Весь мир в кармане
Шрифт:
Он нарочно старался ввернуть боксерские термины, чтобы заинтересовать Китсона. Ему необходимо было привлечь на свою сторону и Китсона, и Джипо. И он заметил, что лед начинает трогаться. Китсон слушал его теперь с большим интересом, с лица его исчезло выражение упрямства.
— Все, что Китсон вам рассказал, я давно уже прочитал в газетах, — продолжал Морган. — Эти парни так гордились своей машиной, что трубили о ней на каждом углу. Они были уверены, что никто не сможет проникнуть в машину-сейф, и расписывали ее во всех подробностях, чтобы нагнать страху на желающих в нее забраться и набить цену агентству. Еще тогда у меня в голове засела эта мысль. Мы
Блек погасил сигарету и тут же зажег другую, не сводя с Моргана прищуренных глаз.
— Итак, у тебя есть идея? — спросил он.
— Да.
Морган спокойно продолжил дальше:
— Идея у меня есть. И, во всяком случае, у нас хватит времени все обдумать. Эта машина будет возить на ракетный полигон по миллиону долларов каждую неделю, скажем, в течение пяти, а может, и более лет. Я знаю, что на этом можно и погореть. Однако проходят недели… экипаж теряет бдительность, расслабляется… И тут являемся мы как снег на голову.
— Да постой ты, — вспылил Китсон. — Ведь это чушь собачья! Сколько времени нужно этому парню, чтобы нажать кнопку, даже если он наполовину заснул? Две секунды, не больше. Шесть секунд, чтобы нажать все три кнопки. И машина превращается в стальную черепаху, а тогда никто не сможет с ней ничего поделать. Неужто ты думаешь, что сможешь остановить машину, открыть дверь кабины и справиться с водителем и охранником за шесть секунд? Что за дурацкая фантазия!
— Ты так думаешь? — спросил Морган с издевкой.
— Я не думаю, я знаю. Только попробуй остановить эту машину! Не успеешь к ней подойти на расстояние ярда, как стальные шторы опустятся, заданное время будет снято, а радио завизжит во всю мощь, призывая на помощь.
— Ты уверен в этом? — снова спросил Морган, улыбаясь столь язвительно, что Китсону захотелось его ударить.
— Уверен. И что бы ты ни говорил, разуверить меня не сможешь, — Китсон с трудом сдерживал гнев.
— Может, ты поубавишь спеси и дашь Фрэнку высказаться? — вмешался Блек. — Если ты такой умный, что же ты сам не водишь эту машину?
Китсон вспыхнул, сердито пожал плечами и откинулся на спинку стула. Он мрачно взглянул на Блека, потом на Моргана.
— Дело ваше. Но я знаю одно: этот номер не пройдет.
Блек повернулся к Моргану.
— Давай, Фрэнк, говори, что ты предлагаешь делать?
— Вчера я изучил их маршрут. От самого агентства. Путь немалый: сто три мили. Семьдесят миль по грунтовой дороге и последние три — по частной дороге, которая ведет уже прямо к полигону. Я искал место, где можно остановить машину. Автострада отпадает, вторая часть дороги — тоже. На обоих этих участках постоянно снуют машины, оживленное движение. Частная дорога охраняется день и ночь, стало быть, она тоже отпадает. Остается грунтовая дорога длиной в десять миль, проселок, — он стряхнул пепел с сигареты и глянул прищурясь на сидящих перед ним. — Десять миль. На четвертой миле отходит дорога, ведущая на Десятую автостраду. Движение здесь небольшое, и почти все машины проходят по той ветке проселка, что ближе к ракетному полигону, потому что она почище и на две мили короче. На расстоянии двух-трех миль от ворот ракетного полигона дорога сужается в этакое «бутылочное горло», которое образуют скалы по обе ее стороны. Помимо скал там еще заросли кустарника. Вполне подходящее место для засады или несчастного случая.
Блек кивнул.
— Точно, — сказал он. — Я ехал один раз по этой дороге и чуть сам не гробанулся. Если ты разгонишь машину
— Верно, — подхватил Морган. — Итак, — продолжал он, — представьте себе этих двух парней в бронемашине. При такой погоде в кабине чертовски жарко. Они едут по одному и тому же маршруту чуть ли не в сотый раз… Духотища… Все это им порядком поднадоело, и они расслабились. На повороте к «бутылочному горлу» они видят машину, разбившуюся о скалу и скатившуюся с дороги. Посреди дороги лежит женщина, вся в крови — видно, ее порядком стукнуло.
Он наклонился вперед и уставился на Блека.
— Как ты думаешь, что станут делать эти двое в кабине: проедут дальше или остановятся, чтобы узнать, нельзя ли ей помочь?
Блек ухмыльнулся и взглянул на Китсона.
— Слышишь, умник? По-твоему, это фантазия? — спросил он.
— Так что же они станут делать? — повторил Морган.
Китсон покраснел и заерзал на стуле, а Блек уверенно сказал:
— Они остановятся. Я думаю, один из них выйдет из кабины, а другой… другой вызовет помощь по радио. Это — если они уж такие бдительные, как уверяет Китсон.
Морган взглянул на Китсона:
— Ну, а ты что скажешь?
Китсон помедлил, потом недовольно пожал плечами и сказал:
— Я считаю, Эд прав. Дирксон выйдет из кабины, а Томас останется на месте. Дирксон посмотрит, что с этой женщиной, уберет ее с проезжей части и вернется к бронемашине. Они вызовут по радио скорую помощь, а сами поедут дальше.
— Верно. Я думаю точно так же, — сказал Морган.
Он не потрудился спросить, что думает Джипо, ведь тот редко высказывал мнение, к которому стоило прислушиваться. Разумеется, если речь не шла о том, как взломать сейф или открыть замок с секретом.
— Итак, мы имеем следующую ситуацию, — продолжал Морган: — Один вышел из машины, другой остался в кабине. А теперь, скажи, — обратился он к Китсону, — снимет ли водитель заданное время и опустит ли стальные шторы в подобной обстановке?
Китсон вынул из кармана платок и вытер лицо.
— Наверное, нет, — ответил он мрачно.
Морган перевел взгляд на Блека.
— А ты что думаешь?
— Конечно, нет, — решительно ответил Блек. — Ведь Кит-сон говорил, что если снимешь заданное время, то потом придется вызывать специалиста. Значит, они сделали бы это только в случае прямой опасности. А шторы он не стал бы опускать потому, что ему интересно увидеть, что делает его приятель и что там случилось с этой женщиной.
Морган кивнул.
— Вот мы и добрались до сути дела. Бронемашина остановилась, а кнопки не нажаты, — он показал пальцем на Китсона. — Ситуация, которую ты считал невозможной. Ты говорил, что это дурацкая болтовня, идиотская фантазия. А что ты теперь скажешь?
— И что это тебе даст? — спросил Китсон сердито. — Предположим, я ошибся, радуйся. А дальше что?
Морган пустил тоненькую струйку дыма к потолку. Он явно торжествовал.
— Неплохо я отработал все детали, — сказал он. — И остановил машину, и заставил охранника выйти. Теперь давайте представим себе это «бутылочное горло», где мы остановим бронемашину. По обеим сторонам дороги растет кустарник, где могут спрятаться двое или трое. Охранник выходит из кабины и направляется к женщине, лежащей на дороге. И, конечно, в такую жару эти двое не будут ехать при закрытых окнах. Может, ты, Китсон, думаешь, что шофер все-таки опустит шторы, когда охранник выйдет из кабины?