ночное небо, пока снова не вернулся дневной свет. И все молчали, поскольку сила постоянно витала вокруг, удерживая нас на месте.