Вера: не Вера
Шрифт:
На этой же фотографии появилась Алиса. Она виднелась на заднем плане и приближалась к вытаращенной в камеру Маше. Вновь отобразилась кнопка «удалить». Теперь она мигала чаще, словно бы повторяла увеличивающийся пульс Веры.
Нет, это точно была чья-то шутка. В реальности Алиса вышла с другой стороны. Вера сама это видела.
«Кто издевается надо мной? В чем смысл?»
Вера, отговариваясь сама от себя плохим самочувствием, зажала боковые клавиши и полностью отключила телефон. Из динамика в стене раздалось изнуряющее шипение, вынудившее,
Может, стоит позвонить маме?
Потом ей хотелось бы подумать, что она что-то неправильно расслышала, но ровный механический голос, выдерживая паузы между словами, произнес четко и ясно: «Нельзя никому рассказывать».
Вера прижалась к стене и, съежившись, сползла вниз. Она пыталась уложить в голове эти странные слова, когда почувствовала, в глазу что-то зашевелилось. Это что-то выбиралось из ее собственной головы.
Включился фонарь на телефоне, и луч тусклого рассеянного света пробился сквозь куртку. Но как? Она же отключила его?
Плевать. Вера немедленно вытащила смартфон и осветила кабину. Она по-прежнему была одна. Сейчас она готова была поверить в призраков, потому что ничего другого в голову не приходило.
Вера приблизилась вплотную к зеркалу и увидела, как из-под ресниц, прикрытого от боли левого глаза, показались толстые паучьи лапы.
Кричать она уже не могла, как не могла и вдохнуть. Тело перестало слушаться. Мышцы свело, будто сотни игл разом пронзали ее насквозь. Смартфон вывалился из рук и упал на пол фонарем вверх. Свет едва добирался до ее лица. То, что Вера не видела в полутьме кабины – она прекрасно чувствовала. Огромный ультрамариновый птицеед размером с одну четвертую лица выбирался из-под отекшего века.
Осознав все в полной мере, она рефлекторно потянулась к инородному телу, и тут же одернула руку. Мохнатые изгибающиеся конечности были настоящими. Они коснулись ее пальцев.
Если не брать во внимание дрожь, управляющую ее телом, она замерла. В нос ударил запах паленой резины. Черный клубящийся дым с неимоверной скоростью заволакивал кабину лифта. На ногах без открытого огня плавились кроссовки. Они, превращаясь в жидкую тягучую смесь, прилипали к тонкой коже ног и прожигали джинсы. Все происходило слишком быстро. Боль отзывалась в нервных окончаниях по всему телу. Вера все чувствовала, и все равно не могла сдвинуться с места. Бежать было некуда.
Свет аварийных кнопок погас, следом померк и фонарь на телефоне.
Паук высвободился и пополз по ее лицу. Вера в отчаянии закричала, но услышала лишь слабый хрип.
Глава пятая
Из громкоговорителя, закрепленного на фасаде торгового центра «Престиж», доносился приятный голос. Используя ловкие маркетинговые штучки, он заманивал вкусить восхитительные сочные бургеры,
Алиса и Маша сидели на мокрой уличной скамье и разглядывали прохожих, аккуратно лавирующих между лужами. Солнце наконец выглянуло из-за туч и, словно бы желая наверстать упущенное время, пыталось дотянуться до каждого ослепляющими лучами.
– Все из-за того, что она пришла раньше. На час, представляешь? – вдруг прервала тишину Маша. – Я же говорила, что это плохая примета. Пусть лучше опаздывает всегда. Лис, ну подумай еще: в чем она тебя обвиняет?
– Отстань ты, – огрызнулась Алиса, – сказала же – понятия не имею.
Алиса и без того была подавлена, как будто и в самом деле, что-то натворила. Только она точно знала, что никого не предавала, от одной мысли, что ее в чем-то подозревают, становилось тошно. Вдвое хуже, что Машка, самая добрая и справедливая из их троицы, сомневалась в ее невиновности и не скрывала этого.
Маша, ловко орудуя влажными салфетками, оттирала черные лосины из искусственной кожи и высокие такого же цвета ботинки от грязных брызг и, кажется, избегала смотреть Алисе в глаза.
– Даже в обморок упала, – рассуждала Маша сама с собой. – Нет, ну она, конечно, странная, но подумать такое.
Она встала со скамьи и повернулась спиной к Алисе:
– Посмотри, пожалуйста, чисто сзади?
Алиса взглянула на светло-голубую куртку пыльного оттенка, расписанную крупными черными надписями. На первый взгляд чистая.
– Никогда не видела, чтоб кто-то так валялся, – печально выдохнула и, вытащив из пачки салфетку, стерла несколько грязных капель с рукава куртки подруги.
– И я, – отозвалась Маша. – Сто раз думала, вот что я буду делать, если рядом кому-нибудь станет плохо? Прям, выучить хотела. А как увидела – ступор. Хорошо, что скорая быстро приехала.
– На ОБЖ вроде рассказывали.
– Это не считается, – отмахнулась Маша. – Мало ли что там рассказывают. За партой не верится, что и впрямь в жизни может пригодиться.
– Ага, – рассеянно откликнулась Алиса и заметила дыру на куртке подруги: – У тебя куртка на спине треснула.
– Да знаю, – краснея вздохнула Маша, – поэтому капюшоном и прикрываю. Новая в этом сезоне мне не светит.
– Не переживай, я случайно заметила, – Алисе подумалось, что дырку можно и зашить, но она промолчала, не хотелось обижать Машу.
– Хорошо все-таки, что мы побежали за ней, – продолжила Маша. – Страшно подумать, сколько бы она там провалялась. Она протянула Алисе пачку салфеток, кивнув на грязные разводы на ее обуви, но та отмахнулась. Ей в отличие от Маши казалось естественным быть грязной после дождя.
– Думаешь это из-за глаза? – тихо спросила Алиса.
– Может – из-за глаза, может – от голода, – Маша пожала плечами. – Она готовится к этому дню рождения, как к выпускному.