Ветер с севера

Стрельна Саша

— Ана! Я не капризничаю! Неужели так трудно понять, что мне просто не хочется справлять нужду в присутствии всех эльфиек дома!

Ана всплеснула руками и расхохоталась.

— Анайриэль! — взмолился Кэлибор, чувствуя, что еще немного и случится нечто ужасное.

— Сейчас, сейчас, голубчик, — утирая слезы, заторопилась та и наконец-то подала ночную вазу.

Однако, услышав протяжный вздох облегчения, который спустя некоторое время издал Кэлибор, не выдержала и снова принялась смеяться.

— Ничего смешного, — буркнул

тот, откидываясь на подушки.

— Дай-ка я заодно посмотрю тебя. Как самочувствие?

— Теперь очень хорошо.

Анайриэль хмыкнула, отбросила одеяло и принялась менять пропитанные кровью повязки.

— Как ты ввязался в эту историю?

— Я и не ввязывался, — проворчал Кэлибор. — Все начиналось, как обычный дружеский поединок…

— Ты убил троих, а двоих покалечил. Харальдин Аттердаг требовал твоей головы.

— Ну и?..

Ана пожала плечами:

— Вчера днем он отправился восвояси. Украшенный шрамом через пол лица и здоровенной шишкой на затылке.

— Я его и пальцем не тронул, — встрепенулся Кэлибор. — Хотя стоило бы…

— Да уж… — Ана замолчала, поджав губы.

— Так кто его отделал? Тир?

— Не-ет, если за дело берется она, ее противники после этого ездить уже не могут. Да и ходить обычно тоже…

— Тогда кто же?

— Ну… шишка — моя заслуга.

— Выкладывай, Ана!

Эльфийка вздохнула.

— Черт бы побрал мой болтливый язык! Тир уже обещала, что когда-нибудь отрежет мне его.

— Анайриэль!

— Ох! Куиниэ ударила его ножом.

— Как это случилось? — опешил Кэлибор.

— Он хотел изнасиловать ее.

— И… преуспел? — стискивая кулаки, спросил тот.

— Нет, — Ана потрепала его по щеке, вновь заботливо укрывая одеялом. — После этого Тир и вышибла его из дома. Но помяни мое слово, он вернется. И хотя наша гордячка не хочет и задумываться над этим, я боюсь его змеиного нрава. Ему бы нагом родиться, а не снежным эльфом. Уверена, он не остановится ни перед чем, чтобы отомстить. Тем более теперь, когда имеет напоминание через пол-лица. Поэтому и говорю тебе все это, Кэлибор.

— Спасибо, Анайриэль.

— Ну, я пошла. И кстати, если тебе понадобится что-нибудь не столь… э… личное, знай, что твоя лесная нимфа уже имела возможность изучить все твои прелести, — Ана выразительно скосила глаза на то место, о котором и вела речь.

— Что-о?

— Она помогала госпоже смывать с тебя кровь. Ты задал работы нам всем, Кэлибор.

— Значит, Тир тоже?

— Угу…

— Час от часу не легче!

— Не тушуйся. Тебе есть что показать, — и, подмигнув, довольная собой Анайриэль удалилась.

Кэлибор вздохнул и прикрыл глаза.

«Харальд Аттердаг! Грязный варвар посмел посягнуть на нее! А я валяюсь здесь, беспомощный как дитя. Даже пописать самостоятельно не могу!»

Кэлибор завозился, пытаясь устроиться поудобнее, чтобы не так досаждали раны. После этого мысли его приняли несколько другое направление.

«Она

видела меня нагим… Касалась моего тела…» — Кэлибор зажмурился еще плотнее, чувствуя возбуждение и смущаясь одновременно. Мысли, не сдерживаемые хозяином, потекли дальше, рисуя внутреннему взору картины одна интимнее другой. Он не оборвал себя даже тогда, когда понял, что плоть его, несмотря на потерю крови, с великой готовностью откликается на фантазии.

— Эль-до, — нежный голосок у изголовья постели буквально подбросил его.

Чувствуя себя пойманным с поличным, Кэлибор нахмурился, глядя на не менее его смущеннуюКуиниэ.

— Я… разбудила вас?

— Можно сказать и так, — буркнул бедолага эльф, мысленно простонав.

Казалось, что даже толстое меховое одеяло не способно скрыть возбуждение.

— Пора ужинать. Давайте я помогу вам устроиться поудобнее.

— Я в состоянии сделать это сам! — Кэлибор решительно приподнялся, Куиниэ немедленно подсунула ему под спину подушки.

Благодаря ее ненавязчивой, но более чем необходимой помощи, через пять минут раненый полусидел в кровати, тяжело дыша и чувствуя огромную слабость после предпринятых усилий.

Куиниэ устроилась рядом и принялась ловко скармливать Кэлибору густой мясной суп, приправленный небольшим количеством куда более привычных овощей и сушеных трав. Каждый раз, когда она склонялась к нему с полной ложкой, ее округлое бедро прижималось к боку Кэлибора, который блаженно впитывал эту невинную близость, в то время как глаза его украдкой скользили по ее груди, шее, запоминали каждую черточку лица, любовались островерхими ушами, как и у него самого сейчас лишенными традиционных украшений, маленькой темной родинкой у левого уголка рта… Тут взгляд Кэлибора споткнулся, упершись в отметины с запекшейся кровью на губах Куиниэ.

— Что это? — пальцы мягко коснулись ранок.

— Прикусила. Случайно.

— Сама? Или это сделал Харальдин Аттердаг?

Куиниэ метнула быстрый взгляд на Кэлибора:

— Какое это теперь имеет значение?

— Для меня имеет. Он…

— Не надо! — движимая порывом, Куиниэ приложила ладонь к губам Кэлибора, чтобы не дать ему договорить.

Его рука медленно последовала за ее. Захватив хрупкое запястье, Кэлибор нежно, едва касаясь, поцеловал узкую ладонь, потом каждый пальчик, провел языком по чувствительной коже запястья, где бился пульс.

— Что вы делаете, эль-до? — пролепетала Куиниэ, розовея и пряча глаза от настойчивого зовущего взгляда.

— Малую толику того, что хотел бы, — промолвил Кэлибор, осторожно привлекая ее к себе и теперь с той же нежностью целуя искусанные губы.

Куиниэ тихо ахнула. В тот же момент в ее приоткрывшийся рот скользнул язык, а теплые губы прижались еще крепче, лаская, вкушая, спрашивая. Получив ответ на свой безмолвный вопрос, Кэлибор негромко застонал, и Куиниэ испуганно отпрянула.

— Вам больно? Позвать Ану?