Ветер с севера
Шрифт:
Зеленые оваты уже покидали площадку, когда Ролло заметил, что один из них как бы замешкался и сделал несколько робких шагов в сторону Ваархена, словно намереваясь что-то сообщить. Однако ближайший к нему белый друид сделал отрицательный жест, и оват, так и не решившись приблизиться, исчез. Ролло немного расслабился. Кажется, он догадывался, что хотел сообщить оват. Вряд ли они могли не обратить внимания на отсутствие Мервина, возможно, уже побывали и в его пещере. Слава Одину, что додумались они до этого лишь тогда, когда белых друидов волновал только розовеющий восток.
Старый Ваархен неожиданно издал торжествующий вопль, и все друиды подхватили его.
И все-таки Ролло не ошибся. Это была Эмма. Теперь она стояла среди друидов совершенно нагая, прикрытая лишь волнами своих дивных медных волос. Хрупкая, изящная фигурка среди облаченных в светлые балахоны лесных старцев. Она была неподвижна и покорна, словно неживая. Ее прежнего страха и стыдливости больше не существовало. Лицо Эммы оставалось безучастным, а взгляд был отсутствующим.
– Колдовство, – пробормотал Ролло, медленно нащупывая ближайший дротик.
Все его существо было напряжено до предела, сердце гулко стучало, солнечные лучи слепили глаза. В этом сиянии он видел, как друиды окропили неподвижную девушку горячей кровью с дубовых ветвей. Эмма слегка вздрагивала, когда темные вязкие капли касались ее, но не шевелилась, лишь недоуменно взглядывая на жрецов. У Ролло сердце заныло от жалости. Он видел, как один из друидов поднял чашу с маслом, и Ваархен, смочив в нем пятерню, провел ею по груди и животу Эммы. Девушка все сносила с покорностью, и Ролло наконец решил, что его время пришло.
Первый же дротик пронзил Ваархена, выйдя между лопаток. Жрец, не успев даже вскрикнуть, рухнул к ногам своей жертвы. Друиды были так поражены, что в первый миг стояли неподвижно, и это дало викингу возможность сразить еще четверых. В пятого он промахнулся, ослепленный блеском солнца. В тот же миг, схватив оставшиеся дротики и издав неистовый боевой клич, он прыгнул с мегалита прямо в корзину на алтаре.
Теперь друиды опомнились и в панике бросились кто куда, испуская громкие крики. Удержав равновесие, Ролло успел метнуть дротики еще в двоих, на большее у него времени не оставалось. Воспользовавшись паникой среди жрецов, он подхватил безучастную девушку и, перебросив ее как добычу через плечо, со всех ног кинулся в противоположную сторону.
По пути он натолкнулся еще на троих друидов и, выхватив кинжал, кинулся на них. Того, кто преграждал ему дорогу, он ударил лезвием в грудь, другого пнул ногой, третий же, вопя, сам кинулся прочь.
Шум погони он различил лишь тогда, когда почти уже миновал заросли священной рощи. Но здесь его ожидал новый сюрприз. Прямо на него бросились несколько друидов-стражников, а на открытом пространстве за рощей он обнаружил толпу явившихся к святилищу по случаю праздника бретонцев. Их было множество, даже женщины с детьми. Кое-кто из сопровождавших их мужчин пустился наутек, но часть бретонцев ринулись помогать стражам рощи.
Ролло успел увернуться от брошенного в него дротика. С размаху левой рукой он чиркнул кинжалом по груди одного из друидов и, заслонясь его телом, принял на себя еще два копья. Сражаться с ношей на плече было крайне неудобно, поэтому, швырнув в атакующих изувеченный труп жреца, Ролло со всех ног помчался прочь.
Он не сразу
Никогда ранее он не замечал, что девушка так тяжела. Все его существо кричало ему – брось ее. Почти не беспокоившие его трещины в ребрах теперь мучительно ныли от каждого толчка, он задыхался. Но Ролло был упрям и редко отказывался от задуманного. Поэтому он замер лишь на миг, переведя дыхание и поудобнее устроив на плече безжизненное тело Эммы. Ему необходимо добраться до зарослей с другой стороны плато. Спуск очень крут, но у викинга не было иного выхода. Хотя нет – был! Он понял это сразу, когда увидел, как снизу из зарослей навстречу ему движутся вооруженные бретонцы. Он резко свернул и бросился в глубь пещеры.
Шкура у входа была откинута, и новый, незнакомый ему друид разводил в очаге огонь. Он едва успел встать, привлеченный шумом, как Ролло по рукоять вогнал ему в грудь кинжал. Затем, сбросив Эмму на пол, викинг схватил несколько пылающих головней из огня и, задернув шкуру, подпалил ее. Повалил густой дым, но мех воспламенился не сразу. Ролло пришлось крюком с бечевой проломить череп первому же ввалившемуся в пещеру преследователю и пинком отшвырнуть второго. Шкура затлела, взметнулось пламя.
Ролло перевел дыхание, наблюдая, как стена огня отсекает его на какое-то время от преследователей. Он слышал их яростные вопли и вой у пещеры. Дым ел глаза, Ролло огляделся. У него оставались считанные мгновения, а сделать надо было много. Заново укрепив у пояса крюк, он вытер кинжал о бедро и бросил его в ножны. Схватив один из мешков овата, он свалил туда кое-что из остававшейся снеди, и хотя не был уверен, что там, куда он отправляется, все это ему понадобится, умирать с голоду все равно не собирался. Потом он схватил пучок свечей, кресало и трут и наконец повернулся к девушке.
Эмма тупо сидела на полу пещеры, не сознавая своей наготы, и беспомощно моргала, когда в глаза попадал едкий дым. Ролло рывком поставил ее на ноги и повлек за собой в глубь пещеры. Девушка послушно, как животное, двигалась за ним. На узком карнизе над озером она стала скользить и оступаться, и Ролло опять взвалил ее на плечо. Недавно он уже проходил здесь с куда более тяжелым грузом. Но тот человек был мертв. Эмма, впрочем, тоже была жива как бы наполовину, да и сам викинг не знал, что его ждет. По крайней мере, смерти от руки своих преследователей он избежал. Понял он это, когда достиг уводящего во тьму прохода, а на другом краю озера появились бретонцы. Ни один из них не решился двинуться далее. Пораженные, они стояли над озером, постепенно умолкая. Ролло приостановился на миг и, опустив Эмму, подтолкнул ее во мрак, сам же не удержался от того, чтобы не сделать в сторону преследователей непристойный жест. Бретонцы снова загалдели. Кто-то запустил факелом, и он, шипя, погас в водах озера. Ролло рассмеялся, и ему гулко ответило эхо – тысячи голосов. Викингу стало не по себе, но он отогнал страх. Старики твердят, что в подземельях обитает всякая нечисть, но сам он еще никогда никого не встречал. И если трезво рассудить, то ожидающие его по другую сторону озера бретонцы с их тяжелыми секирами куда опасней, чем тьма подземелья. Поэтому, взяв руку девушки, он торопливо зашагал вниз, в кромешный мрак и леденящий холод.