Вик Разрушитель
Шрифт:
В Симферополь прибыли вечером. И мгновенно перрон наполнился шумом, гамом и заливистым смехом. Целая армия подростков с сумками и рюкзаками потянулась в вокзал. Снаружи их должны были забрать автобусы организаторов турнира.
Я же бросился к штабному вагону, возле которого с удивлением обнаружил нашу танцевальную команду и Свету с младшими. Девчонки собрались в круг и о чем-то болтали. Неподалеку от них прямо на бетоне перрона стояла гора дорожных сумок, возле которых скучали двое верзил. Это были охранники Тучковой. Рынды Булгаковых старательно отжимали людские потоки в сторону.
– А вы
– Иван Олегович позвал нас в свое имение в Евпатории, – заявила она. – Там можно спокойно тренироваться. В Ялту повезут на автобусе. Самсон Яковлевич решил воспользоваться приглашением.
– А где он сам?
– С господином Булгаковым ушли куда-то на вокзал, – ответила длинноногая и спортивная Маринка Свешникова, всегда встававшая в нижнюю часть «пирамиды». У нее и фигура подобающая для силовых упражнений. Ноги крепкие, мускулистые, плечи хорошо развиты. Может так двинуть, что сразу с копыт слетишь. Ну, это я сам себе внушил подобное. Маринка – само спокойствие. Ледяная царевна.
– О, черт! – я испуганно рванул по перрону вдоль состава к багажному вагону. Там уже стояла машина с логотипом Императорской почты, куда сейчас перекочевывали коробки с посылками. Рядом стоял микроавтобус с задранной задней дверцей. Возле него курили четверо парней и чего-то ожидали.
Увидев на дверце со стороны водителя герб Булгаковых, я успокоился. Наверное, за моим ящиком приехали. Но на всякий случай подошел, вежливо поздоровался. Парни уставились на меня.
– Я хотел спросить: вы не за спецгрузом, случайно?
– Случайно за ним, – весело ощерился один из парней с задорным темным чубом на лбу. – А ты кто таков, пацан? Откуда тебе известно о грузе?
– Так это моя собственность, – важно ответил я. – Господин Булгаков – мой опекун, и это он организовал доставку ящика.
– Серьезный юноша, – сказал другой парень, ловко гася сигарету между пальцев, несмотря на тлеющий кончик. Бычок полетел под вагон. – Придется подождать, пока почтовики свою работу не закончат. Умудрились запихать твой ящик в самый конец.
До Евпатории мы добирались по темноте, когда на бархатистом южном небе высыпали яркие крупные звезды. Впереди колонны ехала машина сопровождения – рычащий внедорожный монстр с охраной; за ним катил микроавтобус с моим УПД, потом еще одна машина, везущая Ивана Олеговича с семьей; ну и следом мы на комфортабельном, мягко катящемся автобусе. Девчонки угомонились и подремывали в ожидании окончания пути.
Я обратил внимание, что за нами, не отрываясь, следует несколько автомобилей. Они никуда не сворачивали, упрямо держась за колонной. Кто это мог быть? Телохранители Тучковой находились с нами в одном автобусе. Один сидел рядом с водителем, второй пристроился на заднем сиденье, периодически поглядывая в темное окно. Что он там мог разглядеть – оставалось загадкой.
Мои мучения заметила Наташа. Она сидела через два ряда от меня с одной из подружек, и о чем-то тихо разговаривала, изредка
– Чего головой вертишь как сыч? – полюбопытствовала Тучкова.
– Да вот гадаю, кто за нами увязался, – кивнул я на мечущиеся огни фар позади автобуса.
– А! – махнула рукой девушка. – Это мой жених увязался. Узнал, что наша команда едет в Крым, решил взять под охрану.
– Ты замуж выходишь? – поразился я.
Наташа тихо рассмеялась; большинство девчонок дремали после утомительного дня.
– Родители меня уже в десять лет повязали с Алексеем Куракиным, – выдала она свою тайну с улыбкой. – Он старше меня на четыре года. Способный молодой человек, учится на экономическом факультете Московского Императорского Университета. Так что неплохая партия по мнению папы.
Я припомнил, что Куракины приходятся Мстиславским дальними родственниками, то есть происходят от Гедиминовичей, в отличие от Тучковых. Те-то даже к Рюриковичам не принадлежали. Неудивительно, что отец Наташи решил сделать дочери отличную партию.
– А ты сама? Любишь его?
Снова смешок, только задумчивый. Тряхнув головой, отчего свободно лежащие волосы раскинулись по курточке, моя партнерша по танцам призналась:
– Не знаю. Алексей меня ревностно охраняет с тех самых пор, как появился в нашем доме. Не могу понять, чего больше в наших отношениях: рациональности или любви. Хотелось бы разобраться, но боюсь, что через год-другой будет поздно. Обручат и под венец.
Я деликатно промолчал, потому что не с моим жизненным опытом лезть в дебри клановых отношений, когда гарантом мира между Родами выступают два человека: он и она. Если Наташу «приговорили» к Куракину, она вряд ли что сделает против слова родителей. Глава Рода, Старейшина и прочие серьезные родственники уже давно просчитали выгоды от такого брака. Хотя, по-человечески, жаль девушку.
– И он все время будет рядом с тобой? – поинтересовался я, сбивая мысли задумавшейся партнерши в другую сторону.
– У него пять-шесть свитских ребят вместо телохранителей, – пояснила девушка, кидая взгляд в окно. – Спортсмены, накачанные ребята. Так что помимо Кости и Федора, сопровождающих меня, целая компания собирается охранять.
– А насчет меня твой жених ничего не говорил? – настороженно спросил я. Как бы проблемы не начались. У нас ведь с Наташей довольно раскованный танец с многочисленными поддержками и раскрутками. А у девушки еще и костюмчик шикарный, больше показывающий ее ладную фигуру, чем скрывающий. Слюни у других ребят потекут. Если этот Куракин увидит, что я ее невесту на руках ношу, башку не скрутит?
– Я его предупреждала насчет тебя, – Тучкова поняла, чего я опасаюсь, и успокоила меня. – Он пообещал не скандалить. Может быть, вам стоит познакомиться?
Не знаю, не знаю. Аристократ, да еще нареченный жених моей партнерши – огненная смесь. Взорвется тогда, когда не ожидаешь. Надо бы поосторожнее быть. Можно с Иваном Олеговичем поговорить… Но о чем? Самому не смешно? Если бы за моей спиной стоял Род, Куракин поостерегся бы на жесткие меры. Но мне ли не знать, насколько щепетильны аристо в плане чести.