Вервольф
Шрифт:
— Не советую вам делать резких движений, принц, — процедила Далия. — Эта заколка сделана из ребра морского шершня и по прочности не уступает стали.
— Вы не посмеете! — попробовал улыбнуться принц, но вместо этого лицо скривилось в гримасе отчаяния.
— Вы правы, — холодно усмехнулась девушка, — я ещё не решила, стоит ли моя любовь, моя жизнь, благополучие моей родины вашей презренной душонки. Может быть, вы развеете мои сомнения?
Она слегка надавила, и Грег почувствовал, как по шее побежала горячая струйка крови.
— Не надо! — просипел он.
— Позвоните кучеру, —
Принц послушно протянул назад руку и, нащупав шнур, несколько раз с ожесточением дёрнул за него. Карета стала замедлять ход и вскоре остановилась. Послышались торопливые шаги. Далия резким движением оттолкнула от себя принца и закуталась в дорожное одеяло. Дверь распахнулась.
— Что случилось? Принцу стало хуже?! — взволновано спросил лекарь, заглядывая внутрь.
— Напротив, Фериш, — спокойно ответила княжна, — его высочеству настолько полегчало, что он решил остаток пути проделать верхом. Несомненно, в этом целиком и полностью ваша заслуга! Не сомневаюсь, что в ближайшие два дня все будут обсуждать не предстоящую свадьбу, а ваше высокое искусство, — улыбнулась она.
— Ну что вы, княжна, — зарделся Фериш. Он перевёл взгляд на принца и уже более спокойным тоном спросил: — Вам и в самом деле лучше, ваше высочество?
— Да, — буркнул Грег, поднимая воротник куртки, — распорядитесь, чтобы мне подали коня!
Он бросил на княжну затравленный взгляд. «Ты ещё пожалеешь, теннская сука! Горько пожалеешь!» — с ненавистью подумал он и покинул карету…
Картинка прошлого была настолько яркой, что казалось, будто бы это произошло не много лет назад, а только вчера. Лицо принца исказилось в гримасе ярости. Он сжал кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони и сквозь пальцы начала сочиться кровь. «Второй! Во всём второй! Всегда второй! А хочу быть только первым! Слышите, первым!» — закричал мысленно Грег.
Чилам открыл глаза и повернул голову:
— Первым? — переспросил он.
Принц почувствовал, как шею захлестнуло невидимой удавкой.
— После тебя, Великий, — задыхаясь, просипел он, ощущая, как петля затягивается всё туже и туже. Он упал на колени и схватился за горло. Некоторое время прорицатель с усмешкой наблюдал за его мучениями, затем усмехнулся, и удавка тотчас ослабла. Принц судорожно вздохнул и зашёлся в кашле.
— Ты никогда не будешь первым, — спокойно произнёс Чилам. — Запомни это!
Грег кивнул, и вдруг неожиданно для себя прохрипел:
— Прошу, Великий, не делай из меня дзарга!
— Поздно, — покачал головой прорицатель, — ты уже дзарг! Неужели ты этого ещё не понял?
— Дзарг?! — в ужасе отшатнулся Грег.
— Ты дзарг своих страстей, грайворец, — пояснил Чилам. — Они, — он кивнул в сторону дверей, за которыми находилась охрана, — слушают меня сердцем. Ойба — честью, которую боится потерять больше жизни. А ты — страстью! И все вы будете мне преданы, потому, что в любой момент я смогу это…
Чилам не успел договорить. Внезапно мощным, но удивительно грациозным рывком он вырвал своё тело из трона и замер, прижав ладони к вискам. На шее прорицателя страшными жгутами вздулись вены, казалось, ещё немного — и они лопнут от перенапряжения.
— У нас гости, которых я ждал очень и очень давно. Приведите их!
Принц и барон молча повиновались. Ойба обнажил меч.
— Спрячь оружие, — тут же раздался за его спиной голос Чилама, — они не опасны. Теперь уже не опасны.
Когда Грег выглянул в коридор, его едва не вывернуло наизнанку: на каменных плитах пола в беспорядке лежали тела дзаргов. Сломанные шеи, вырванные кадыки, неестественно вывернутые руки и ноги, вспоротые животы — всё говорило о том, что бой был ужасным. Среди изломанных мёртвых тел, склонив голову, неподвижно стоял человек с ножом в руках. Вся его одежда была залита кровью. «Грайворец!» — вздрогнул принц, узнав знакомую форму. Он непроизвольно сделал шаг назад и наткнулся спиной на барона. Ойба молча отодвинул его в сторону и подошёл к грайворцу.
— Дай, — тихо произнёс он. Человек, послушно разжал пальцы, и нож скользнул в протянутую ладонь. — Пошли! — приказал барон и подтолкнул стражника в спину. Тот, по-прежнему не поднимая головы, сделал несколько неуверенных шагов в сторону дверей и снова замер. Барон толкнул его ещё раз и человек, словно тупое вьючное животное, которое слушается только плети, вновь продолжил путь.
— Веди остальных! — небрежно бросил через плечо барон.
Грег обернулся: у стены, в таком же странном оцепенении, замерли ещё три человека. В одном из них он узнал своего раба. Принц осторожно приблизился. Люди не шевелились. Он протянул руку и несколько раз провёл раскрытой ладонью перед лицом раба: тот даже не моргнул. Грег по примеру барона толкнул его в спину, и раб покорно тронулся с места.
— Ну, вот и все в сборе! — объявил Чилам, когда последний из «гостей» переступил порог зала Откровений. — Интересно, кто же из вас лис? — Склонив к плечу голову, прорицатель с любопытством разглядывал грайворцев. В его облике что-то неуловимо изменилось: холодная невозмутимость, благодаря которой он выглядел старше своих лет, исчезла, черты лица разгладились, и он вдруг стал похож на обычного шестнадцатилетнего юношу. Радостная улыбка только усиливала это впечатление. Впервые Чилам открыто проявлял эмоции. Он радовался, как радовался бы его сверстник, выигравший партию у более опытного соперника.
«Лис?!» — Грег вздрогнул и затравленно оглянулся по сторонам, ожидая, что вот-вот в зал ворвутся королевские гвардейцы. Чилам рассмеялся:
— Что тобой? Отчего ты так побледнел?
— Среди них лис?!
— Ну, один-то точно есть! Иначе как бы они сюда добрались?
— Убей их, Великий! — взвизгнул принц. — Они пришли за мной! Они выследили меня!
— Кое в чём ты прав, — кивнул юноша. — Вот только никто тебя не выслеживал! Я сам подсказал, где тебя искать! Помнишь свой медальон, который ты проиграл мне полгода назад? Так вот, теперь он у твоего кузена! Его нашли в желудке наёмного убийцы, после неудавшегося покушения на короля Грайвора. Впрочем, лис расскажет об этом куда подробней.