Вибратор (Vibrator)

Акасака Мари

Депрессию. То, что обитает в интервале между абсолютным нулем и чувством удовлетворенности. Такова обыденность. Такова повседневность. Депрессия.

Депрессия смотрит на совершенно пустой экран компьютера в то мгновение, пока вы еще не начали писать. Просто один из примеров, не больше.

Возможно, именно от жажды любой ценой избавиться от этого чувства я и начала собирать слова чужих мне людей. Чужие истории, похожие на мою собственную, мои слова, обретающие жизнь где-то вовне, странное ощущение могущества, испытываемого от связи с миром. Собирать слова. Связывать слова. Связывать, потому что в процессе ты начинаешь видеть близость там, где ранее она казалась невидимой. Возникает чувство, что мир заставляешь крутиться именно ты. Речь каждого человека – фрагмент целого, но на какой-то миг каждый из этих фрагментов становится катализатором, и мое «Я» исчезает, стирается, и тогда накатывает волна немыслимого блаженства. Такие мгновения – наркотик,

наркотик, на который я подсела, я должна снова и снова переживать эти секунды абсолютного наркотического опьянения, и, значит, я буду продолжать писать. Но всякий раз, как я заканчиваю, становится ясно: удалось воспроизвести лишь крошечную частичку мира – и все. Не важно, сколь много слов сорвала я с чужих губ, собирала-то их и располагала в нужном порядке все-таки я, – и если мне удалось расположить их верно, это, несомненно, удача, но, по итогам, усилия, затраченные на это, отнимут у меня и молодость, и красоту. Вот ведь какая хохма получается – тяжко жить, не ощущая хоть изредка, что тебе удалось чего-то достичь, а сохранять свою красоту и добиваться успехов – вещи, если честно, абсолютно несовместные. И что? Считай, все журналы не перестают утверждать, что надо как-то исхитриться совместить и то, и другое! Не хватает материала на выпуск, посвященный чему-то конкретному, вот они и предлагают усидеть на двух стульях разом. Попробуйте то, попробуйте это, пробуйте все подряд, советуют журналы. Эй, то, что вы говорите сегодня, как-то не больно сочетается с тем, что вы утверждали на прошлой неделе, вы не заметили? Если хотите действительно сохранить свою красоту, не ждите, что вам удастся добиться серьезных успехов. Живите осторожнее. Не выходите за рамки, не льститесь на то, что лежит за отведенными вам границами. Возможно, это и есть правда. Возможно, это – послание, которое отправляют «жены знаменитостей», а получают их последовательницы. Если верить всему, что пишут в журналах, вы никогда не заработаете приличных денег, вам даже на еду хватать не будет, вы можете сократить расходы на питание до отрицательных чисел, а концы с концами все равно не сойдутся, так что лучше с самого начала подцепить состоятельного муженька. Все во имя пущего потребления. Можно принять за некую специфическую концепцию, но сейчас – впервые – я осознаю, что, по ходу дела, это подлинная суть всех журналов и уж тем более – содержащихся в них реклам. И, сказать по правде, не сильно-то они и лгут…

Я поработала во всех мыслимых направлениях журнального бизнеса. И редактором в глянцевых изданиях для женщин тоже быть случалось. Я делала это, делала все, чтобы вбить в голову читательницам мечту о потреблении, чтобы втиснуть желание в разрывы, в пустоту между депрессией, скукой и монотонностью работы, между пригодными и вырезанными кадрами. Основной мотив женщины в выходные – расслабиться и насладиться своими хобби, но, разумеется, она никогда себе не позволит одеваться совсем уж по-домашнему. Разрыв между этим образом и образом некоей реально существующей где-то особы, которая скверно себя чувствует и днями напролет не вылезает из пижамы, – вот как вызывается жажда потребления. И за пределами работы, в собственной жизни, я по итогам попалась в ловушку, которую сама же и смастерила. Перестала понимать, где кончаются другие и где начинаюсь лично я. Стала выбирать только самые удачные кадры, выбрасывать в корзину все прочие… печально явственный факт, что жизнь по ту сторону обложки закончилась.

После Миуры Рисако следует статья о косметике. Заглавие: «Насколько защищает вас оздоровительная косметика?» Нездоровая окружающая среда чаще всего портит кожу. Если это относится и к вам, советуем попробовать оздоравливающую косметику! «La Prairie Defence Shield»* – один из самых популярных оздоравливающих и омолаживающих кремов, который производит сейчас фурор во всей Европе. «La Prairie Defence Shield» сочетает в себе десять различных антиоксидантов, которые бережно и надежно защитят вас от любых вредных воздействий окружающей среды, приводящих к старению кожи. Еще совсем недавно весь эффект оздоровительной косметики сводился к обычному увлажнению кожи и ощущению свежести, женщины признавали, что действует она медленно, а результаты оставляют желать лучшего. Но с этой совершенно новой серией косметических средств вы забудете о старых проблемах! Продукция красуется рядом на фотографиях, все – в натуральную величину.

* «La Prairie Defence Shield» («Защитная сила прерий») (англ., фр.) – вымышленное народное название серии косметических средств.

Перевернуть несколько страниц, и там – реклама.

Цитирую:

«Должно быть, вы и сами видите, что ваша кожа в последнее время стала выглядеть заметно хуже… Такие повреждения кожи характерны для многих женщин… Но эти изменения вполне обратимы…» Я замираю. Я судорожно сглатываю.

Эти изменения вполне обратимы…

«Эти изменения вполне обратимы. В основе их – просто недостаточно здоровый баланс».

