Викинг
Шрифт:
Наконец, уже вчера, среди дня, когда вовсю лил дождь, один из дружинников по имени Отто отошел от лагеря, решив набрать ягод, и провалился в яму, наполненную кипящей грязью. Сбежавшиеся на его крик Рагар и другие воины успели вытащить пострадавшего.
Толстая плотная одежда сберегла его от тяжелых ожогов, однако, продолжать путь он, конечно, уже не мог, и Рагару пришлось отправить с Отто еще одного человека в качестве провожатого.
Все эти потери отвратительно действовали на остававшихся еще воинов и, чем дальше маленький отряд продвигался
Наконец, отряд въехал на равнину, густо поросшую чахлыми березами и мелким кустарником. Рагар натянул поводья и сделал спутникам знак остановиться.
– Отдыхать будем здесь. Думаю, что завтра мы дойдем до конца фьорда и сможем повернуть на юг.
Однако, не успел он спешиться, как вдруг позади раздалось отчаянное ржание лошади. Оглянувшись юноша и его люди увидели ужасную картину. Тонкая, шипящая паром струя гейзера била прямо в брюхо лошади, на которой сидел Квиллар. Несчастное животное шарахнулось в сторону и резко встав на дыбы, сбросило седока. Квиллар упал и застонал от боли.
– А, чтоб тебя! Что еще за напасть! – в отчаянии воскликнул Рагар, быстро спешился и бросился к упавшему воину. Тот отчаянно стонал, катаясь по земле с искаженным лицом, и держась за ногу. Рагар опустился на колени рядом с пострадавшим и озабоченно произнес: – Лежи спокойно, а то только хуже себе сделаешь.
Но даже беглого взгляда на Квиллера было достаточно, чтобы понять, что и этот воин не сможет продолжать путь. Он лежал с побледневшим лицом стиснув зубы, чтобы не стонать слишком громко и было ясно, что у него сломана нога.
Рагару оставалось только громко выругаться. Он отправил Торальда, чтобы тот вырубил ровную палку, а остальным приказал заготовить сучья для костра и тонкие жерди, чтобы сделать носилки для Квиллара.
– Мне придется подумать, кого направить назад вместе с раненым, – покачал он головой, но вдруг один из воинов сурово сказал:
– Рагар, мы все должны возвращаться! Его тут же поддержали другие.
– Да боги уже подали знак. Они разгневаны тем, что мы проникли в их обитель. Если мы и дальше пойдем, то Сюрт забросает нас скалами или сожжет своим огненным дыханием.
Рагар посмотрел на своих спутников и понял, что он уже не сможет их убедить. Духи оказались сильнее. Его воины и шагу не сделают вперед. Но мысль о том, что он так и не смог помочь сестре, была ему нестерпима. И тогда… почти умоляюще, он произнес:
– Друзья мои! Мы должны идти вперед! Разве можем мы позволить нашему врагу держать в плену и мучить Рейну?!
– Но мы же не можем идти дальше, – возразил кто-то. – Нас слишком мало.
Гаральд гневно воскликнул:
– Стыдитесь, викинги, вспомните конунга Виктора. Дозорные говорили мне, что он пробрался в наш град с пятью воинами. И все-таки он похитил Рейну той ночью.
Однако, напоминание
– Еще бы! Чего может опасаться человек, прошедший через Биврест – радужный мост, ведущий к Астгарду, обители богов.
Кто-то другой добавил:
– Дружинники Вольфгарда называют его теперь Радужным воином, потому что он совершил то, чего до него не совершал ни один смертный!
– Он теперь полубог, и наш маленький отряд не одолеет его. К тому же нас, наверное, уже поджидают и готовятся к встрече.
Потеряв терпение, Гаральд выхватил меч и направил его на викингов.
– А я говорю вам, что Виктор – просто человек, и смерть ожидает того, кто первым струсит.
Викинги заворчали, однако, на этот раз не решились возражать. Они занялись устройством лагеря. Гаральд отвел Рагара в сторону и, хмурясь, вполголоса сказал ему:
– Ты знаешь, друг мой, не нравится мне все это! Эти воины оставят нас при первой же опасности. Они слишком напуганы.
Однако, Рагар не слушал друга:
– Мы должны идти, а если так случится, даже и вдвоем. Если Виктору удалось так легко проникнуть в наш дом и выкрасть мою сестру, разве не можем мы сделать то же самое.
Гаральд ничего не ответил, но по его виду был ясно, что он не согласен с Рагаром.
В это же время, на другом берегу фьорда в своем поселке Виктор искал Сибил. Он нашел ее в комнате, где несколько рабынь пряли шерсть. Сибил сидела на лавке, мирно покачиваясь за прялкой и вытягивая нить. Виктор завороженно смотрел несколько минут на монотонные, ритмичные движения ловких женских рук. Наконец, рабыня заметила его и, прекратив работу, встала и приветствовала его, низко поклонившись.
– Ярл…
Виктор улыбнулся ей.
– Не останавливайся, пожалуйста. Но лицо Сибил было напряжено.
– Чем я могу тебе служить, господин?
– Я бы хотел поговорить с тобой о твоей госпоже, – сказал он негромко.
Женщина с горечью спросила:
– Чтобы легче ее было подчинить себе, не правда ли?
– Да не хочу я никого подчинять, – тяжело вздохнул Виктор. – Я всего лишь хочу, чтобы она доверилась мне. – Но заметив, что Сибил по-прежнему отчужденно и недоверчиво смотрит на него, Виктор подошел к скамье и сел на нее. – Сибил, присядь со мной.
– Как пожалеешь, ярл.
Женщина подошла, отодвинула в сторону белоснежную пряжу и села рядом с Виктором.
– Ты знаешь, – сказал ей мужчина, – я изо всех сил стараюсь понять Рейну. Порой мне кажется, что она начинает мне доверять, но через минуту она уже готова убить меня. Последняя ее попытка уморить себя голодом меня особенно встревожила. Правда, с тех пор она ест, но характер и поведение ее не стали лучше ни на йоту.
Сибил кивнула:
– О, да, Рейна очень горда! Она не подчинится легко твоей воле, мой господин, и не станет доверять тебе, пока ты этого не заслужишь. Поверь мне, конунг Виктор, эта задача даже для тебя трудна.