Вервольф
Шрифт:
— Хорошо, пойдёмте, — раздражённо прошипел Новидж. — Только имеёте в виду, вы должны начать не ранее чем через час после того, как я уеду! Запомнили? Не ранее, чем через час!
— Договорились, — кивнул тёмник.
Пару веков назад кто-то из придворных острословов, заблудившись в лабиринте коридоров, окрестил королевский дворец Гравлэндом. С тех пор ничего не изменилось, более того, риск навсегда затеряться в чреве этого архитектурного монстра только возрос. Дворец надстраивался беспорядочно в течение нескольких столетий, и досконально расположение всех комнат, залов и переходов, знали, пожалуй, лишь несколько слуг, которые без особой застенчивости этим пользовались,
В той части дворца, куда направились Новидж с Сарном, постов практически не было: здесь располагались кабинеты министров, архив и залы совещаний. Свечей тут было ещё меньше, отчего вокруг царил полумрак. Под ногами стелились длинные тени, отбрасываемые статуями, число которых во дворце увеличивалось всякий раз, когда в гости к королеве приезжал кто-нибудь из её соотечественников: каждый из них считал своим долгом таким образом смягчить аскетическое существование Далии, вынужденной, по их мнению, жить в стране, где господствует безвкусица. Поэтому, когда Новидж заметил впереди тёмный силуэт, он первым делом решил, что носильщики впотьмах уронили одну из статуй, но, присмотревшись, понял, что на полу лежит чьё-то тело.
— Там, — сдавленно простонал он, вытянув руку. — Там кто-то лежит!
Сарн оттеснил его плечом. Подойдя к распростертому телу, он присел на корточки.
— Похоже, эрр Новидж, вам понадобится новый кучер, — через некоторое время протянул тёмник. Внешний министр попытался сглотнуть, но во рту было так сухо, что он поперхнулся.
— Его убили? — прохрипел он.
Сарн не ответил. Он выпрямился и, обнажив меч, скользнул в кабинет, дверь которого была приоткрыта. Новидж благоразумно остался снаружи. Через несколько минут тёмник выглянул в коридор.
— Заходите, здесь никого нет, — убирая меч в ножны, почти приказным тоном произнёс он.
Однако Новидж, всё еще не оправившийся от потрясения, совершенно не обратил на это внимания. Он осторожно переступил порог и вскрикнул: прямо у порога лежали ещё два трупа. Возле них стоял открытый сундук.
— А это, как я полагаю, носильщики? — деловито уточнил Сарн, затаскивая тело кучера в кабинет. — Так, говорите, он совершенно не опасен?
— Кто? — глупо переспросил Новидж, после чего ахнул: — Вы думаете, это она? Нет, это невозможно!
— Она?! — Сарн мрачно взглянул на него. — В таком случае, я вас поздравляю! Вы искали кандидата на роль подставного убийцы, а нашли настоящего зверя! Эти трое были убиты почти одновременно. Даже я не смог бы проделать подобное, а тут какая-то женщина… Кто она?
Новидж затравленно оглянулся по сторонам и на всякий случай прижался спиной к стене.
— Это невозможно, — упрямо мотая головой, повторил он. — Ей нет и двенадцати, она же совсем ребёнок!
— Ребёнок?! — ощерился Сарн. — Этот ребёнок только что убил трёх взрослых мужчин! Взгляните: у кучера перебито горло, он даже вскрикнуть не успел! Таким ударом обладает не каждый профессионал. А эти двое? Ставлю своё годовое жалованье, что удар был нанесён одновременно с двух рук — раскрытой ладонью в нос, причем, с такой силой, что сломанные кости и хрящи вдавлены в мозг. И заметьте, она убила их голыми руками, без всякого оружия!
Новидж вдруг с ужасом осознал, что всё это время рядом с ним находилась сама смерть. Оставалось только гадать, знал ли барон Ямин о некоторых — скажем так — скрытых талантах маленькой рабыни, или нет.
— А вдруг она и в самом деле… — побледнел министр.
