Вик Разрушитель 12
Шрифт:
Не успев перевести дух, Эрик увидел поднимающееся гигантское колесо с лопастями из зачарованной стали. Лопасти вращались с такой скоростью, что превратились в размытый круг, способный разрезать броню на металлические ленты. За колесом, в конце арены, загорелась финальная мишень — огромный голографический дракон, который ещё и двигался по сложной траектории.
Трибуны ахнули. Берсерк разогнался до предела и прыгнул прямо на колесо. На плечах бронекостюма выросли шипы, которыми он зацепился за одну из лопастей, подбросившую Эрика вверх как из катапульты. Шипы тут же исчезли, а пилот на какую-то долю секунды использовал инерцию двигателя, чтобы перелететь на другую сторону колеса. И ещё в полёте обрушил на дракона целую очередь «водных» серпов. Часть из них ушла в «молоко», но
— Это хороший результат? — поинтересовалась Лида, увлёкшаяся зрелищем, которое оказалось не таким уж и унылым, у Астрид.
— Очень, — подтвердила принцесса. — Эрик побил собственный рекорд прошлого года на три балла.
— Боюсь, Андрей не сможет пройти так же быстро, как Берсерк, — прошептала на ухо Арине Нина Захарьина.
Княжна Голицына лишь улыбнулась уголками губ. Скорее, наоборот, Андрею предстоит потрудиться, чтобы этот рекорд не пал так легко.
Примечание:
[1] Вперёд! (швед)
Глава 2
1
Я внимательно следил не только за Эриком, но и за механикой препятствий. Первое можно пройти довольно быстро, а вот в лабиринте придётся «застрять», чтобы не вызвать разочарования у зрителей на мгновенное поражение мишени. Да и у арбитров возникнут подозрения, почему моя магия так легко сносит препятствия. И колесо… Самый опасный аттракцион. Ведь его нельзя просто перелететь, нужна фиксация контакта. Но у меня нет шипов и разных крючков; столь искусную технику нужно отрабатывать не один месяц. Справедливости ради, Эрик Биргерссон больше пилот-спортсмен, чем пилот-боец. Он уважение к себе и авторитет Скандии зарабатывает на многочисленных соревнованиях.
Прозвучал гонг к началу моего выступления. Я закрыл лицевой щиток и стал ждать, когда из-под земли рванёт стена пламени. Три, два, один… В небо с рёвом поднялось ярчайшее пламя, от которого защитное стекло шлема мгновенно перешло в затемнённый режим. Погнали!
Я не стал прорываться сквозь огонь, а использовал антимагию точечно, как аккуратный разрез скальпелем в нужном месте. Для этого пришлось создать «воронку пустоты» прямо перед собой, точнее, некий конус, который пробил в стене пламени безопасный туннель. Теперь у меня несколько секунд, чтобы пройти по нему на другую сторону. И спокойно, демонстрируя, в первую очередь, для зрителей пассы руками, миную огненное заграждение. Пусть думают, что это такая магическая техника. Теперь остаётся выбросить руку вперёд, сформировать силовое поле и визуализировать его в виде летящего роя мелких и спрессованных огненных шариков. Получилось эффектно, расчётливо и красиво. Продырявленная мишень рухнула на землю, не загоревшись. Надеюсь, никто не задумается, почему так получилось.
Я не обращал внимания на табло, где мелькали цифры, отчитывая время прохождения. Мне было неважно, проиграю или выиграю. А вот поиграть с устроителями, которые вложили в препятствия свои силы и магические хитрости, хотелось неимоверно.
— Система в порядке, — прозвучал голос Гены Берга, продолжавшего следить за состоянием «Бастиона».
Дождавшись, когда передо мной возникнет сияющий на солнце ледяной лабиринт, я замер у входа, чтобы оценить его магическую структуру. Придётся потрудиться. Плетения очень прочные, с бесконечными дублированиями узлов. Значит, нужно найти основные из них, питающие всю конструкцию. Разогнав ядро до нужного состояния, я шагнул в лабиринт, выбрал для себя коридор и двинулся по нему, пока не уткнулся в стену. Найдя точку напряжения, создал «Разрыв Нити» и лёгким касанием «пустоты» нанёс силовой удар. Часть стены с грохотом обрушилась под ноги, открывая проход. Я перешагнул через ледяные обломки и устремился дальше. Но стены вдруг начали смыкаться, пытаясь раздавить меня своей тяжестью
Лабиринт меня не пугал. Находя всё новые и новые места, где узлы были слабее всего, я разрушал их точечными импульсами, пока не добрался до висящего в воздухе шара и не сбил его.