Новый способ помочь вам восстановить утраченный здоровый баланс кожи! Призовите

на помощь силу Природы!

«Эти изменения вполне обратимы». Будь я копи-райтером – непременно выделила бы эти слова. В них – основной смысл рекламы.

Вы ни в чем не виноваты. Не произошло ничего необратимого.

Мы протянем вам руку помощи. Мы защитим вас от окружающей среды!

Слушайте, люди, а давайте я для вас рекламы писать буду? Я вам покажу, как совершаются настоящие прорывы. Покажу все слабые точки, на которые следует нажать. В конце концов, я состою из чужих ощущений.

Когда я выхожу взять материал для статьи, мужики-репортеры вечно говорят гадости. Слушай, а с кожей у тебя последнее время что-то не то, что происходит? Ты вроде малость поправилась, да? И, конечно, если я теряю вес, а я постоянно теряю вес, они и над этим издеваются: эй, что-то ты совсем тощая стала! И глаза у тебя распухшие – что, давно парня не было? Или наоборот – слишком много секса, лапочка? Ладно. Кто спорит: когда женщина не спит и не ест регулярно, у нее на морде это все сильнее отражается, чем у мужчины, но с какого хрена я обречена сносить такие оскорбительные замечания только потому, что я – женского пола? Друг другу-то мужики ничего подобного не говорят! Не ваше собачье дело, думаю я, я принадлежу только себе самой, но все равно – где-то в самом дальнем уголке сознания зреет мыслишка: я могу это остановить, но, возможно, если не начать действовать прямо сейчас, станет слишком поздно.

Завтра пойду и куплю эту новую косметику. Заметить мысленно – номер один в списке неотложных дел. В каком ближайшем универмаге эта серия продается-то?.. Ну, все. Старые песни о главном. Слушай, идиотка, ты ж лучше кого-либо знаешь, что никаких, никаких кардинальных перемен не произойдет. Ты ж сама копирайтером работала, разбираешься в рекламе покруче прочих. Издевательский смешок щекочет изнутри, царапает болезненно горло. Ха-ха. Считаешь, значит, что стала уродиной? Но ведь ты ни в чем не виновата, и это неправда, что ты стала уродиной. Просто в последние дни у тебя было слишком много стрессов, вот и все, я совершенно уверена, скоро опять в норму придешь. Придешь в норму. Придешь в норму. Придешь в норму. Снова идем по кругу.

Стресс вызванный окружающей средой стресс вызванный окружающей средой стресс вызванный окружающей средой. Прекратите! Прекратите сейчас же!

Слабый голосок вернулся – и в мгновение ока заполнил все мое тело.

Все как всегда. Тебя просто вечно несет по одному и тому же кругу, вот и все. Ты – та, кто ты есть, разве недостаточно? Или ты не обретешь уверенности в себе, пока не услышишь бурные массовые овации? Так примерно?

Ну, может, и так. А все же…

Пытаюсь подойти к кассе.

Эй, как насчет мороженого?

Тот же голос.

Насчет мороженого? Этот голос проявляется реже всех. И почти никогда – в одиночестве, в тишине.

– Мороженое-мороженое, – бормочу себе под нос и, как марионетка на веревочках, тащусь в нужном направлении. В мою сторону из самого дальнего конца зала, от холодильника, где хранится мороженое, движется мужчина.

На нем ореховый в полоску комбинезон, штаны свободно заправлены в темно-синие, отделанные желтым сапоги. Сапоги – резиновые. Снег пошел совсем недавно, время – к полуночи, да и вообще мы в Токио или где? Странно он одет. Прямо как рыбак. Но мне нравится, как он выглядит. Широкая грудь. Литые, чуть покатые плечи. Красивая грудь. И волосы красивые. Совершенно прямые, а челка – чуть длинноватая. Челка, кажется, чуть вьется, потому что надо лбом волосы растут немножко вверх и только потом, опускаясь, естественно и легко разделяются на две половины. Шея переходит в плечи довольно изящно. Мускулы на груди аж комбинезон распирают. Вот разве что уж слишком высок!

Создания, живущие у меня внутри, ровно разом с ума посходили. Рот что-то наполняет. Не вдруг понимаю – это слюна. В последнее время у моей слюны – постоянный кисловатый привкус, я уж и забыла, какова она на вкус ощущалась, когда еще чистой была. Пульс ускорился.

Голоса совсем взбесились.

Но подобно столбу бессчетных воздушных пузырьков, что поднимаются порой со дна моря на поверхность, они перемешались, переплелись, и невозможно стало понять, что пытается сказать каждый голос в отдельности. Все равно что прислушиваться к смеху и голосам, доносящимся из-за стены, прислушиваться к шуму толпы в соседней комнате, когда ясно слышно, что люди там разговаривают, но никак не разобрать слов. Ну, давайте скажите что-нибудь путное, начните болтать и переругиваться, как обычно, давайте же! Позволяю своему сознанию нырнуть глубже и пытаюсь выудить какой-нибудь из голосов из общего шума – да не важно какой, мне любой подойдет, – и тут совершенно неожиданно все они разом принимаются метаться у меня внутри и вопить, словно их режут. Будто взрываются звуком – столько информации одновременно, что уловить в ней какой-нибудь смысл невозможно. Чувствую – я задыхаюсь, застонать – и то сил нет. На секунду пересушенная кожа увлажняется – блаженное ощущение. Возможно, это голоса прорвались наверх и покровом окутали все мое тело?