Вик Разрушитель 3

Гуминский Валерий Михайлович

— Догадываются?

— Подозревают, что я действую по чьему-то указанию. Увидели, что живу у Тучковых, успокоились.

— Каково твое мнение о Булгаковых?

— Относятся к княжичу доброжелательно, не обижают. Но у меня появилось впечатление, что они точно знают, каким Даром обладает мальчик.

— Каждая семья скрывает способности детей до определенного возраста, — рассмеялся Мамонов. — Ничего удивительного. Булгаковы не просто так вцепились в Андрея, тут и круглый дурак сообразит.

— Да, согласен. Но его готовят, как обмолвилась моя подопечная, к роли

бойца конвоя. Много занятий по рукопашному и магическому бою. Даже увлечение экзоскелетами умудряются повернуть в свою пользу. Моя версия: пилот ППД в составе конвоев. По мнению Булгаковых у мальчика есть потенциал.

— Надо выяснить, какая стихийная направленность у Андрея стала ведущей, — голос Мамонова стал суше.

— Хозяин, — Странник кашлянул. — Не хочу тебя пугать, но по косвенным признакам у твоего сына нет Стихии.

— Что-ооо? — князь зарычал в трубку, но вовремя спохватился и уже нормально переспросил: — Не пересидел ли ты в своей тайге, чародей?

— Тайга не моя, хозяин, ты преувеличиваешь, — дерзко ответил Странник. — Как тебе такое утверждение? Стихия не просматривается, но Дар весьма сильный. Булгаковы делают ставку на мальчика и тщательно скрывают, чем он обладает. Помнишь, я говорил о магической мутации?

— Хм…, нечто необычное углядел?

— Чтобы углядеть, надо с княжичем провести несколько занятий. Есть у меня одна догадка, дикая и невероятная, надо проверить. Подожду до начала учебных занятий. В гимназии я смогу официально контактировать с твоим сыном.

— Хорошо, работай, — Мамонов унял свое нетерпение. — Я скоро уезжаю домой, держи меня в курсе событий. Записку передал?

— Так точно. Никто ничего не заметил.

— Отлично. Тогда прощай. Работай усердно, отмечу.

Князь отключился, а Странник покачал головой. Откуда знать Мамонову, что хочет Евгений Ломакин? Деньги? Так их у него хватает, даже с избытком. Сидеть на алмазах и не подготовиться к черным временам? Найдите такого дурака. Дворянство? Ну а зачем оно Страннику, умеющему кочевать по разным мирам? Не понравится здесь, уйдет в другую Явь, где для него найдется работа. Можно сказать, он единственный, кто постиг суть пространственной телепортации между разными вселенными и научился раздвигать плотную ткань мироздания. Поэтому и чувствует себя в безопасности. Хочется все-таки верить, что никто не сможет потревожить его из прошлой жизни. Силенок и ума не хватит.

— Что ж, поработаем на благо князя Мамонова, — усмехнулся Ломакин, разглядывая сквозь густые заросли плюща, обвившего беседку, яркие платья и сарафаны стайки девушек, направлявшихся по дорожке в дом. Хозяйская дочка пригласила свою танцевальную команду на посиделки. Как бы ее использовать для раскрытия тайны княжича Андрея? У Натальи последний год обучения в гимназии, стоит поторопиться. Она все-таки имеет на мальчишку влияние, и судя по всему, очень к нему неравнодушна. Если бы не разница в годах, Странник мог бы устроить между ними роман. Ничто так не раскрывает человека как энергетика первой любви. Но мальчишка еще в том возрасте, когда о девочках предпочитают говорить в свойской компании, не раскрывая предмет

интереса. Жаль, очень жаль. В лобовую атаку тоже не пойдешь — Булгаковы насторожатся. Задачка непростая, но жутко интересная.

Глава 4

1

С замершим сердцем я смотрел на визитку с именем Брюса и не решался на звонок, который мог значительно обогатить меня знаниями по антимагии, развеять какие-то мифы, мешавшие объективно взглянуть на проблемы в обучении. Чем больше я думал о предложении Александра Яковлевича, тем сильнее крепла мысль о том, что главный чародей императора знает основные принципы Разрушителя и хочет сделать из меня подопытного кролика, на котором станет проверять свои догадки и экспериментировать, нисколько не боясь высочайшего окрика остановиться.

Дверь моей комнаты была приоткрыта, так что я услышал голос Ивана Олеговича, исходивший снизу из гостиной, и встречавшей его Людмилы Ефимовны. Опекун вернулся из конторы, где вместе со старшим братом Василием формировал поездные бригады. Через несколько дней во Владивосток отходит состав, в котором мог поехать и я, но пока было решено меня не брать. Дорога все-таки дальняя, времени уйдет много, а учеба вот-вот начнется. И Сидор еще мало занятий провел со мной.

Пусть и сожалея, но я решил, что так будет лучше. Нельзя терять шанс для изучения тайн антимагии. Откажусь — и никогда больше не смогу обратиться к Брюсу так запросто. Как гласит житейская истина: дают — бери, бьют — беги. Пока только дают.

Дождавшись, когда Булгаков переоденется и займет место в кресле гостиной с газетой в руках, я спустился вниз и поприветствовал его, пристроившись напротив за журнальным столиком. Он был завален свежей прессой. Заметил интересную особенность: опекун редко работал в своем кабинете, только в случае особых обстоятельств, требовавших сосредоточенности и внимания.

Иван Олегович ответил кивком и с нескрываемым интересом посмотрел на меня. Не так часто я подхожу к нему вечером с видом заговорщика.

— Однако, — усмехнулся Булгаков и положил «Московские ведомости» на колено, отрываясь от чтения. — Чувствую, какая-то просьба появилась, и довольно необычная. Или неправ?

— С какой стороны посмотреть, — я почесал затылок и вытащил из нагрудного кармана рубашки визитку. — Сможете позвонить по этому телефону?

— А сам? — опекун взял в руки картонный прямоугольник, прочитал имя и хмыкнул без особого удивления.

— Вам же не понравится, если я за вашей спиной будут самостоятельно решать некоторые вопросы.

— Ну… так-то правильно, — Иван Олегович покрутил визитку в пальцах. — Надумал все-таки? Хочешь попасть в тайные закрома Брюса?

— Хочу. Кочет рассказал мне все, что смог вспомнить. Макарий снова куда-то исчез, так и не нашел время со мной пообщаться, — пожаловался я. — У меня и надежд не осталось, кроме библиотеки Магической Коллегии.

— Н-да, Макария трудно заставить выполнить его же обещания, — рассмеялся Булгаков. — Такой он шебутной, да вечно занятой. Поговорю со Старейшиной. Может, вразумит чародея. Ну что, звоню?