Вера
Шрифт:
– Всё нормально, – ответил за него Бочонок, с кряхтением присаживаясь на землю. – Выбилась из сил, бедняжка.
Ещё бы! Она применила магию хаотичных перемещений да ещё и сумела проконтролировать, чтобы каждый член отряда оказался за спиной у неприятеля, а не на его мече. Что ж, твёрдая пятёрка. Можно считать, экзамен по стихии воздуха у неё в кармане.
Ромунд мотнул головой и потянулся за порошком лечения, чтобы убрать боль в груди. Пару несложных манипуляций – и юноша почувствовал себя гораздо лучше.
– Где остальные? –
– Карлы прочёсывают местность, – ответил командир отряда, выходя из кустов. Под карлами он подразумевал Белку и Стрелку. – А я тут. Мердзингер, как чародейка?
– Нормально, – ответил эльф и сбросил капюшон с головы, обнажив изумрудные волосы, чуть поблёскивающие в редких лучах утреннего солнца, и длинные, правда, чуть короче, чем у обычных эльфов, уши. – Жить будет.
– Ай да чародейка! – причмокнув губами сказал Бочонок и выпустил клуб дыма. Как только дело было окочено, он вновь взялся за любимую трубку, пыхтя с большим удовольствием.
– Ай да чародей! – рявкнул Медведь. – Твоё здоровье! – сказал Медведь и глотнул из большой фляги, облачённой в меховой футляр.
– Да, уж, без него нам была бы крышка, – проговорил кто-то позади Ромунда. Юноша мотнул головой в ту сторону и заметил Белку, а затем и Стрелку, выныривающих из зарослей.
– Что с нашими гостями? – спросил Гвоздь.
– Десятка полтора сбежало на юг. Пара бойцов отправилась на север, но мы их посекли. Других врагов замечено не было, – отчеканил вроде Белка (Ромунд плохо отличал их друг от друга, но, если ему не изменяла память, именно у Белки на переносице большая родинка).
– Что думаешь, Товарищ Гвоздь? Случайно напоролись? – спросил Медведь, убирая тряпкой кровь со своего Моргенштерна.
– Чёрт его знает, – пробурчал вместо командира Бочонок. – Уж очень хорошо окопались, гады.
– Да, только от магии никакой защиты особо не придумали, кроме пары совершенно бестолковых огневиков, – сказал эльф (Ромунд решил окрестить его именно так), бросая косые взгляды на Ромунда.
– Значит, состав отряда не знали, но информацией о нашем выступлении обладали, – обдумывая каждое слово, проговорил командир.
– Крысы в нашем стане? – скрипнув зубами проговорил Бочонок.
– А куда без них? Проклятые воры всю Республику готовы растащить за таргосовское золото! – возясь с саблями, проговорил Стрелка. Один из низкорослых воинов сражался двумя искривлёнными восточными ятаганами, что так ценят варвары Остермана на Гиперионе, а второй – небольшой крастой, чуть меньших размеров, чем обычная.
– Тогда путь строго на северо-запад нам заказан, – проговорил Гвоздь.
– На юг, собственно, тоже, – пробурчал Бочонок.
– Значит, сделаем дугу к северу и выйдем к Туманным холмам, а оттуда до Шестнадцатого и рукой подать, – сказал Гвоздь. – Тут оставаться более нельзя! Мердзингер, девушка идти сможет?
– Никак нет, – покачал головой эльф. – Ей нужен отдых, иначе потеряем хорошего мага.
– Да уж, лучше денёк
Здоровяк усмехнулся в ответ и отошёл от Альмы.
– Вставай, солдат, – обратился Гвоздь к лежащему на земле Ромунду.
– Вот твой посох, маг, – сказал Белка, протянув юноше его оружие. Ромунду показалось, или в глазах храброго воина промелькнуло уважение? – Щит, правда, вдребезги взрывом разорвало, а вражеские тяжеловаты для тебя. Погоди, может, потом найдём другой!
– Спасибо, – сказал Ромунд, поднимаясь и перенимая посох от Белки.
– Всё, вперёд! – крикнул Гвоздь и двинулся через высокие заросли папоротника. – Бочонок, поменяйся потом с Медведем. Мне не нужно твоё нытьё по поводу боли в руках и спине.
– Обижаешь, командир! Она словно пушинка! – сказал Бочонок, осторожно следуя за Гвоздем. – Эй, маг, прикрой-ка теперь ты мне спину. Только не потеряйся!
Ромунд согласно махнул рукой и оглядел поле бывшего сражения. Поломанные деревья, кусты… Выжженная земля и недвижные тела в траве. С каждым разом это становится всё привычнее.
Юноша сплюнул в кусты и двинулся за отрядом. Это только начало.
Шеренга за шеренгой эльфийские полки выстраивались в боевой порядок перед зияющим тьмой огромным овальным проходом с третьего яруса на второй. Один за другим воины вставали в ряд, сдвигая щиты и в последние разы проверяя оружие. Осталась пара часов, и зловоние несущего смерть врага омрачит святые стены. Клах – Долардан,Жертвенный зал. Как уточнила Недмэ, здесь в глубокой древности венчали на царство первых эльфийских правителей. Лишь века спустя церемония была перенесена в Золотые Ручьи.
Волшебное зелье эльфов, подвернувшееся так кстати (спасибо скряге Кельвину), было роздано всем эльфам, хоть как-то задействованным в битве. Хвала богам, запасов хватило, правда не без проблем – некоторые колбы пришлось раздавать на десять-пятнадцать бойцов, но, судя по количеству защитников и опыту прошлого сражения, грядущая битва не обещает быть долгой.
– Ну и как тебе эта дрянь? – спросила Дариана, стоявшая с левого плеча от Даратаса.
– Ну, собственно, ничего особенного. Так, мурашки по коже бегают, – продолжая наблюдать за строящимися бойцами, сказал маг.
– Ага, и комары, посмотри, еле тащатся, – усмехнулась Дариана, указывая на целый рой насекомых, которые еле плыли по воздуху.
– Такую бы штуку на пикничок, да? – сказал Даратас и улыбнулся впервые за несколько дней.
– Эх, ты всё шутишь, – посерьёзнев, пробормотала волшебница.
Даратас усмехнулся. В этой субстанции из опасного минерала ничего особенного нет. Так, лишь меняет временное ощущение реальности, и, кстати, ускоряет процесс старения. Дариана успела пожаловаться на пару новых морщин.