Шрифт:
Глава 1
Я проснулся с пугающей уверенностью: произошло нечто ужасное. Стояла непривычная тишина. Громкое басовитое гудение космических двигателей настолько входит в жизнь космолетчика, что их молчание беспокоит больше, нежели внезапный вой аварийных сирен или тревожный набат. Так почему же я не слышал сигнала тревоги?! И почему не только молчат двигатели, но и насосы не гудят, и не слышно посвистывания систем вентиляции?
Правда, были кое-какие другие звуки.
Чье-то легкое дыхание.
Я с трудом пошевелился в кровати — да, в кровати, а не на узкой койке! — и ощутил рядом женское тело, мягкое и упругое, теплое, гладкое, бок о бок с моим. В другое время одно это могло вызвать желание, но не сейчас, ибо ситуация, похоже, действительно скверная. Я потянулся к настенному светильнику: он оставался включенным, когда мы, обессилевшие, погружались в сон. Помню, как сделал последнее усилие, выключая свет.
Я нажал на кнопку. Мягкий янтарный свет успокаивал взгляд. Он бликами играл на глянцевых каштановых волосах, рассыпавшихся на белой подушке, ласкал гладкое плечо и смуглую спину. И озарял циферблат настенных часов, стрелки которых показывали время с пугающей точностью.
— Илона! — резко сказал я.
Она отреагировала звуком, напоминавшим то ли мурлыканье, то ли просто вздох, пошевелилась, потянула на себя одеяло и укрылась под ним с головой.
— Илона!
На этот раз никакого ответа.
Пришлось ее потрясти: сначала легонько, затем более настойчиво. Девушка повернулась ко мне, глаза ее медленно, нехотя открылись тусклыми голубыми звездочками из-под темных волос.
— Ах, это ты… — проговорила она. И еще, раздраженно — Послушай, дай девочке поспать, а…
— Эти часы… — начал я.
— А что с ними? — Илона снова скользнула под одеяло.
— Они в порядке?
— Ну, конечно, в порядке!
Я спрыгнул с кровати и быстро подошел к окну. Припомнил, как обращаться с устройством управления поляризацией — Илона научила меня этому накануне вечером. Повернул рычажок, и затемненное стекло стало прозрачным, кристально чистым. В комнату ворвался яркий свет.
— Тебе что-то непонятно? — недовольно спросила она.
Я проигнорировал вопрос, разглядывая с высоты Нью-Прагу: высокие здания, сверкающие в лучах утреннего солнца, блестящие зеркала искусственных озер, зеленые парки. На северо-востоке находился космопорт. Солнце ослепляло, но все же я сумел разглядеть сверкающий шпиль наблюдательной вышки, высокую, странным образом закрученную колонну Маяка Карлотти. Еще там должна быть другая вышка, но ее я сейчас не видел.
А вообще в этот час там уже не должно быть никакой другой вышки.
Я, наконец, осознал, что
— Справочная космопорта. Чем могу быть вам полезна, сэр? — тем не менее, довольно мягко спросила она.
— С кем это ты там развлекаешься? — донесся раздраженный голос из-под одеяла.
Я не обратил внимания:
— «Молния». Она уже стартовала?
— Конечно, сэр. В восемь тридцать. На полтора часа позже расписания.
— Спасибо, — пробормотал я, отключаясь.
— Ну что, ты покончил со всем этим? — раздался недовольный голос.
Ну конечно, нет.
Я набрал другую комбинацию цифр и увидел еще одну симпатичную девушку. Она была такой же милой блондинкой, но, по всей видимости, гораздо чаще имела дело с неодетыми клиентами. А может быть, просто отличалась более широкими взглядами на жизнь:
— Коммутатор, — проворковала она. — Доброе утро, сэр.
— Нисколько не доброе.
— Что-нибудь случилось, сэр?
— Да. Вы сохраняете записи, кого нужно разбудить рано утром?
— Да, сэр.
— Звонили ли вы по следующему номеру в пять тридцать? — и я продиктовал напечатанный на карточке номер аппарата.
— Оставайтесь на линии, сэр, — глаза ее заскользили по строчкам, брови слегка нахмурились, как будто она сопоставляла какие-то данные. — Да, сэр. По этому номеру ответили. Заказ подтвержден.
— Спасибо.
— Ну, а теперь-то я могу уснуть? — холодно спросила Илона.
— Нет!
Я бросился к кровати, стащил одеяло, в которое укуталась Илона. Она уселась в постели, глядя на меня. Девица была хороша, сплошное сочетание рук, ног, груди… Но ее красота не имела для меня значения. Я уже начинал ненавидеть ее.
— Ты понимаешь, что случилось? — заорал я.
Илона поморщилась:
— Пожалуйста, говори тише. Ты же не на корабле и не приказы отдаешь.
— И никогда больше я не попаду на корабль.
— О чем это ты? — спросила она, впрочем, без особого интереса.
— Я опоздал на свой корабль, и ты прекрасно знаешь, что это значит, — ответил я.
Она, казалось, стала проявлять большую заинтересованность. Натянула простыню, закутала плечи. И повторила без всякой интонации:
— Ты опоздал на корабль…
— Да, черт возьми, Илона, что произошло этой ночью?
Она рассмеялась:
— Тебе самому должно быть известно. Ты ведь тоже был здесь.
— Но что произошло? Я звонил на коммутатор, заказывал звонок на пять тридцать. Таким образом, у меня было достаточно времени добраться до Космопорта. Сейчас сверился с телефонисткой, и она уверяет, будто звонок был и заказ приняли.