Верен до конца

Козлов Василий

Разведка донесла, что оккупанты готовят нам в Осиповичах ловушку, подтянули туда крупные силы. Мы изменили свой маршрут. Решили идти малохожеными дорогами мимо Бобруйска по направлению к станции Телуша, а затем повернуть на Паричи, Шатилки и ограничиться отдельными диверсиями и небольшими операциями. Всему свое время.

Неподалеку от станции Телуша стали свидетелями небывалого коварства врага. К мостику на шоссейной дороге Бобруйск — Жлобин гитлеровцы согнали толпу женщин. Они стояли возле мостика, а солдат и переводчик — шагах в ста от них. Оба с дубинками.

На лицах женщин написан страх, иные плачут. Мы подумали, что их угоняют в Германию.

— Марш! — кричит переводчик и взмахивает дубинкой.

Женщины стоят.

Тогда гитлеровец медленно опускает руку на кобуру, вынимает пистолет, не спеша целится и стреляет. Пули свищут над головами, женщины с криком падают на шоссе.

— Встать! — кричит переводчик. — Марш!

Женщины осторожно делают несколько шагов по направлению к мостику, медленно, едва переступая, двигаются вперед.

— Назад! — кричит переводчик, как только женщины миновали мост. — Назад!

Мы не могли понять, что происходит. Потом узнали.

Местные партизаны незадолго до этого подорвали минами немецкие грузовики. Эсэсовцы решили таким образом проверить, заминирован мост или нет.

Гитлеровцы крепко поплатились за свою выдумку. Мы их всех перебили.

Ночью внезапным налетом заняли станцию Телуша, уничтожили охрану и так поработали на линии, что несколько сот метров полотна как не бывало!

В этом нам помогли железнодорожные рабочие и служащие. Они пришли с ломами, лопатами. Не прошло и часа, как стали прибывать люди из ближайших деревень. И все принялись за работу: с лютой яростью разрушали железнодорожное полотно.

Возможно, эти же люди сами прокладывали здесь дорогу для блага своей Родины. Теперь для блага Родины они разрушают ее.

Недалеко от станции в бывшей машинно-тракторной мастерской оккупанты ремонтировали танки. Мастерская охранялась гестаповцами. Партизаны окружили мастерскую и уничтожили гитлеровцев, сожгли все танки и поломали оборудование.

Свой рейд мы закончили в апреле сорок второго года. Прошли еще через Паричи, Шатилки, Азаричский район, побывали в Копаткевичах, Петрикове и ранней весной вернулись на свои базы — в Любанский, Стародорожский, Слуцкий, Старобинский и Глусский районы.

Первый рейд по Белоруссии принес огромную пользу. Он укрепил связь с массами, поднял авторитет партизанского движения и почти удвоил количество бойцов. Мы побывали в районах, с которыми прежде поддерживали связь только через связных, и установили непосредственный контакт с подпольными райкомами, парторганизациями и группами.

Во многих районах Минской и смежных областей мы фактически стали хозяевами. Во время рейда почти все деревни этих районов очистили от гитлеровцев и полицейской нечисти. Наши отряды стали более сильными и боеспособными. Увеличилось количество тяжелого вооружения: пушек, минометов. В походах и боях закалялись и приобретали опыт наши партизаны. Многие командиры и комиссары отрядов проявили себя талантливыми организаторами.

Партизанское движение на Минщине приобрело массовый,

всенародный характер. Силы наши росли, появлялись новые отряды. Еще до нашего возвращения на базы в Глусском районе кроме отряда Храпко начал действовать отряд Виктора Ливенцева. В Старых Дорогах активно боролся с врагом отряд Петрушени. В Октябрьском районе успешно развернул свою деятельность Макар Бумажков, брат Тихона Бумажкова. В районе Пуховичей действовали отряды Филиппских, Тихомирова, в Бегомльском районе — Манковича, Мормулева.

В Червенском районе к концу нашего рейда развернул свою работу подпольный райком партии во главе с секретарем райкома Кузьмой Кузьмичом Кравченко. Довольно сильной и многочисленной была уже здесь и районная комсомольская организация, которую возглавлял тогда секретарь райкома комсомола Станислав Антонович Пилотович.

В районе развернули боевую деятельность несколько партизанских отрядов. Среди них «Красное знамя», «Большевик», имени газеты «Правда». Ими командовали Иван Захарович Кузнецов, Николай Леонтьевич Дербан, Петр Иванович Иваненко.

Партизанский отряд «Беларусь» Николая Прокофьевича Покровского за короткое время вырос почти в два раза. На вооружении отряда кроме винтовок было пять станковых и семьдесят ручных пулеметов, много автоматов, два батальонных миномета. Партизанские диверсионные группы подрывали эшелоны с танками и живой силой противника, уничтожали гитлеровские обозы.

С каждым днем все страшнее становилось гитлеровским гарнизонам в Руденске и Пуховичах, Червене и Узде. Большая часть территории этих районов находилась под контролем партизан. Грабительские экспедиции оккупантов в отдаленные сельсоветы заканчивались полным крахом.

Гитлеровское командование, встревоженное массовым партизанским движением, направило против отряда «Беларусь» крупное подразделение регулярных войск. Отряд базировался в лесу, недалеко от деревни Клинок Червенского района. Заняв окружающие деревни — Турец, Клинок, Иваничи, Волму, Рудню, Хочин, Турин и Лужицу, эсэсовцы замкнули партизан в кольцо. Несмотря на большой перевес сил, гитлеровцы все же не решились войти в лес и начали артиллерийскую подготовку. Вражеская батарея стояла на пригорке возле кладбища деревни Клинок. Снаряды со злобным шипением пролетали над головами партизан, занявших оборону на краю леса. Они разрывались в лесной чаще, там, где, по расчетам гитлеровцев, находились основные силы отряда. После полудня эсэсовцы двинулись в атаку.

— Подпускайте как можно ближе! — приказал Николай Прокофьевич.

Черная вражья лава, беспорядочно паля из винтовок и автоматов, грозно подкатывалась к замаскированным партизанским окопам и завалам. Некоторые бойцы нетерпеливо и тревожно поглядывали на командира.

— Начинать огонь только по сигналу! — уже и сам начиная волноваться, еще раз предупредил Николай Прокофьевич.

Пятьсот метров… триста… двести… Фашисты поднялись во весь рост. Сто метров…

— Огонь!

Прицельный огонь с близкой дистанции ошеломил эсэсовцев. Они ринулись назад.