Вейн

Суржевская Марина

Вот тьма! Во что она ввязалась? Надо убираться отсюда.

— Эй, — тихонько позвала она нежить, — как отсюда выйти? Ты меня понимаешь?

Лич безучастно смотрела на Вейн, без всякого любопытства. Тьма! Как же ею управлять? Вейн щелкнула пальцами.

— Тут есть второй выход?

Лич продолжала молчать, и Вейн досадливо поморщилась. Толку от нее, как от бездушной куклы! Она осторожно свесилась через перила лестницы, посмотрела вниз. Мужчины, что открывал ей дверь, не видно. Знать

бы еще, сколько в доме Темных! Как и в мире людей, у Перерожденных были слуги и стражи. Разумеется, у тех, кто мог себе это позволить.

Она, как можно тише, спустилась на первый этаж и метнулась к двери.

— Эри? Что ты здесь делаешь? — ее схватил за руку страж. Как он так быстро оказался рядом, девушка не поняла, ведь еще мгновение назад в комнате никого не было! Словно возник из ниоткуда!

— Знаете, мы с вашим хозяином не договорились, и он меня отпустил. Я ему… не понравилась.

— Не понравилась?

— Совершенно. Простите, мне пора.

Он убрал руку, и Вейн шагнула к двери, спиной чувствуя его взгляд. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Ей казалось, что этот стук слышен на соседней улице. В углу комнаты неподвижно стояла девушка-лич, и Вейн до одури захотелось сбежать из этого дома. А потом и из этого города!

Она дернула ручку двери, но та не поддалась. Вейн снова дернула. И еще.

— Не торопись, эри, — раздался голос мужчины за ее спиной.

Вейн оглянувшись через плечо на стража и ужаснулась, увидев его красные глаза и оскалившийся рот. Вот Тьма… Лич все так же стояла в углу, и Вейн в отчаянии зацепилась за ее пустой взгляд.

— Помоги! — мысленно закричала она.

Темный обхватил Вейн за талию, прижал к себе, склонил голову… И упал. За его спиной стояла лич и держала в руках остатки тяжелой напольной вазы. И все так же равнодушно смотрела в одну точку. Путница выдохнула и перевела дух.

— Спасибо, — прошептала она. Девушка не отреагировала. Уронила вазу, развернулась и ушла вглубь дома.

Размышлять над странным поведением лича было некогда. Вейн кинулась к тяжелым синим портьерам, радостно вскрикнув. Она боялась, что и здесь не обнаружит проем, лишь глухую стену. Но окна были, хоть и закрытые тяжелыми ставнями. Железные крючки на них вполне человеческие, не магические. Она распахнула створку и с наслаждением вдохнула туман.

— Ну, наконец- то! — недовольно проворчал Дир, влезая на окно. — Почему так долго?

— Почему так долго? — возмутилась она. — Ты это все намеренно… ты…

Дир отмахнулся от ее возмущений и быстро осмотрелся.

— Арт наверху? – Вейн кивнула. — Зачем ты сняла маску? Стой здесь, — приказал он.

— Что ты собираешься делать?

— Принцесса, ты ведь умная девочка, — усмехнулся он. — Догадайся.

И быстро пошел наверх, на ходу доставая свой узкий белый клинок.

Путница обхватила

себя руками и с тоской посмотрела в распахнутое окно. И что ей делать? Убегать? Куда? До первого стража? Одна в Темном мире она и дня не продержится… Значит, надо посмотреть правде в глазе. Она ведь догадывалась, зачем идет в этот дом, и что хочет сделать Охотник с Темным. Уж точно не разговоры разговаривать. Убить. Он пришел убить… Ночной Охотник убивает Темных.

И какой выбор сделать Вейн?

Страж двери зашевелился и глухо застонал, приходя в себя. Вейн схватила каминную кочергу и снова ударила мужчину по затылку. Он стукнулся лбом об пол и опять затих.

Путница грустно усмехнулась. Что ж, выбор сделан.

***

Город они покинули через полчаса. Не пешком. Возле дома их ждали две оседланные лошади. Правда, эти кобылки отличались от тех, что были в мире людей, не только необычными желтыми глазами, но и наличием небольших крыльев. Но такие мелочи Вейн уже не удивляли, подумаешь, крылатая лошадь…

Гораздо больше ее беспокоила голова Темного в мешке Дира.

Но вопросы она смогла задать лишь вечером, когда они остановились у маленького поселения и постучались в путевой дом. Все время до этого Дир без жалости гнал лошадь, почти не оглядываясь и не заботясь, поспевает ли за ним Вейн. Девушка только тихо радовалась, что всегда была отличной наездницей, тем более, что скакать на лошади в штанах оказалось гораздо удобнее. Единственным знаком внимания за все время стало то, что Охотник протянул ей синюю маску, которую Вейн обронила в комнате наверху.

— Привыкай к ней, — сухо сказал он. — Не стоит всем показывать свое лицо.

Теперь на нем тоже была маска, простая, черная, с красным рисунком вокруг прорезей для глаз. Самих глаз в этих прорезях почти не было видно. И если долго на нее смотреть, то от красного рисунка рябило в глазах. Наверное, для этого она и нужна была.

К путевому дому они подъехали уже в темноте. Приближались медленно, скакать в непроглядной тьме было слишком опасно. Зеленый фонарь, замаячивший вдалеке, заставил Вейн облегченно вздохнуть. Ее не покидало ощущение, что из мрака за ними наблюдают десятки голодных глаз, раздражал шелест крыльев неизвестных ночных существ и незнакомые звуки, наполнявшие тьму. Даже красные глаза хозяина путевого дома девушку уже не испугали.

— Одну комнату или две? – проскрипел сморщенный Темный, глядя на них с нездоровым любопытством.

— Одну, — сказал Дир, бросая на стол монеты. — И горячей воды принесите.

Вейн осмотрелась. Путевой дом похож на обычный, человеческий. Такие же закопченные балки, очаг, грубо сколоченные столы и лавки. Впрочем, весь этот мир был похож на мир людей, только отраженный в мутном, темном и кривом зеркале. Вроде, то же самое, но все искореженное и посеревшее. Вот и здесь, вместо живой человеческой прислуги бродят бездушные личи с мертвыми глазами, а за столами - парочка Темных и их эри. Эри, женщина и парень, ели кашу с мясом, а темные разговаривали и поглядывали на них, в ожидании, когда тоже смогут поесть. Мерзость…