Вид с моста
Шрифт:
Кэтрин. Вы умеете петь под джаз?
Родольфо. Я пою неаполитанские песни в сопровождении джаза. Я пою «Бумажную куколку». Вам нравится «Бумажная куколка»?
Кэтрин. Еще бы, я просто без ума от «Бумажной куколки»! А ну- ка, спойте!
Родольфо (принимает позу и поет высоким тенором).
Как тяжко одиночество, скажу я вам, друзья, Вот, скажем, любишь куклу, а кукла — не твоя. Я позабыть решил проЭдди(нетерпеливо переступая с ноги на ногу в сильном возбуждении). Эй, милый, погоди минутку…
Кэтрин(как зачарованная). Дай ему кончить… Чудно! (Биатрис.) Замечательно! Это просто замечательно, Родольфо!
Эдди. Слушай, парень, ты хочешь, чтобы тебя застукали, да?
Марко. Нет, нет!
Эдди(показывая на соседние квартиры). У нас тут еще никогда не было певунов. И вдруг в доме ни с того ни с сего появился певун… Понимаете, о чем я говорю?
Марко. Да. Конечно. Замолчи, Родольфо.
Эдди(покраснев от возбуждения). У них повсюду свои люди, понимаете, Марко?
Марко. Да. Он будет молчать. (Родольфо.) Молчи.
Эдди(с железной выдержкой, даже улыбаясь). Ты снова надела те туфли, Гарбо?
Кэтрин. Я думала, что сегодня вечером…
Эдди. Сделай одолжение, слышишь? (Тычет пальцем в сторону спальни.) Ступай туда.
Кэтрин, смутившись, но уже злясь, выходит в спальню. Биатрис; следя за ней, встает и, проходя мимо Эдди, бросает на него холодный взгляд, сдерживаясь только в присутствии посторонних. Подходит к столу и разливает в чашки кофе.
Эдди(Марко, однако обращая свои слова и к Биатрис). Все они тут мечтают пойти в актерки! (Идет к окну и опускает штору.)
Родольфо(радостно). И в Италии тоже! Все девушки!
Эдди(испытующе оглядывая Родольфо, с плохо скрываемым подозрением). Вот как?
Родольфо. Ну да! (Смеется, кивком показывая на Кэтрин, вернее> на ее спальню). Особенно, когда они так красивы.
Кэтрин выходит из спальни в туфлях на низком каблуке, подходит к столу.
Родольфо
Кэтрин. Вы любите с сахаром?
Родольфо. С сахаром? Да! Я очень люблю сахар.
Эдди стоит в глубине сцены и следит за тем, как она кладет ложку сахару в кофе Родольфо. Эдди отворачивается и опускает еще одну штору. На его лице тревога.
Свет в комнате гаснет и зажигается над Алфиери.
Алфиери.
А кто может знать свою судьбу? Над улицей и домом поднимается солнце. Эдди Карбоне не думал, не гадал о том, Что стерегло его.Эдди медленно, едва переступая ногами, спускается по лестнице.
Вот человек работает, растит детей, Играет в кегли, ест, Стареет, смерти ждет. Недели шли, и прямо перед ним Маячила угроза — Беда ему покоя не давала.Появляется Биатрис с сумкой для продуктов. Заметив жену, Эдди поджидает ее у крыльца.
Эдди. Уже пятый час.
Биатрис. В этом кино всегда длинная программа.
Эдди.
Они уж давно пересмотрели все фильмы в Бруклине. Ему бы лучше посидеть дома, когда он не работает, Ему бы лучше не мозолить людям зря глаза.Биатрис. Что ж ты мне прикажешь делать?
Эдди. Вчера вечером они ходили в парк. Ты об этом знаешь? Луис видел их в парке.
Биатрис. Ей уже скоро восемнадцать. Что тут плохого?
Эдди. Я за нее отвечаю.
Биатрис. Хотела б я, чтобы ты хоть раз в Жизни то же самое сказал обо мне.
Эдди. Чего ты взъелась?
Биатрис. Будто ты не понимаешь? (Он отворачивается, стиснув зубы, делая вид, что оглядывает улицу.) А что тебя гложет? Скоро без зубов останешься, так ты ими во сне скрежещешь! Всю ночь напролет скрипишь, точно жерновами. (Он не отвечает, смотрит исподлобья.) Что с тобой, Эдди?
Эдди. Тебе на все наплевать? Твое дело — сторона.
Биатрис. А ты чего хочешь — весь век держать ее в люльке? Чего ты хочешь, Эдди?
Эдди. Так, значит, вот для кого я ее растил? Для этого типа?
Биатрис. А что? Он славный парень. Работящий и с лица приятный…
Эдди. Хорош, нечего сказать!
Биатрис. Да разве он некрасивый парень, господи боже мой?!
Эдди. Мне от одного его вида душу выворачивает. И повадки его мне не нравятся.