Викинги
Шрифт:
— Лучше у меня будешь ты, без золотой цепи, чем цепь без тебя,— ответил он.— Но это сокровище — королевской цены, и боюсь, что ты будешь переживать эту потерю больнее, чем я. Где ты ее спрятала?
— Это я могу тебе сказать,— сказала она,— потому что, думаю, никто из присутствующих здесь не выдаст тайну. Недалеко от главных ворот дворца есть небольшой холмик, покрытый мхом и можжевельником, справа от тропинки за мостом. На этом холмике лежат рядом три больших камня. Два из них очень тяжелые и глубоко вошли в землю, так что их почти не видно. Третий лежит на них, он достаточно легок, чтобы я могла сдвинуть его. Я завернула
— Знаю те камни,— сказал брат Виллибальд,— я ходил туда собирать травы.
— Может быть и хорошо, что ты спрятала ее вне ограды,— сказал Орм,— хотя я боюсь, что нелегко будет забрать ее оттуда, слишком близко от волчьего логова.
Йива сняла этот груз у себя с души, на сердце у нее стало легко. Она обняла епископа за шею, засунула миндалину ему в рот и стала просить его благословить и обвенчать их прямо сейчас и здесь. Но такое предложение так напугало епископа, что миндалина попала ему в дыхательное горло, и он в испуге замахал руками.
— Я такого же мнения, как она,— сказал Орм.— Сам Господь позаботился о том, чтобы мы встретились вновь, и мы не хотим больше расставаться.
— Вы не понимаете, что говорите,— запротестовал епископ,— эти идеи — наущение Дьявола.
— Я не вернусь к этой старой карге,— сказала Йива,— и здесь мне нельзя оставаться. В любом случае я пойду с Ормом, и лучше будет, если ты обвенчаешь нас вначале.
— Но он еще не крещен! — закричал епископ в отчаянии.— Дорогое дитя, как я могу обвенчать тебя с язычником? Это возмутительно, что молодая девушка так объята похотью. Тебя разве никогда не учили скромности?
— Нет,— ответила Йива без колебаний,— мой отец многому учил меня, но о скромности он мало знал. А что плохого в моем желании выйти замуж?
Орм достал из пояса шесть золотых монет, оставшихся от того небольшого количества, которое он привез домой из Андалузии, и положил их на стол перед епископом.
— Я уже плачу одному епископу за то, что он будет крестить меня,— сказал он,— и я не настолько беден, чтобы не позволить себе заплатить еще одному, чтобы он обвенчал меня. Если ты поговоришь хорошенько с Богом обо мне, и купишь свечей на эти деньги для Его церкви, не думаю, что он будет возражать против того, чтобы я сначала женился, а потом крестился.
— В его жилах течет кровь Широкоплечего,— сказала Йива с гордостью,— и если у тебя есть какие-то сомнения относительно венчания язычника, почему бы тебе самому не крестить его здесь и сейчас? Прикажи слугам принести воды, и побрызгай на него, как ты брызгал на больных в Дании. Что из того, что он потом крестится еще раз, вместе с другими в присутствии короля? Дважды не хуже, чем один раз.
— Таинство не должно профанироваться,— сказал епископ ворчливо,— и я не знаю, готов ли он к нему.
— Он готов,— сказал брат Виллибальд,— и он может пока получить временное крещение, хотя такая церемония в наши дни редко проводится. Для христианки законно выйти замуж за человека, получившего временное крещение.
Орм и Йива с восхищением смотрели на брата Виллибальда,
— Старость ослабила мою память,— сказал он,— если только это не от этого доброго вина, хотя в целом его эффект полезный. В старые времена было обычным делом для тех, кто был не готов креститься, но все же почитал Христа, креститься временно. Нам всем повезло, что брат Виллибальд напомнил об этом.
— Я довольно давно дружу с ним,— сказал Орм,— а сейчас я его еще больше полюбил. С самого первого момента, когда я встретил его после битвы, мне стало везти.
Епископ сразу же послал за аббатом и двумя канониками, которые пришли, готовые помогать ему в проведении обряда и с желанием посмотреть на заморского вождя. Когда епископ облачился в сутану, он окунул руку в святую воду и перекрестил Орма, коснувшись его лба, груди и рук, при этом произнося благословение.
— Я, должно быть, привыкаю к этому,— сказал Орм, когда епископ закончил,— поскольку это испугало меня намного меньше, чем когда другой человек брызгал на меня веткой.
Все церковники были согласны с тем, что некрещеный не может венчаться в аббатской часовне, но церемония может быть проведена в палатах епископа. Поэтому Орму и Йиве сказали, чтобы они встали на колени перед епископом на две подушечки, положенные для них.
— Не думаю, что ты привык к такой позе,— сказала Йива.
— Я провел на коленях больше времени, чем большинство людей,— ответил Орм,— когда я служил Мохаммеду. Но хорошо еще, что не приходится бить лбом о пол.
Когда епископ дошел до той части службы, когда он должен предложить им размножаться и жить вместе в мире до конца своих дней, они покивали в знак согласия. Но когда он приказал Йиве во всем подчиняться мужу, они поглядели дружна друга в сомнении.
— Я постараюсь,— сказала Йива.
— Ей поначалу будет трудно,— сказал Орм,— потому что она не привыкла к подчинению. Но я буду напоминать ей об этих ее словах, если когда-нибудь она их забудет.
Когда церемония была завершена и все церковники пожелали им счастья и много детей, епископ задумался о том, где они проведут свою первую брачную ночь. Потому что в аббатстве комнаты не было, не было и в прилегающих к нему домах, и он не знал в городе ни одного места, где можно было найти пристанище.
— Я пойду с Ормом,— сказала Йива.— Что хорошо для него, будет хорошо и для меня.
— Ты не можешь лежать с ним у костра, среди солдат! — воскликнул епископ в тревоге.
Но Орм сказал:
Моряк, наследник моря, Пахарь на чайкином лугу, Имеет кое-что получше Сена и подушек Для царственной своей супруги.Брат Виллибальд сопровождал их до ворот города, чтобы убедиться, что стража пропустила их. Там они отделились от него, очень благодарили и пошли к пристани, где стояли корабли. Рапп оставил на борту двоих человек для охраны от воров. Эти люди, предоставленные сами себе, сильно напились, так что их храп был слышен на большом расстоянии. Орм разбудил их и попросил помочь ему вывести корабль на середину реки, что в конце концов им и удалось сделать. Там они бросили якорь, и корабль стоял, покачиваясь на волнах.