— Суом? Очень может быть, — прищурившись, кивнул тёмник. — А вы знаете, — после короткой паузы задумчиво произнёс он, — это даже в какой-то степени нам на руку…
— То
— Теперь у нас есть настоящий убийца! — усмехнувшись, пояснил Сарн. — Нам лишь нужно сделать так, чтобы её увидело как можно больше людей. Лишние свидетели, — он кивнул на тела, — мертвы, и теперь никто не узнает, каким образом она проникла во дворец. Остаётся только дождаться, когда она доберётся до короля.
— А вдруг у неё ничего не получится?
— Тогда мы поможем ей, — хищно осклабился тёмник. — В любом случае, к утру король будет мёртв!
Внешний министр судорожно икнул.
— Скорее, — взвизгнул он, хватаясь за дверную ручку, — проводите меня к выходу!!
— Вам так не терпится отправиться на тот свет? — насмешливо осведомился Сарн. — Эта малышка будет убивать всех, кто окажется на её пути. Будет лучше, если вы останетесь здесь. Запритесь и никуда не выходите.
— А вы?
— Я? — удивился Сарн. — Меня столько раз пытались убить, что я уже к этому привык. К тому же, знали бы вы, как я соскучился в ожидании достойного противника.
— Вы сумасшедший!
— Может быть только благодаря этому я до сих пор жив, — криво усмехнулся офицер, и в его глазах полыхнуло холодное пламя.
Прошло всего несколько минут после того, как Сарн выскользнул за дверь, но внешнему министру они показались вечностью. Первым делом он запер дверь, повернув ключ в замке четыре раза, потом немного подумал и подтащил к двери сундук. Однако, и этого ему показалось недостаточно: он попробовал сдвинуть с места дубовый стеллаж с книгами, но у него ничего не вышло. Новидж даже всхлипнул с досады. Ему вдруг стало нестерпимо жалко себя. Захотелось завыть в полный голос, чтобы хоть как-то разогнать вязкое нечто, давившее на затылок тяжёлым немигающим взглядом. Ноги предательски задрожали, и Новидж поспешно опустился в кресло. Липкими от пота руками он подтянул к себе бронзовый подсвечник и зажёг свечу. В кабинете сразу стало намного уютнее. Теплый свет разогнал тени по углам, а лёгкое потрескивание фитиля заставило отступить гнетущую тишину. Новидж почувствовал, что начинает понемногу успокаиваться. Внезапно пламя свечи дрогнуло и погасло. Новидж дёрнулся, подскочив в кресле, и торопливо зажёг свечу снова, но едва он отвёл руку, как она вновь погасла. Он опять потянулся к подсвечнику и вдруг ощутил за спиной чьё-то присутствие.
— И-и-и… — тихонько завыл он, сползая вниз.
— Где стрела? — чужое дыхание шепотом обожгло ухо. Голос был знакомый и незнакомый одновременно.
— К-какая стрела? — заикаясь, просипел Новидж.
— Мне нужна стрела, — тихо повторил голос. — Отдай её мне!
Трясущейся рукой Новидж выдвинул ящик стола, достал стрелу и осторожно положил её на стол. Опасаясь сделать какое-нибудь лишнее движение, он застыл, уставившись пустым взглядом прямо перед собой. За спиной раздался шорох, слева показалась мертвенно бледная рука, в которой был зажат небольшой холщовый мешочек.
— Развяжи, — потребовал голос.
Новидж послушно распутал завязки и тут же снова убрал руки на колени. Он узнал этот мешочек: маленькая рабыня всегда носила его на груди. Как-то он спросил её, что в нём, и Миана, опустив глаза, пояснила, что это земля с могилы её родителей. Она тогда слёзно умоляла хозяина позволить ей оставить при себе реликвию, и Новидж благодушно разрешил, за что немедленно был вознаграждён.
Та, которая ещё час назад была полностью в его власти, обогнула стол и замерла напротив. Она была полностью обнажена, однако Новидж не почувствовал даже намёка на вожделение — от неё веяло холодом. Длинные волосы были забраны в тугой пучок на затылке, на левой руке, чуть ниже локтя, алел свежий порез, а на животе какие-то странные рисунки в виде спирали. «Это же её собственная кровь!» — ужаснулся Новидж.