Вик Разрушитель 3
Шрифт:
— Что, к алкоголю потянуло? — полюбопытствовал я.
— Ой, ну скажешь! — махнула рукой Илана и смущенно захлопала ресницами. — Там от алкоголя одно название. И вообще, имею право! Уже не маленькая! Скоро шестнадцать исполнится!
— Да-да, отличный повод, да еще тайком от родителей! — ухмыльнулся я, вспоминая, как сам приобщался к крепким напиткам в Химках.
— Ну, Ви-иик! — протянула девушка и замолчала, когда официант подошел к столику и расставил заказ. Пожелал приятного времяпровождения и удалился за стойку скучать дальше.
Кроме нас из посетителей была еще одна взрослая парочка: солидный мужчина в полосатом
— Я не скажу никому, — развлекался я, наливая из чайничка ароматно пахнущий напиток в чашку своей одноклассницы. — Главное, не переборщи. А то придется нести тебя на плече к машине. Знаешь, как это будет выглядеть?
— Нет, чтобы на руках, — капризно надула губы Илана. — Грубиян ты, Волховский.
— На руках пьяную очень тяжело перетаскивать, — хохотнул я и получил кулачком по плечу. — Ладно, ладно. Угощайся. Пошутил я.
Пока я молча попивал кофе, девушка расправилась с бисквитом, аккуратно промокнула губы бумажной салфеткой, с непонятной поволокой в глазах посмотрела на меня.
— Согрелась? — спросил я.
— Да, спасибо, — Илана вдруг погрустнела. — Пора домой. Еще раз спасибо тебе, Вик, за такой замечательный день.
Я расплатился с официантом, который показал мне большой палец, и вместе с Иланой покинул павильон. Пожалуй, и в самом деле пора домой. По просьбе одноклассницы я отбил сообщение на телефон майора Рудакова, что с нами все в порядке, находимся на Воробьевых горах. Но надо и честь знать. Родители есть родители, все равно беспокоятся.
Спускаться с площадки было куда легче, но Илана шла медленно, как будто хотела продлить прекрасный для нее вечер. А я навострил уши. Где-то впереди слышались громкие голоса. Чересчур громкие и возбужденные. И в сторону не свернешь. Кругом густые кустарники и деревья. Надеюсь, Тесак с Барбосом рядышком, контролируют ситуацию.
Компания молодых людей вывалилась нам навстречу, перегородив тропинку. Пятеро парней старшего возраста, весело смеясь и переговариваясь, периодически прикладываются к бутылкам с пивом. Судя по богатым костюмам, ребята из аристократов. Пиджаки небрежно расстегнуты, галстуки ослаблены, на рукавах рубашек, выглядывающих из-под пиджака, поблескивают золотые запонки. На пальцах у каждого по два-три перстня. Один точно родовой, или показывающий принадлежность к роду, — мелькает мысль. — Значит, часть из них высокородные свитские, а вот кто самый важный гусь?
— Ну ничего себе! — излишне громко воскликнул один из парней с пышной гривой волос, свободно спускающихся на плечи; под носом четко просматривается тонкая полоска черных усиков. — Друзья, нам сегодня определенно повезло! Какая нимфа на горизонте!
— Берем на абордаж? — с любопытством спросил идущий рядом с ним худощавый высокий молодой человек в вызывающем желтом костюме. Голос его слегка пьяноват, и лишний глоток пива только добавлял ему веселья. — Прекрасная леди просит помощи!
— Идиоты, — дрожащим голосом прошептала Илана, крепче сжимая мою руку.
Мы остановились, потому что никак нельзя было обойти компанию, широким фронтом наступающую на нас. В трех шагах парни остановились, как будто еще сомневались, как себя вести с незнакомой парочкой. Можно ведь и ошибиться, если под магической маской находится кто-то из императорского Рода. И такие случаи бывали, знаете ли.
—
Представиться княжичем Мамоновым? Со мной Илана, не хотелось бы доводить дело до конфликта. А знаменитая в России фамилия охладит пыл незнакомцев. Но существовала опасность, что Мстиславские не договорятся с отцом, и я окажусь в очень неприглядной ситуации, прослыв не просто треплом. Это уже тянуло на оскорбление высокородных. Язык отрежут запросто.
— Викентий Волховский, мелкопоместный дворянин, — любезно ответил я, быстро осматривая окрестности. Ну и где телохранители? — Моя спутница, Илана Рудакова.
— Мелкопоместный дворянин…, — с легкой издевкой произнес парень в желтом и припал к горлышку. Оторвавшись от бутылки, он спросил соседа: — Сашка, ты слышал о таких?
— Впервые…, — парень с пышной гривой неожиданно икнул. — Пардон муа, мадемуазель! Разрешите представиться, Долгоруков Александр! Младший сын князя Степана Александровича Долгорукова!
Я мысленно простонал. Угораздило налететь на сынка министра торговли, да еще председателя Думного Совета! Такого простым ударом в нос не отправишь в кусты! В порошок потом сотрут, несмотря на «охранный лист» от Булгаковых. Одна весовая категория с Куракиными!
— Очень приятно, сударь, — мягко ответила Илана, стараясь унять дрожь в голосе. — А теперь позвольте нам пройти! Нас ждут…
— Деточка, — Долгоруков покачнулся. — Негоже перебивать княжича, когда он представляется сам и своих друзей представляет!
— Вы не обязаны этого делать…
— Тихо! — вздернул палец вверх княжич, а рукой с зажатой в ней бутылкой, легонько стукнул по груди парня в желтом. — А это княжич Кирилл Корецкий, мой лучший друг. А вот тот скромный красивый юноша с печальным взором — княжич Михаил Корибут-Воронецкий.
Самый спокойный в компании молодой человек в стильном темно-фиолетовом костюме стоял чуть в сторонке, держа руки в карманах брюк. Он с легкой усмешкой поглядел на меня и оценивающе прошелся по фигурке Иланы. В его глазах замерцали опасные огоньки интереса.
— Бояричи Панов и Кутузов, мои свитские
Дьявол! Веселая компания встретилась на нашем пути! Ладно бы Долгоруков, так еще Корецкий с Воронецким! Слыхал я про них, что вытворяют, когда устраивают вечеринки. Вся полиция Москвы стонет от их выходок. Однажды напились так, что устроили ночные гонки на дорогих авто по столице, раздолбив при этом несколько павильонов и киосков, а потом остановились на Устьинском мосту и стали прыгать на спор голыми в воду, используя разнообразные магические техники. У кого эффектнее выйдет. В принципе, могли и без них нырять, пьяному море по колено, алкоголь дурную башку спасает. Камеры наблюдения засняли развлечение аристо во всей красе с нескольких точек, и кто-то потом слил запись в Сети. Скандалище прогремел неимоверный, с трудом удалось унять императрицу, которой дочки Юля и Василиса показали сие представление. Анастасия Павловна слывет поборницей добродетели, и немудрено было просчитать ее реакцию. Она вызвала матерей этих балбесов и долго с ними разговаривала в личном кабинете, после чего те с бледным видом покинули Зарядье. На какое-то время княжичи угомонились.