Вепрь
Шрифт:
Мимо него медленно проплывали вагоны, в запылённых окнах можно было рассмотреть множество подробностей вагонного быта и лица пассажиров, всматривающихся во встречающих. Того, кого ждал Вепрь, среди них не было, ибо он знал наверняка, что его никто встречать не будет. Он хотел сделать свое возвращение неожиданным.
Вагон номер семь остановился как раз против Вепря. Проводник, сойдя на перрон, встал у выхода. Переминаясь, Вепрь закурил.
Первой вышла пожилая рыжая женщина с двумя внуками. Те несли большую плетеную корзину, у женщины был такой же
Он возмужал, хотя Вепрь и не рассчитывал, что встретит здесь того самого Олежку Волкова, какого он знал несколько лет тому назад. Перед ним стоял Шершень, и он тоже сразу же узнал Вепря.
Он взяли друг друга за руки и быстро, по-мужски, обнялись. Шершень, для которого эта встреча была полной неожиданностью, выглядел совершенно ошалевшим, Вепрь довольно улыбался.
— Ничего не понимаю. Как ты узнал, что я возвращаюсь?
— Ха-ха, одичал ты там за колючкой, совсем от меня отвык. Ничего сложного в этом не было, поверь мне.
— Да, я понимаю… Но я всё равно не ожидал… Ты на машине?
— Нет, я сам только-только объявился в Городе, об этом не знает пока ни одна живая душа. И не хотелось бы, чтобы знали.
Шершень поправил лямку спортивной сумки.
— По глазам вижу, что у тебя ко мне дело. Причем крупное, верно?
— Мой взгляд стал меня выдавать, — с задумчивым видом изрек Вепрь. — Наверное, я начинаю стареть. Да, Олежа, да, мой мальчик, у меня действительно есть к тебе дело, и оно действительно важное. Для меня.
— А для меня?
— Для тебя не очень. То есть что я говорю — тебя оно совершенно не касается. Просто мне потребуется небольшая помощь. Но встречаю я тебя совсем не поэтому.
— Я знаю, — сказал Олег, и они снова со смехом потрясли друг другу руки.
Вепрь обнял Шершня за плечи.
— Куда ты собирался первым делом? — поинтересовался он, когда они, остановившись около шашлычника, купили по шашлыку и стакану вермута.
Олег набил рот мясом, отхлебнул из стакана и неопределенно мотнул головой.
— К тете Нине, — ответил он, прожевав. — Сперва подарок надо купить. Ты не поможешь мне с выбором? А то я, знаешь ли, отвык от этого дела…
— Какой разговор, Олежа. И с выбором, и с деньгами…
— У меня есть деньги…
— Заткнись и слушай. Твоих денег только на подарок и хватит. На хороший подарок, я имею в виду. А у тебя ведь еще и Сонька есть, и теща будущая… Ты не забыл о них?
— Нет, конечно, — смутился Олег.
— Вот видишь. А Соня стоит того, чтобы ради неё не жалеть денег. — Вепрь достал из кармана бумажник: — Держи. Вот кредитная карточка. В этой пластмасске пятьдесят тысяч долларов. Ты смело можешь делать покупки в лучших магазинах города. Можешь, конечно, обналичить, если тебе так удобнее.
Олег покрутил карточку в руках:
—
— Я всегда был умным человеком, — поправил его Вепрь. — И не отказывался от самой чёрной работы.
Олег посмотрел на него с интересом. Похлопал карточкой по указательному пальцу.
— Это аванс, как я понимаю? — спросил он.
— Можешь считать это чем угодно, — ответил Вепрь. — Главное, это неплохие деньги. И потом, разве я тянул тебя когда-нибудь на дела, которые противоречили бы твоим принципам?
Шершень хмыкнул.
— Ладно, разговоры о деньгах наводят тоску… — Вепрь махнул рукой. — Допивай вино, и поехали по магазинам. На свете появилось много нового, и я хочу тебя со всем этим ознакомить.
Спустя пять минут они уже колесили по Городу. Довольный богатыми клиентами таксист долго возил их по магазинам, и к трем часам Олег был наконец экипирован для появления перед своими близкими.
— Приехали, — сказал Вепрь, когда такси остановилось перед домом тети Нины. — Здесь я тебя, пожалуй, оставлю. Сейчас будет сцена, которые я не очень люблю. А мне пора передохнуть. Я уже забыл, как это делается.
Они попрощались, Вепрь подождал, пока Олег войдет в подъезд, и похлопал таксиста по плечу:
— Отель «Хэль-Хаус» знаешь?
Тот прищурился:
— Интуристовская гостиница? Новое здание за церковью?
— Именно. Вези туда, и мы с тобой распрощаемся.
Около отеля Вепрь сунул таксисту пятьсот баксов, озабоченно посмотрел на свою щетину в зеркало заднего вида и, покачав головой, вышел из машины.
Гостинице «Хэль-Хаус» еще не исполнилось и полутора лет, однако это был уже один из самых престижных отелей в Городе. Случайному проезжему трудно было бы найти себе в нем приют. Основную массу клиентов составляли иностранцы, причем не просто туристы, а те, кто надолго обосновался в Городе, в основном коммерсанты различных мастей. Хотя жили здесь и довольно известные учёные, и даже один писатель с именем.
Хозяина отеля звали Эдик Нечаев. Это был долговязый детина со светло-русыми вьющимися волосами, голубые глаза его смотрели на мир с детской наивностью. Курил он сигареты с ментолом, задумчиво наблюдая, как тлеет бумага, и балуясь со струйкой дыма. Несмотря на всё это, а также на молодость хозяина (ему не было ещё и двадцати четырех), отель был многим обязан именно ему. А он в свою очередь — Вепрю, но ни тот ни другой никогда об этом не вспоминали, потому что Эдик был братом Оли Нечаевой.
Он сидел за столом спиной к двери, в ушах у него торчали наушники.
Войдя в кабинет, Вепрь подошел к столу и аккуратно снял с Эдика наушники.
— Привет дельцам теневой экономики!
Эдик вздрогнул и развернулся вместе с креслом на сто восемьдесят градусов. Выражение ужаса сошло с его лица, но не так быстро, как хотелось.
— Фу, бл-лин! Это ты, Серёга!
— Конечно, я. А ты решил, что тобой наконец-то заинтересовалась ФСБ?
Эдик нахмурился:
— Дурацкая у тебя шутка получилась, Серега.