Vigilance

Бронштейн Лиза

Неужели он выглушил почти три бутылки эля в одиночку? С его-то комплекцией?

– А я все боялся, что ты так трезвенником и помрешь, - невозмутимо продолжал Огрен. – Начал потихонечку пить, молодец. Вот только чего ты ревешь, как будто сиро… – Гном поспешно кашлянул и исправился: - Как будто у тебя любимый наг помер?

– Я не реву…

Еле слышный дрожащий голос утверждал обратное.

– Теленок, - сердито вздохнул Огрен. – И чего у вас так любят мальчишек во главе армии ставить – не знаю. Традиция такая, что ли?

– Оставь меня…

– А если б не я зашел, а кто

другой? Твой меченосец тут такие порядки строгие завел – чуть ли не пописать все по расписанию ходят. Так что давай, поддерживай этот… как его… порядок, ага.

Адвен отмахнулся было, но тут гном довольно решительно отнял у него бутылку, поставил ее на пол, затем закинул эльфа себе на плечо и куда-то понес.

– Ну куда ты лезешь! – возопил Сурана, снова рискуя расплакаться – на сей раз от унижения.

– Не встревай, Командор. Еще спасибо мне скажешь.

– Отпусти, я сказал!

Не слушая протестов, Огрен отнес его в комнату, которую заняла Эллана, сгрузил эльфа на кровать и заявил удивленной долийке:

– Так, ты его баба – вот ты и разбирайся. А то он скоро буянить начнет.

И сразу вышел, проявив подобие деликатности. Эллана беспокойно прильнула к возлюбленному:

– Венан, что случилось?

Вместо ответа Сурана протянул ей изрядно помятое и немного влажное письмо.

– Я же не умею читать.

– Это от Лелианы… – Адвен силился совладать с голосом, но получалось плохо. – У нее… не вышло. Андерс взорвал Церковь… я не смог…

– Венан… – Долийка, казалось, была напугана. – Пожалуйста, успокойся. Ты на себя не похож…

Закрыв лицо руками, Сурана попытался прийти в себя. Глубоко вдохнув, он заговорил:

– План Эльтины и Себастьяна все-таки сработал. Они добились… того, чего хотели. В Киркволле теперь почти что война: погиб Первый чародей, рыцарь-командор, многие маги, храмовники, простые люди… Эльтина. Вместо Казематов была уничтожена Церковь – вместе со всеми прихожанами. Ее взорвал Андерс. Тот самый Андерс, которого я искал.

Эллана потрясенно ахнула.

– Но ведь ты говорил, что этого не произойдет, что заговор раскрыт…

– А вот произошло! – выкрикнул эльф, заставив ее отшатнуться. – Город на пороге войны! Создатель знает, что еще может произойти… Почему я просто не убил этого одержимого? – Голос снова стал плаксивым. Вся воспитанная Адвеном в себе сила воли куда-то улетучилась. – Почему я… ну хоть раз в жизни я мог кого-то спасти?

Долийка заключила его в объятия, и Сурана, окончательно дав себе волю, разрыдался в голос. Бессмысленные пьяные слезы было невозможно остановить, со стороны Командор наверняка выглядел тряпкой… удивляло лишь то, что девушка так спокойно утешает его, как будто это не он только что потерял лицо, разрыдавшись самым постыдным образом.

– Ты спас меня, венан, - произнесла Эллана, с нежностью утирая ему слезы. – Дважды. Не забывай об этом.

– Только это за два года я и сделал правильно…

– Ты ведь сам рассказывал, что этот Андерс чуть тебя не убил, когда ты пытался его остановить. По-твоему, лучше было бы тебе погибнуть?

– Не знаю. Но я мог бы убить этого ублюдка…

Долийка покрепче прижала его к себе.

– Знаешь, что меня больше

всего поражает и восхищает в тебе, ма венан? Ты пытаешься спасти весь мир – а когда не выходит, винишь во всем одного себя. Ты ведь уже спас мир однажды. Ты убил архидемона. Разве этого не достаточно?

– Во-первых, - раздражавшим его самого тоном обиженно поправил эльф, - добил его не я, а Феликс. Во-вторых, что же, теперь всю жизнь ничего не делать, раз помогал убить архидемона?

– Вен, ты не сможешь спасти всех. Я знаю, ты старался сделать все, что мог… но разве ты мог сделать что-то с этой коварной старухой и ее Первым? – Почему Эллана решила так окрестить Себастьяна, Адвен не знал, но аналогия была ему относительно понятна. – У них, как ты говорил, все было «схвачено». Ты бы не смог сделать что-то в одиночку.

– Все, мать их, агенты Лелианы не смогли.

– Видишь? Это их вина и их беда. У тебя ведь предостаточно своих забот, венан. На твоих плечах – целый эрлинг и Серые Стражи, а ты думаешь о городе за морем.

– Я… - Умом Сурана понимал, что она права, но все равно тихо прибавил: - Я не могу иначе. Если бы я хотя бы убил Андерса…

– Мы не в состоянии изменить прошлое. Иначе весь наш народ жил бы по-другому.

Эльф печально кивнул.

– Ин утенера на ревас*, - пробормотал он слегка нараспев. В ужасе осознав, что он только что произнес фразу на эльфийском, покраснел до кончиков ушей. – Я… я не знаю, что на меня нашло, - смущенно признался Адвен, смаргивая оставшиеся слезы. – Просто… все это выбило меня из колеи. Я не думал, что вся эта интрига в Киркволле закончится так страшно…

– Все хорошо, Вен. – Эллана с улыбкой погладила его по руке. – Не волнуйся – и не сдавайся.

Сурана обессиленно упал в ее объятия, мысленно дав себе зарок больше не произносить эльфийских слов, даже «венан».

И намереваясь вытрясти из Лелианы все подробности и заставить ее выполнить свое обещание. Адвен все же был слишком упрям, чтобы сдаваться без борьбы.

Бардесса права: Себастьян от них так просто не уйдет. Даже если для этого придется мобилизовать все силы и подключить к делу еще кого-нибудь – Верховная Жрица и Страж-Командор Ферелдена должны разрушить план принца.

«Считай, что ты бросил мне вызов, Вель из Старкхевена. Ты опозорил Серых Стражей, втянув в свои дела Андерса – не рассчитывай, что тебе это сойдет с рук.

Ферелденцы долго молчат, зато потом бьют больнее».

========== Эпилог ==========

В Киркволле, хотя и не сразу, был восстановлен порядок. Агенты Верховной Жрицы прилагали все усилия к тому, чтобы произошедшая катастрофа не привела ко всеобщему восстанию магов. Несколько лет ценой железного контроля уцелевших им удавалось скрывать правду, но тайное неизбежно стало явным. Один за другим Круги восставали против храмовников и Церкви, пока в 9.40 не объявили окончательно о своем выходе из-под их надзора. Храмовники и Искатели Истины поступили так же, и хаос развернувшейся войны захлестнул весь Тедас. План Себастьяна и Эльтины привел к куда более масштабным и трагичным последствиям, чем предполагалось самими заговорщиками.