Судя по свисту и гулу, зрителям не особо понравилось, как я прорвался через лабиринт. Честно говоря, ожидал снятия с состязания. Как судьи отреагируют на мою технику? Сочтут ли её правильной, или же они не сообразили, что я продемонстрировал?
Скрежет и едва ощутимая в «скелете» дрожь под ногами стали ответом на мой вопрос. Состязание решили продолжить. И теперь передо мной выросло жуткое колесо с вращающимися лопастями. Издали эту конструкцию я не мог разглядеть как следует, а сейчас увидел воочию, что она из себя представляет. Оказывается, внутри самого колеса с невероятной скоростью крутились два ряда лопастей, причём, второй двигался асинхронно. Проскочить между ними совершенно невозможно, потому что препятствие не имеет магического наполнения. Это — инженерное сооружение, а значит, моя антимагия не поможет. Хотя… есть один вариант, но сработает ли он без наличия Источника? Придётся разогнать ядро до критического состояния, иначе не получится сделать то, что задумал.
Включённые звуковые фильтры погрузили меня в абсолютную тишину, мерный и шелестящий шум колёс куда-то пропал. Я опустился на одно колено, касаясь правой перчаткой земли, и закрыл глаза, входя в глубокий транс. Мне нужно создать «Раковину» — высшую форму антимагического умения, слившегося с энергией духовных практик. Техника, открытая мною, позволит построить идеальную траекторию, с помощью которой я пройду сквозь колесо. Проще говоря, я хочу физически замедлить время.
Погружение в транс помогло моему сознанию на миг синхронизироваться с вращением передних лопастей, и тут же воздействовать на внутренний ряд, находя в их движении микроскопическую паузу, разрыв, точку переключения фаз.
Раз! Срываюсь с места, оставляя за собой глубокую колею выдранного дёрна. Два! Лопасть проносится в миллиметре от моего лица, но я уже проскользнул дальше, на полшага изменив движение, чтобы войти в более узкую щель между жуткими металлическими лезвиями смерти. Три! Тягучий скрежет лопасти, едва коснувшийся моего ранца с батареями, звучит как запоздалый рёв обманутого зверя. И я оказываюсь по другую сторону чёртовой карусели, чтобы во всей красе разглядеть голографического дракона. Такой красавец, жалко даже уничтожать. А снежный дракон и росомаха как будут глядеться на родовом гербе, интересно?
На моей ладони взбухает «сфера абсолютной пустоты». Теперь-то я могу использовать антимагическое оружие. Направляю его на дракона. Сфера подлетает к мечущейся твари, но не взрывается — она втянула голограмму в себя, искажая и ломая чёткие линии. А потом мишень аннигилировала с гулким хлопком, от которого по трибунам пронёсся ледяной ветер.
Цифры на табло застыли, знаменуя окончание состязания. Эрик, стоявший поодаль в ожидании моего финиша, подошёл ко мне. Подняв защитное стекло, я улыбнулся, ощущая, как по лицу катятся крупные капли пота.
— Ты — самоубийца, — заявил Берсерк, покачивая головой, тем не менее, протягивая руку в перчатке.
Я вложил в неё свою, крепко пожал.
— Это почему?
— Меня в ледяную дрожь бросило, когда ты в это адское колесо шагнул. Подумал, ну всё, пропал княжич. Сейчас полетят по сторонам металлические ошмётки. Если бы ты слышал, какая гробовая тишина установилась на трибунах — оценил бы трагизм ситуации.
— Всё было рассчитано, — я усмехнулся, радуясь своей прозорливости, когда оттачивал технику «Раковины», долгими вечерами пропадая на тренировочной площадке. Как будто знал, что пригодится. А если честно, за бравадой скрывался запоздалый страх. Я никогда не использовал этот приём в «полевых» условиях, и малейшая ошибка могла привести к непоправимому. Превратиться в фарш на глазах невест — хуже истории не придумаешь. Дурацкая смерть, от которой можно только покраснеть. Но мертвецы не умеют краснеть.