Вервольф
Шрифт:
Но ничего не произошло. Я продолжал полулежать на своей любимой ветке с интересом посматривая на мгновенно протрезвевшего синяка в пуховике, а зрители несколько разочарованно выдохнули и негромко загомонили.
— Ну? Что я говорила? Зверек совершенно безопасен. — самодовольно заявила девушка, явно игнорируя тот факт, что и сама пару секунд назад облегченно выдохнула.
— Что за черт?.. — пробормотал дед-охотник, глядя то на меня, то на слегка повеселевшего смертника, который неуверенно подпрыгивал на месте и «эйкал» пытаясь одновременно и привлечь мое внимание и не совершать резких
Я в ответ почесался и вопросительно посмотрел на присутствующих.
— Чушь какая-то… — пробормотал толстяк себе под нос и, развернувшись на месте, широким шагом зашагал прочь, сопровождаемый своей свитой и уговорами получившей второе дыхание дочурки. У клетки остались только маг, работники, да синяк, который неуверенно скреб прутья решетки и пытался привлечь к себе внимание.
— Выпускайте. — разрешил маг, держа посох на изготовку. Решетки опять опустились и поднялись, выпустив наружу заново родившегося синяка. Скорее всего за пьянство бедолагу на этот эксперимент и направили, но задатки внука Ванги подсказывали мне, что сегодня он все равно надерется так, что всем тошно станет!..
— И правда чушь какая-то… — пробормотал себе под нос маг и недоверчиво посмотрев на меня, зашагал вслед за пузаном.
Ну, а вот мне было весело. Спрыгнув с ветки я тут же порысил к месту предполагаемой двери и принялся вдумчиво изучать пол. А я то гадал — где тут дверь и как меня внутрь засунули! Для еды тут было довольно хорошо укрепленное отверстие, а вот дверь я найти до этого момента никак не мог. Поразительно, да и только.
Всего таких визитов было шесть. Причем в большинстве фигурировал «синяк», который ко мне заходил уже как к родному и прогуливался туда-сюда вдоль клетки, показывая свою храбрость. Похоже встреча со мной временно стала чем-то вроде самого жуткого наказания и парень во всю этим пользовался, поскольку трезвым он не приходил ни разу!
Разве, что пузан больше не приходил, да девчонка временно про меня забыла не наведываясь ни вместе со всеми, ни ночью одна. За что получила от меня еще парочку очков в пользу ума, поскольку рисковать быть пойманной возле клетки ночной порой явно грозило тем, что постепенно сдающийся папаня мог одномоментно вернуться в «первоначальное» состояние резкого запрета.
А вот маг и охотники присутствовали постоянно с невыразимым словами удивлением встречая каждый раз возвращающегося от меня живым очередного «экспериментатора»…
Под конец недели я уже начал зевать и откровенно прятаться от такого назойливого внимания…
Последней каплей стало то, что совсем насинячившийся алканавт попытался меня пнуть. Однако гравитация и логика были на моей стороне, так что все чего он добился — это упал и уснул на месте в моей клетке, после чего несколько опасливые слуги его вытащили и уволокли куда-то как человека-паука в одноименном фильме — молчаливо и с почестями.
Надо ли говорить, что где-то на четвертом разе никто уже «жоспех» для входа не надевал и что первой ласточкой в вопросе такого беспрецедентного доверия конечно же стал синяк…
А к концу недели испытаний за мной уже явился дед-охотник и осторожно поманил пальчиком на выход. Кажется он собирался нацепить на меня поводок, по-по-крайней
И только Черепашкин остался равнодушным ко всей этой свистопляске, а возможно и вовсе помер… С ним не угадаешь…
Глава 20
— Итак, ваша милость… Его светлость попросил меня показать вам как иметь дело с дикими… эээ… существами…
Дед привел меня на нечто вроде тренировочной площадки. Я думаю, что отряды толстяка тут обучались драться и все такое. А выводы эти у меня возникли потому, что по краям площадки сейчас околачивалась толпа полуголых и сильно заинтригованных мужиков со здоровенными деревяшками в руках. Да и сама арена была истоптана до состояния бетона и резко воняла потом.
Шли мы до нее, кстати, прилично так — из чего можно было сделать вывод, что дом толстяка был немаленьким и скорее всего являлся даже не домом, а полноценным таким замком! Правда для полной уверенности надо было бы выйти наружу и глянуть — есть ли тут стены и ров. Потому, что что это за замок без стен и рва?..Но я думаю, что дед был бы против.
Как ни странно, но пришел он за мной один одинешенек и до места нас никто не провожал, да и по дороге не попадался, хотя я нюхом чуял, что народу вокруг не мало и что народ этот воняет страхом.
Сейчас же мы стояли перед тремя закованными в латы крепышами, за которыми находились девчонка и маг. Не знаю, чего уж там смущенный дед собрался показывать, но из-за крепышей видно было плохо и всякие поползновения обойти их, крепыши тут же на корню рубили отодвигая протестующую общественность обратно себе за спины…
— Вот, стало быть… — сказал дед и неуверенно посмотрел на меня. Было очень похоже, что если дедок и умеет обращаться с «дикими… эээ… существами», то существа эти от меня явно чем-то сильно отличались и что делать теперь он сам знал не до конца. Возможно даже и не до серединки…
— Да я знаю все сама! Пустите меня немедленно. — завопила девушка, но пускать ее почему то не спешили…
— Сожалею ваша милость. — прогудело ведро на голове центрального латника, — У нас приказ его светлости. Сначала Корнадж скажет вам как обращаться со зверем и только потом мы вас к нему допустим.
Как ни странно, но девушка тут же притихла. Видимо спорить с ведром было делом безнадежным и проще было согласиться, чем вступать в какую то дискуссию. После чего все, включая меня, уставились на 'Оказывается Корнаджа', который слегка прокашлялся явно оттягивая время:
— Так вот стало быть… — пробормотал дед нахмурившись, — Кормите его побольше. Не забывайте об этом и не пренебрегайте. Я буду выделять мясо под его нужды.
Тут дед стрельнул в мою сторону печальным взглядом:
— Но и вы в свою очередь не пренебрегайте. Если видите, что зверь голодный — покормите его обязательно! Так… Не дразните животное… Не пугайте его…А лучше вообще оставить его там где оно и было, а? Ваша милость, ну в самом деле — для всех так будет только лучше.