Ветер
Шрифт:
— А если не вспомним, Ветер?
"Вспомним, Кими. Обязательно вспомним. Ты вспомнишь и нарисуешь. Ты ведь Художник, не забудь".
Этот осенний вечер был особенно тягостным и унылым.
Кими познакомили с очередным "кандидатом" из разряда "пиво-телевизор-футбол". Теперь этот Гриндак сидел рядом с ней за столом, уминал приготовленные Кими куриные котлеты с картофельным пюре и на пару с тетей ругал налоговую политику правительства. От него пахло сигаретами и мужским потом.
Как обычно, посидев немного за столом, она извинилась и под испепеляющим взглядом тети ушла. Тетя Эмма догнала ее на лестнице:
— Ты, неотесанная хамка! Я для тебя стараюсь, привожу в дом приличных людей!
Терпение Кими лопнуло:
— Тетя, я не просила Вас этого делать. Я не хочу замуж! Это Вы хотите спихнуть меня в чужие руки и получить мой дом. Оставьте меня в покое и сами общайтесь со своими женихами! — Кими хлопнула дверью и закрылась на ключ, не слушая, что там кричит тетя по поводу "неблагодарной твари". У нее было другое, более важное дело.
Девушка села за мольберт. На доске был прикреплен лист с почти довершенным рисунком цветными карандашами. Двое гандамов. Он и она. Могучие великолепные фигуры, облеченные в металл, с крыльями за плечами. Прекрасные лица под яркими шлемами обращены друг к другу. У него — ярко-рубиновые глаза, у нее — голубые, как весеннее небо. Он придерживает ее за талию, ее узкие ладони лежат на его плечах. Они взлетают — двигатели под их крыльями выбрасывают снопы серебристо-голубого цвета.
"Может, это мы и были — я и Ветер? — улыбнулась девушка. — Крылатые и свободные…"
В дверь постучали.
— Кими, девочка, открой! — сладко пропел голос тети Эммы. — Я должна перед тобой извиниться. Я была неправа.
С чего бы это вдруг тетя стала перед ней извиняться? Не оттого ли, что Кими в конце концов показала характер? Ну конечно, тетя боится, что в день своего восемнадцатилетия Кими на вполне законных основаниях "попросит" их отсюда… Тетя Эмма что-то говорила за дверью, потом вдруг в замке повернулся ключ. Кими с досадой отложила карандаши. Нет, тетя определенно нарывается на скандал.
В комнату ввалился Гриндак. Дверь за его спиной закрылась, щелкнул замок. Кими вскочила, словно пораженная громом. Такой подлости она от своих приемных родственников не ожидала. Ведь ясно, зачем Гриндак сюда пришел. Он сделает с ней это. И после этого, по мнению тети, Кими будет просто обязана выйти за него замуж… Она отступила назад:
— Не подходите!
— Но-но, девочка, — проговорил Гриндак, подбираясь ближе. Глазки его масляно блестели. Кими в отчаянии позвала:
— Ветер!..
Он налетел порывисто и резко, покачнул крышу мансарды и выбил окно. Он свистел и завывал, и в его шуме слышалась угроза.
— Если Вы не уйдете, Ветер убьет Вас! — звонко проговорила
Гриндак противно захихикал, продолжая надвигаться на нее. Кими схватила со стола первое, что попалось под руку — раковину, подаренную Илсаром, — и замахнулась, но Гриндак перехватил ее запястье. От боли девушка разжала пальцы, выронив раковину. Гриндак схватил ее и с размаху швырнул в постель, наваливаясь сверху всем телом. Руки его зашарили возле ее бедер. Кими почувствовала, что ее сейчас стошнит. Она кричала, вырываясь, а Ветер шумел и бушевал в комнате, раскачивая стены и опрокидывая предметы.
Укрепленная над кроватью книжная полка сорвалась с гвоздя и рухнула вниз, ударив Гриндака по голове. На пододеяльник брызнули капли крови. Гриндак охнул, дернулся и затих. Кими поспешно выбралась из-под его потного тела, и прохладное дуновение ласково коснулось ее лица:
"Не бойся, Кими. Я не дам тебя в обиду"..
— Спасибо тебе, Ветер. — Кими сняла лист бумаги с опрокинутого мольберта: — Смотри! Помнишь, ты говорил, мы были крылатыми и свободными? Вот! Я вспомнила! Это — мы!
Дверь открылась, и в комнату заглянула тетя Эмма.
— А-а-а! — завизжала она, увидев Гриндака с окровавленной головой. — Ты его убила!
Ветер швырнул ей в лицо ворох бумажных листов. А потом подхватил Кими, державшую в руках рисунок, унес из окна и поднял над крышами домов, над спящим ночным городом — а может, это Кими сама стала легкой, как воздух, и смогла взлететь. И теперь, когда она все вспомнила, ей было радостно и легко.
— Ветер, я вспомнила! Тебя звали Аэрон! А меня звали Лайтниэр, и мы были вместе!
…Она пробудилась. Она сбросила давившие на плечи груды песка, поднялась из воды, словно заново рожденная богиня, и вышла на пустынный морской берег недалеко от старого маяка.
Он стоял перед ней, высокий и великолепный, с крыльями за плечами, и глаза его сияли как два огненных рубина. Он улыбнулся и протянул ей руку:
— Нам пора.
— Верно! — счастливо рассмеялась она. Он обнял ее за талию, она положила ладони ему на плечи. Двигатели под их крыльями выпустили снопы серебристо-голубых искр, и они, не разнимая объятий, начали медленно подниматься в небо.
ВМЕСТО ЭПИЛОГА
Выдержка из криминальной хроники:
"Будучи в состоянии алкогольного опьянения, гражданин Г. совершил попытку изнасилования несовершеннолетней К., проживавшей в доме своего родственника Н. В результате активного сопротивления со стороны К. и внезапно налетевшего урагана, проломившего крышу в доме гражданина Н., гражданин Г. получил черепно-мозговую травму средней тяжести и доставлен в больницу. После окончания лечения он предстанет перед судом. Гражданин Н. и его жена гражданка Э. осуждены за сводничество. Несовершеннолетняя К. находится в розыске — есть основания считать, что она сбежала из дома".