Весёлый гном
Шрифт:
Но праздник только, оказывается, начинался. Лишь я из него как-то незаметно для себя выпал.
– Афеноген, ты живой? – донёсся до меня приглушенный голос.
Я открыл глаза и увидел перед собой снова то же пальто. На этот раз на нём не хватало ещё одной пуговицы.
– Ты уже третьего адвоката посетил, что ли? – спросил я. В голове немного прояснилось со времени последнего своего пришествия. Присмотревшись, я обнаружил на лице Ватсона свежий фингал – он был всё ещё красным, и очертания глаза просматривались, но, подумалось,
– Надо выбираться отсюда, - ответил Валентин, присаживаясь на край моей кровати. Общение с защитником вроде просветлило ему голову.
– Начнём с того, где мы вообще?
– Ты не помнишь ничего, что ли? А, у тебя ж крещение было! То-то я думаю, с чего ты так разошёлся.
Я поёжился.
– Как так – «разошёлся»?
– Ты был признан «Мачо года» - не помнишь?
– Не помню, - я был искренне заинтригован.
– Конкурс был – кто больше всех соберёт поцелуев. Вот ты и отличился: живого места на тебе не было… Ну, в смысле, весь в помаде. Как посчитали – ахнули. На десяток переплюнул «безопасника», а его уже, говорят, лет пять никто не может обойти.
– А, ну вот и навёл контакты в центральном офисе.
Для самоуспокоения я оттянул резинку на своих шортах и заглянул внутрь – всё было на месте и в самом благопристойном виде.
– Но на кой тебя потянуло за «Отаром», понять не могу.
– А кто это?
– Любимый коньяк босса! По-твоему, с чего мы тут?
– Где?
– В «мочалке»! Тебе приспичило налить Сергеичу полный фужер «Отара» и заставить выпить до дна за здоровье чьей-то матери. Не мог водки ему налить, что ли? Тоже мне, гордыня…
– И что..?
– И то - попёрся искать «Отар» посреди ночи. Я за тобой.
– С шампанским?
– Ну, прихватил по ходу… Сам толком не помню, как мы за ограду выползли, но там, видать, ребята уже дежурили – местные, знают уже, кто да в какое время.
– С кабриолетом?
– А то! В общем, я провёл тут уже предварительно переговоры, - он бессознательно коснулся правого глаза и поморщился, - с нас по «штуке», и всё забыто – доставят обратно в самом лучше виде, без «мигалки». На BMW. Без протокола.
– Рублей?- с надеждой спросил я.
– Ну ты, брат, совсем… Это ж Европа!
– А «Отар»… в цену не входит?
– Ага, входит – поди вон постучи и попроси себе коньячку через адвоката: сразу пробьют по кассе и оформят копию чека.
Я вздохнул:
– У меня нет с собой столько денег.
Он тоже вздохнул:
– У меня тоже. Но всё предусмотрено: у них тут рядом банкомат. Карточка-то у тебя с собой? Они говорят, за последние три года, по статистике, на сотню их клиентов, которые оттуда, только у двоих не оказывается с собой карточки.
– Да-а, против статистики не попрёшь. А если откажемся?
– Да ерунда, - пожал он плечами, – способ доставки только изменится: вместо BMW – «бобик» с мигалкой, и прямиком к парадному входу, на глаза всей честной компании и главного массовика-затейника, типа «средь шумного бала, случайно…» Такси тут дорогое у них, сам понимаешь.
– По закону о защите прав потребителей это можно квалифицировать как навязанная услуга.
– Точно. Только нам от этого она дешевле не обойдётся. Да и прейскурант у них отсутствует.
–
Он печально посмотрел на меня и сказал:
– Ты действительно веришь, что здесь это прокатывает? Ну, ты весёлый, гном… Это ж двадцать первый век, теперь всё по закону: применительно к нам – нарушение общественного порядка. Вон в соседних апартаментах двое понятых колбасят свой срок, дежурные.
Я попробовал и так, и эдак провернуть в голове ситуацию, но натруженный за последние часы мозг ничего путного не выдавал. Наконец, я сдался:
– Ладно, зови адвоката.
– Нет, теперь твоя очередь.
– Валентин, ты уже знаком с ними, а мне… к чему? – я снял очки и потёр уставшие глаза.
Он нехотя поднялся, подошёл к заветной двери и легонько постучал в неё. Она, на удивление, тут же отворилась, и Валентин, о чём-то переговорив с мутной тенью снаружи, махнул мне рукой, приглашая на выход. Взаимопонимание было достигнуто моментально – не в этом ли смысл вечной гармонии?
Я встал с койки, аккуратно сложил тоненькое одеяльце вчетверо, почувствовав ностальгию по своему пионерскому детству. Окинув взглядом интерьер, я заметил смятый комочек светлой пряди на тонкой резинке у изголовья и, нагнувшись, поднял реквизит и водрузил его на свой подбородок. Поплёлся на выход – труба зовёт.
Время снимать карнавальные маски ещё не пришло.
«АГЕНТАМ НЕ…»
Я подошел к парадному входу трёхэтажного офисного здания и, перед тем как войти, ещё раз обернулся, чтобы удостовериться, что втиснутый между двумя иномарками мой неприметный представитель отечественного автопрома всё ещё находится в первозданной целости и относительной сохранности. Неделю назад случился неприятный казус, когда я, открывая дверцу, слегка задел припаркованную рядом «Мазду» - никаких видимых последствий на кузове соседа не было, и на моей «Ниве» тоже, но разбирательств хватило на десять нелицеприятных минут оживленного диалога с владельцем «японки», с упоминанием действующих цен на косметический ремонт и возможных последствий простоя его автомобиля в автосервисе. Претензии были беспочвенны и слабо аргументированы – кулаками махать не хотелось, а знакомый «гаишник», как выяснилось в процессе общения, оказался самым знакомым инспектором в городе. На том и разошлись.