Везуха
Шрифт:
– Мы тебя подождем. Только… – она замолчала. Краем глаза Андрей приметил прислушивающуюся к разговору Анюту.
– Что – только?
– Нет, ты не подумай, я все понимаю! Я ничего такого не хотела сказать…
Он в недоумении слушал Юлю. Что ее гложет?
– Ты приезжай поскорее, ладно? – вдруг сказала она.
– Только если сможешь, – поддержала подругу Анюта, подойдя ближе. – А то нам страшно…
Андрей кивнул, сказал деловым тоном, стараясь скрыть обуревающие его чувства:
– Конечно, постараюсь. Ну, а вы тут не скучайте. Телек посмотрите или фильмы
Он вспомнил, как радовалась Маринка каждому новому диску с очередной диснеевской поделкой. Что ж, вот и нашлось, кому принять наследство.
– Диски внизу, на полках. Дивидишкой приходилось пользоваться?
Девушки радостно закивали. Юля вдруг приподнялась на цыпочках и чмокнула его в щеку. Пока Андрей переваривал это неожиданное для себя происшествие, она уже спряталась за Аниной спиной. Та тоже выглядела смущенной.
– Гм. Тогда – до вечера.
Запирая снаружи дверь, он чувствовал себя мерзким подлецом. Теперь даже если девчонки захотят – на улицу им не выйти, этот замок изнутри не открывается даже отмычками. А он еще и деньги с документами перепрятал. Тьфу! Кто это у нас тут недавно про недостаток доверия возмущался?
Утренняя толкотня в метро отступила куда-то на задний план. Андрей и сам не заметил, как добрался до работы. Он все время вспоминал Юлины слова: «…приезжай поскорее, ладно?», а на щеке невесомым следом еще чувствовался поцелуй. Рука то и дело тянулась потрогать, всю дорогу Андрей рассеянно улыбался.
За что и поплатился. Уже в офисе, снимая куртку, он обнаружил неприятный сюрприз – в толчее метро карманник, а может, и просто какой-нибудь любитель брать то, что плохо лежит, оприходовал кошелек. Гадостная новость, надо сказать. Утром Андрей уполовинил заначку, выкроенную с прошлой получки: все-таки сегодня он собирался платить за ремонт, да и девчонок хотел побаловать чем-нибудь вкусненьким.
Пришлось занимать «до зарплаты». Легенда «машину сегодня из сервиса забирать, а денег нет» сработала на ура, шеф без лишних расспросов согласно кивнул, позвонил в бухгалтерию:
– Инна Михайловна? Добрый день. Сейчас к вам зайдет Андрей Игоревич, будьте добры, выдайте ему авансик в счет премиальных. Ну, я не знаю – сколько. Процентов тридцать. – Март Викторович положил трубку, посмотрел на Андрея. – Хватит?
А когда в четыре позвонил Олег и радостно прокричал под аккомпанемент ревущего на заднем плане форсируемого дизеля: «Все готово! Можешь забирать! Часиков до семи успеешь?», Андрей уже почти простил утреннего воришку и снова был готов примириться со всем миром.
Ехать было недалеко. Из конторы Андрей вышел с твердым желанием поймать тачку и никогда больше не вспоминать про общественный транспорт. Но, посмотрев на черепашью скорость заполонившей Профсоюзную пробки, решил все-таки доехать на троллейбусе. Время то же, а в деньгах – существенная экономия.
На остановке скопилась небольшая толпа страдальцев. Судя по их виду, троллейбуса не было уже давно. Часть пассажиров пряталась под козырьком от моросившего с утра дождя, некоторые
Андрей прислонился к стойке, облепленной многоцветной рекламной мишурой, закурил. Троллейбуса, кстати, пока не наблюдалось: поддавшись стадному инстинкту, он сам проверил данный факт.
Зазвонил сотовый. Андрей поднес трубку к уху.
– Алло! Алло!
– …А! (гхрч) …ик! (шшшш)
Расслышать хоть что-то было решительно невозможно. Шум дождя сливался с ревом железных потоков на Профсоюзной, и сколько Андрей ни закрывал ладонями уши – ничего не помогало.
– Алло! Алло! Не слышно! Перезвоните!
Он закрыл трубку и, еще раз оглядев улицу в надежде увидеть рога долгожданного троллейбуса, нырнул в темнеющий практически прямо за остановкой зев подворотни.
Телефон затрезвонил снова.
– Старик! – завопил телефон голосом Егора. – Ты что это – новой подругой обзавелся! А че молчал тогда?!
Андрей тяжело вздохнул. Суток не прошло, а этот уже все знает.
– С чего это ты взял? Кстати, привет.
– Привет, привет, – Егор здоровался не всегда, он просто не утруждал себя подобной мелочью. – Ты мне баки-то не забивай. Я только что тебе домой позвонил, а там женский голос к телефону подходит. Краси-и-ивый! Мне сразу к тебе в гости захотелось… Говорю, позовите Андрея, а там уже трубку бросили. И сколько я ни перезванивал – никто больше не подходит.
«Надо кому-то надавать по заднице! – подумал Андрей. – Что за детский сад, в самом деле!»
За разговором он не обратил внимания на неожиданно резкий визг тормозов. Из подворотни не было видно остановку, где он только что стоял, – лишь дальний угол. Краем глаза Андрей заметил промелькнувший темный силуэт. Остановка неожиданно опустела.
«Наверное, троллейбус пришел! Вот черт, упустил…»
– Потом расскажу. Длинная история.
– И как только ты в них влипаешь!
– Судьба. Ты лучше скажи, зачем звонил.
– Что? А, да. Я с Димычем сегодня общался, говорит, у Светки все о’кей, утром ездили, просил тебе спасибо сказать.
Андрей почувствовал укол совести. Светка! Совсем забыл со всей этой историей. Надо будет вечерком созвониться с Димычем, проверить, что там и как.
– Слава богу. А перевозить ее он куда-нибудь собирается?
– Нет, пока не разрешают. Но Димыч Светке всего натащил: телек, антенну, весь холодильник забил, так что она там не скучает. Ну, ладно, пока тогда. Подруге привет! Как зовут хоть?
– Егорка, не болтай! Потом все, договорились?
– Если такой уж секрет, я потерплю. Но помни, ты – обещал.
Егор отключился. Андрей сразу же набрал свой домашний номер, нетерпеливо постукивая рукой по стене, выслушал десяток длинных гудков. К телефону действительно никто не подходил.
Вот и не знаешь теперь, что и думать! То ли чего-то там случилось, то ли девчонки по привычке схватили трубку, вспомнили, что не дома, и больше – ни-ни.
«Надо бы секретный звонок придумать, что ли… Чтобы знали, кто звонит. А то вдруг надо будет что-нибудь важное сказать, и не дозвонишься, хоть тресни!»