Ветры империи
Шрифт:
Тигр оглянулся, заметив вдруг, что Горн снова пропал. Что за манера!.. Разве трудно предупредить?
— Ну что, довольны? — тотчас же заговорил Олт.— Теперь ни вам, ни мне уже не отступить: мосты сожжены. Делайте свой выбор, юноша, пока не поздно.
— Опять вы за свое! — с досадой сказал Эрик.— Помолчали бы.
— Но вы разговаривали с Горном? — спросил настырный старик.— Он вам признался? Или нет?
— Вам-то что за дело?
— Знаете, временами он меня просто пугает,— произнес Олт.— Это что-то запредельное!.. Откуда он взялся, как думаете? Когда он выдвинулся
— Послушайте, чего вы во все суетесь? — не выдержал юноша.— Вам-то какое дело до прошлого Горна!..
— Не скажите. Судьба человека определяется его характером, характер же формируется биографией. И знаете, теперь я почти не сомневаюсь, что Горн своего добьется и остановить его не смогут ни Ун, ни Лидеры. Вот разве только вы…
— Заткнитесь! — Эрик указал рукой на выход из расщелины.— Помните о пропасти, до нее только…
— Чего орете? — Прямо напротив его указующего перста из метели возникла громадная фигура Горна.— Нашли время.
— Ну, чего там? — нетерпеливо спросил Тигр.
— Свирепая штука,— одобрительно заметил гигант.— Но обслуживали ее только четверо.
Олт покачал головой и со значением посмотрел на Эрика.
— Что будем делать? — спросил тот.
— Для начала переберемся к стационару. Там куда уютней,— Горн ухмыльнулся,— и жратвы полно.
Он изобразил несколько фраз Ю, и богиня проворно взобралась ему на спину. Почему-то ее покорность болезненно уколола юношу. А если Горн и вправду пожелает ее взять, вдруг подумал он, этому она тоже не станет возражать? А если пожелаю я?.. Великие Духи, что за ересь я несу!
— Присмотри за стариком,— бросил гигант и стал подниматься по отвесной стене с такой легкостью, будто в ней были вырублены ступени.
— А вам не кажется, что у него на Божественную виды? — вполголоса спросил Олт.— Я подразумеваю чисто…
Не глядя, Эрик протянул руку и встряхнул старика так, что тот, кажется, прикусил язык.
А Горн уже скрылся в тускло светящемся отверстии, и в следующую секунду к ногам Эрика упал конец веревки. Подтащив упирающегося Олта, Тигр накрепко привязал его за пояс и дернул веревку. Старика неудержимо поволокло вверх по скале — Эрик карабкался следом, злорадно ухмыляясь на его ругань.
В кабине стационара и вправду оказалось тепло и довольно просторно. В дальнем углу смирно притулились на полу четверо армейцев, спеленатых будто младенцы. Зато Ю восседала в кресле, поджав под себя ноги, и бесстрастно водила глазами по сторонам, а Горн уже вгрызался в громадный кус копченого мяса, жестами приглашая напарника разделить трапезу.
— Пожалуй, теперь мы сможем запереть эту дорогу,— произнес Тигр, похлопывая излучатель по могучему, еще теплому стволу.
— Смысл? — отозвался Горн.— Все уже здесь.
Дожевывая кусок, он приблизился к пленникам, безошибочно выбрал старшего, немолодого угрюмого крепыша,
— Как это называется у Воителей? — спросил он у Эрика.— “Потрошить дичь”?.. Вот этим мы сейчас и займемся.
Разрезав путы на ногах солдата, Горн подвел его к излучателю.
— Ну что, Талпикэн,— он уронил тяжелую руку пленному на плечо,— договоримся по-хорошему или придется закрыть тобою дуло?.. Анализатора у меня под рукой нет, уж извини.
— Чего скрывать,— хмуро ответил тот,— если вы даже имя мое знаете.
— Тебя, я гляжу, повысили — за преданность, наверно?
Талпикэн пожал покатыми плечами, сплюнул кровью на пол, невнятно извинился. Эрик брезгливо поморщился: все же гигант их помял — проще было прикончить.
— Вопрос первый,— сказал Горн.— Как вы попали в Гору?
— Да просто,— пленный снова пожал плечами.— Мы накрыли панцирников… простите, господин… догнали Истинных на последнем мосту, пока они переправляли обоз. Они просто не успели нас задержать: мы пожгли все их тыловые “мастонды” и на хвосте рванули по карнизу в Горе. Захватили почти все их барахло, кроме…
— Ну?
— Кроме женщин,— с сожалением продолжил Талпикэн.— А сами они драпанули на подъемниках в верхние ярусы. Там, говорят, у них всего вдоволь, могут отсиживаться годами. Да еще грозятся нас затопить. Вот, пытаемся сейчас с ними договориться.
— Кто договаривается-то?
— Наш первый Лидер, Коридаг.
— Так он сейчас наверху? Один?
— Ну, не на самом верху,— поправил армеец.— Там у них вроде незанятый этаж посередине — вот на нем они с императором и объясняются.
— Понятно. А где остальные ваши?
— Так у нас же сейчас время вечерних песнопений. Почти все в главном зале, это…
— Знаю, не утруждайся.
— Эти мне песнопения! — презрительно пробормотал Тигр.— Утеха для слабых духом.
— И долго им еще петь? — спросил Горн.
— Ну, с час, наверно.
— А потом вас сменят?
— Да нет, попозже — часа через три.
— Подходяще.
Горн вдруг извлек из-под панциря футляр с усыпляющими иглами, лишь недавно принятыми Псами на вооружение, щелчком ногтя выбросил одну наружу, ловко подхватил и вонзил Талпикэну в шею. Как и полагалось, тот отключился мгновенно, осыпавшись на пол бескостной грудой. Вогнав по игле каждому из солдат, гигант осторожно выглянул за дверь и поманил спутников за собой. Передышка закончилась.
В самом деле, это подземное сооружение оказалось громадным словно город, а потому с легкостью смогло поглотить отступающие части имперцев вместе с непомерно разбухшим обозом, едва их не погубившим, а потом и всю армию Низких. Впрочем, Эрик увидел далеко на большую и не лучшую часть Горного Замка — Горн вел их отрядец затхлыми, тесными, едва освещенными коридорами, больше походившими на вентиляционные трубы. Сам он неслышно скользил впереди; достигая очередного поворота, заглядывал за него, затем махал троице рукой и исчезал. Пока они добегали до угла, Горн уже сигналил им от следующего. Иногда они замечали у стены неподвижное тело постового: гигант добросовестно расчищал им путь, не жалея усыпляющих игл.