Ветрогон
Шрифт:
Мой расчет удался, волна воздуха и стеклянной крошки помешала вскинуть гранатометы на колесную бронемашину — а следом хлестанул свинцовый шквал. И выбившие двери КПП спецназовцы разом закинули в коридор уже свои гранаты. Вместе с моими получилась тотальная зона поражения. Наши ворвались, едва визг рикошетящих осколков стих, четко контролируя каждого боевика короткими очередями. Как и обещал, я отлип от стены и спустился только после того, как штурмовики добрались до гермодверей зала управления.
Один из операторов БПЛА уже копался в контрольной
— Молодец, Кирилл! — судя по всему, командир сказал бы что-то вроде «дальше мы сами» и попытался бы отправить в другое место. Может, даже придумал бы действительно важное задание. Но именно в этот момент взревела сирена тревоги и под потолком зажглись красные лампы. Под действием гидравлических упоров начали раскрываться гермодвери, как и было предписано протоколом эвакуации. Его-то бандиты отключить бы не смогли. Все еще работающая магическая эхолокация тут же проникла в расширяющуюся щель между створками, показав, что внутри.
Группа специалистов из дежурной смены в лабораторных халатах, включая Афину Ураганову. Я узнал её даже по ощущения сканирования, как-то выделил среди всех. Мама жива, хорошо!!! — сидит на полу у дальней стены, за длинными рядами рабочих мест. Их охраняет всего двое боевиков. Дальше начинается плохое и еще хуже.
Плохое — вооруженных захватчиков тут десятка два. Больше, чем считали спецназовцы. И размещены по помещению грамотно, блокируют все основные маршруты. Но это еще бы полбеды. Худшее вот что: один из них — явно человек штатской специальности, если судить по сутулым плечам — подключил к крайнему правому терминалу несколько ноутбуков разом и что-то с них вводит. Зуб даю: именно он и запустил своими действиями протокол эвакуации. Не напрямую, а порулив реактором. И хорошо, если только одним, а не всеми четырьмя!
Сценарий Чернобыля здесь знаком одному мне. Не случалось тут с атомными станциями значимых катастроф. То есть случались, но не настолько мощные. Да и меры принимались тут же, так что удавалось избежать массированного загрязнения и заражения крупных территорий.
Но вокруг Атомограда-58 много пахотных земель! Собственно, Пять-восемь и Два-два стоят на разных концах огромной плодородной долины, распаханной почти что на сто процентов. Не житница страны, но житница региона — как минимум. А если учесть, что граница с сельскохозяйственным Корасом тоже от нас недалеко… Но тут, конечно, зависит от розы ветров.
Короче, не желаете ли пусть не глобальный, но локальный продовольственный кризис?
Скорее всего, в Ордене государственная машина сработает как надо и массового голода не допустит — хотя и тут возможны сюрпризы. На непогрешимость системы никогда уповать не стоят, работают-то везде люди. Но вот соседям точно не позавидуешь: у них в голодные годы еду раздавать исторически не принято. А принято, наоборот, показательно подавлять беспорядки, отправляя неимущих на каторжные работы и развешивая их вдоль дорог.
Это
Все эти длинные, если их пересказывать, а на самом деле короткие и емкие мысли пронеслись у меня в голове, пока двери раскрывались. Красный свет и сирена сбили с толку боевиков, они не сразу заметили, что блокировка электромеханических замков слетела и створки гермозатвор движутся. Я использовал этот шанс по полной. Как только понял, что щель между створками стала достаточной для моей головы, рванул внутрь. Наверное, мне в спину матерились занявшие позиции стрелки. Пусть их. Точно не уверен, но счет может идти на секунды!
Первая воздушная пуля ушла в «программиста», который, всхрапнув кровью, завалился на свои ноутбуки. Еще четыре тоже нашли свои цели. Следующие пять… Нет, тут я частью промазал: террористы спохватились и открыли по мне огонь. К счастью, я бежал быстро.
Может ли эхолокация показать мне траекторию автоматной очереди? Ответ: может, но скорости для того, чтобы скользить между ними, как Нео из «Матрицы», мне не достает. Может, Рина бы и справилась. Одна очередь вспорола рукав, еще я почувствовал тупой удар в бок. Попали? Неважно, регенерация детей-волшебников меня защитит. Боли я не чувствовал, это главное.
Знаете мантру полицейских спецотрядов? «Первым в комнату входит мисс граната!» Вот именно роль такой гранаты я и сыграл. Еще и отвлек на себя внимание, позволив спецназу открыть из-за дверей прицельный огонь. А я как раз добрался до уродов, что охраняют спецов!
По этим стрелять воздушными пулями я не мог, опасаясь задеть заложников, но оказалось, что их броники не держат удар моей «циркулярной пилы». Всадник Ветра не подвел, развалив одного чуть ли не надвое. Другому я, повернувшись, всадил кончик глефы в шею. Собирался было снести голову, но вовремя сообразил, что руки коротки — буквально.
Я уже говорил, что я мелкий шкет?
Мама стояла прямо передо мной, глаза ее были расширены от ужаса, белый халат с эмблемой Ядерного Щита на кармане — забрызган кровью. Не ее кровь, чья-то еще. Кажется, моя. Она как-то заторможенно потянулась ко мне.
— Реактор! Ноутбуки! — крикнул, вернее хотел крикнуть я.
Получилось что-то вроде сипения. Но она меня поняла! Даже что-то ответила — только чертова сирена не дала расслышать.
— Быстро!!! — прервал я её, и она, наконец, послушалась, обогнула меня и бросилась к терминалу. Вместе с другими спецами… Правда, эти не знаю, куда бежали, может, к выходу. А я оперся на Всадника Ветра. Машинально провел рукой по лбу, обнаружив длинную ссадину. Это я когда протискивался в двери, надо полагать. Ух, что-то меня штормит. И дышать тяжело. Посижу-ка я пока на полу… Или полежу… Даже удобно…