Вершина
Шрифт:
От одной мысля о том, к чему могут привести археологические раскопки возле гаража и как все это будет воспринято с точки зрения закона, меня прошиб холодный пот. Я только и смог безмолвно открыть и закрыть свой рот, словно рыба, выброшенная на сушу. Вместо слов от меня потянуло многодневным перегаром. Мисс Шмерлер с отвращением и ужасом уставилась на меня. Наверное, для нее этот эпизод навсегда останется самым ярким воспоминанием в ее жизни.
Полицейские шагнули ко мне и крепко, без лишней суеты, взяли меня за руки. Со стороны это выглядело так,
Нет нужды рассказывать о том, что произошло дальше. Была вызвана полицейская команда, которая тут же принялась за раскопки. Потом меня арестовали. Я все сносил молча. Они отправили меня в тюрьму. Параграф 50-1 Федерального уголовного законодательства. Это могло означать не только смерть. Но мне было наплевать на все!
Газетчики чуть с ума не посходили. Со времен недавних выборов я стал сенсацией номер один. Все мои коллеги по работе в газете зашибали неплохие деньги, кропая статьи под заголовками типа: “Даже тогда в нем было что-то пугающее”.
На следующий день, когда я протрезвел окончательно, я задумался над своим положением и решил действовать. Время капитуляции еще не пришло! Мне нужен был адвокат.
Я постучал по двери своей камеры:
— Эй, дежурный! Подойди на минутку!
Раздались неторопливые шаги.
— Ну? Неужели синяя борода уже скис? Хочешь во всем сознаться?
— Не-а. Мне не в чем сознаваться. Я только хотел поинтересоваться — эти тела, их, что, собираются вскрывать?
— Да, сегодня.
— Понимаешь, тут такое дело…
Я с трудом уговорил его выслушать меня. Я рассказал ему все относительно первого тела, той старой кошелки. В морге, наверняка, сохранились кое-какие записи на этот счет — покойники, все-таки там оживают не часто. Так что тут они не смогут пришить мне ничего серьезного.
А что касается других тел, то я живо представил, как вытянутся морды патологоанатомов, когда они начнут тыкаться скальпелем в кости из нержавейки, когда они увидят кровеносную систему из пластика, металлизированную нервную систему и другие новшества, внесенные моей женой. Да, они немало поломают голову над результатами моей дорогой и любимой половины!
Такова моя история, по крайней мере — до настоящего момента. Я до сих пор сижу в маленькой холодной камере и чувствую себя покинутым и одиноким. Но я не боюсь. Я подсчитал, что у меня как минимум четыре различных способа доказать свою невиновность.
Первым, и самым важным обстоятельством, является мое тело. Да-да, мое тело со всеми усовершенствованиями, которые сделала в нем моя изобретательная женушка! Я даже сомневаюсь, можно ли казнить меня на электрическом стуле. Скорее всего, я вырублю сеть, устроив короткое замыкание. Подобный факт моментально сделает меня объектом научных исследований. Быть подопытным кроликом, по-моему, намного лучше, чем трупом.
Вторым обстоятельством является то, что они не могут так быстро отправить меня на электрический стул — меня, человека с миллионным состоянием. Нет, они вначале
Кроме того, меня пока можно приговорить к заключению, но не к смертной казни. Ведь я никого не убивал, на трупах нет никаких следов насильственной смерти! Я, кстати, не удивлюсь, если они меня в конце концов отправят в психушку. Я не возражаю — мне все равно, где ждать моих малышей.
И, наконец, четвертым обстоятельством является именно это — возвращение моих детей, моих и ее. Они прилетят. Очень скоро и, я надеюсь, не одни.
“Прилетайте поскорей”. — Это были мои последние слова перед их отлетом. — “И пусть с вами вновь появится такая же прекрасная девушка, как та, что когда-то вышла замуж за вашего несчастного отца!”
Я, конечно, признаю, что нехорошо заставлять своих собственных детей сводничать в своих же интересах. Но, но крайней мере, я могу утешиться тем, что мои дети — это очень необычные создания, и они поймут меня правильно.
Мне привезут новую невесту! Мои дети просто обязаны это сделать!
Мне вдруг пришло в голову, что высокая стройная длинноногая блондинка — это как раз то, что мне нужно. По крайней мере, на первое время, а потом посмотрим. Мне нужно будет хорошенько подумать. Единственное, что меня смущает, так это долгое ожидание.
Современные дети не так уж плохи и на них можно положиться, как вы думаете?
Альфред Элтон Ван Вогт
Эрзац вечности
Грейсон щелкнул замком и освободил руки. Немного помедлив, отпер замок на ногах. Тяжелые цепи с грохотом обрушились на пол.
— Хэрт, — раздраженно позвал он.
Молодой человек, лежавший на койке, даже не пошевелился. Разозлившись, Грейсон пнул его ногой.
— Какого черта, Хэрт! К кому я обращаюсь?.. Я тебя расковал. Я ухожу и могу не вернуться.
Джон Хэрт не пошевелился. Он лежал неподвижно, как статуя, глаза его были закрыты, и только по тому, что он слегка дернулся при ударе, можно было определить, что он еще жив. Бескровные щеки Хэрта были белы, как снег. Грязные жирные волосы космами свисали с головы.
— Скажу тебе честно, Хэрт. Я иду искать Мелкинса, Помнишь, он ушел четыре дня назад, а говорил, что задержится не более, чем на сутки?
Не дождавшись ответа, Грейсон раздосадованно сплюнул и направился к выходу, но, отойдя несколько шагов, остановился и продолжил:
— Хэрт, если я не вернусь, то тебе все-таки придется узнать, куда мы попали. Планета не исследована, понимаешь? Ни одна земная экспедиция никогда не была здесь раньше. Но корабль потерпел крушение. Нам троим удалось выскочить из этого ада на спасательном челноке, но нам нужно топливо. Именно за этим Мелкинс пошел на разведку, а сейчас и я отправляюсь на поиски, но теперь уже его самого.