Ветер – в лицо (сборник)

Сияйте: мир нуждается в ваших восторгах [1] .

Ещё немного – и лучей спицы отплетут вечернее кружево… Я же – напропалую: по тугому насту холмов-пузырей – несусь за убегающим солнцем.

– Не исчезай! – вдогонку кричу.

Но солнце –

с хохотом из-за деревьев.

«Догони!» – дразнится.

И я, конечно, не отстаю – во всю прыть…

А ветер – встречь: искорками морозными пронизывает насквозь.

Разгорячённый, пью на лету настой необозримых пространств. И уж лечу: лёгкость в теле…

И всё доступнее дали. И нет уголка, до которого не добраться… Но солнце – вспять, не догнать – прячется в поволоку у горизонта.

– Эй! – хватаю за лучики. – Не отпущу! Свети!..

Тихо. Искристым бархатом на снегу розовеют снопы мягкого света. Неумолимо закатывается солнца диск…

Проснусь – и начнётся…

Захочется кого-то благодарить. За то, что есть утро… жизнь, расцвеченная под улыбчивым солнцем…

Наверное, каждый по-своему окрашивает мир.

Я взял и размалевал в оранжевый день этот – апельсина брызги.

Вышел в утро – и растворился: дыханье весны…

Вдохнул полною грудью ветер, сошедший с гор, – и наполнился лёгкостью. Несу – тебе и дню – себя лучшего…

А что несёт мне сегодняшний день?

Тебя!

Начинается – со встречи на перекрёстке. С улыбки – в ответ на мою. Со смыкания взглядов…

И – на волне… Горизонт – осмыслен, мой день – океан…

– Здравствуй! – пропела. И – музыка на весь день…

Знаю: дело – в улыбке. Ты её мимолётом во мне зажгла, но она долго ещё будет гореть очищающим светом радости.

Два солнца светят мне: снаружи и изнутри. Иду-лечу раскисшей дорогой – и ветер с Тунгуски в куртку распахнутую ловлю.

Улыбаюсь встречным – пою душой.

Ты не просто улыбку – солнце зажгла. И я теперь всё могу.

Захочу – сплочу вкруг своего огня круг рук, улыбок… согрею души… Ты, сама не зная, открыла для меня мир заново…

Но не удержать день. Догорит вот-вот. Кружу по посёлку.

Смыкается круг встреч – на тебе…

Знаешь, мне и слабой, на ходу брошенной улыбки хватило б…

На ночь глядя представлю – улыбаешься – уж видя сны…

Проснусь – встречу тебя!.. и наступит утро… день.

Он настал, дрогнул паутинкой… заискрился – исполненный ожиданий… сверкнул новизной… и – грянул музыкой света…

А

солнце – уж на трубе котельной.

По слякоти раннемайской шлёпают вразнобой прохожие.

И вдруг – крылья невидимые распластав – ты! Долгокрылая…

– Здравствуй! – я встречь. Нараспах – парусником. Обыденному врас-хлёст несу день…

– Привет! – обронила-пропела. Взахлёб – волною радости. (Окатило.)

Не выдохнуть, не вздохнуть.

Стою, свет благодарности ворохами вываливаю.

На то, как ты встречным добро-денькаешь, умиляюсь.

«Здрасьте… Здрасьтете…» – позывные ангельских душ…

А если – догнать… и сказать всё?

Возможно ли? Решиться? Сейчас или никогда!

Бегу… Обернулась. Удивления всплеск.

– Позволь, – лепечу…

И кажется, – лечу… Прорвана плотина… И трудно поверить в счастье.

Под конец дня: «Ты?!» – из конторы – ласточкой истомлённой.

– Ты! – откликнусь. И ни капельки уж не расплещу…

И пульс времени отсчитывая, предстану.

– Хочешь, уведу тебя… в сияние дня?

– В сегодня?

– Да, в Настоящее… Видишь, сверкает!.. (Веду.)

– Вижу! – обрадуешься. – Это всё мне?..

И – как если бы пелена – с глаз:

– Полетели?

Я так и не научился летать…

Пока. Хотя, надеюсь, ещё… сотворю такое!..

И, знаешь, это правда – про день сегодняшний… Он – в солнечных брызгах… Достаточно улыбнуться…

Влюби в себя день!.. Как я полюбил тебя.

Могу ль я забыть октябрьские дни в Городе-на-краю, где по утрам чуть свет здоровался с морем… где, минуя Генуэзскую башню, изо дня в день касался истории… и где, рельсы вокзальные перебегая, пропускал через себя ток, идущий из мест, откуда прибыл!?

Было зябко. Море «кусалось» холодом… И я догадывался, почему революция сто лет назад выпала на октябрь: изо всех щелей дуло, хотелось взбунтоваться от такой жизни…