Виня
Шрифт:
Виня присела на корточки и принялась кормить кошку, а котята продолжали сосать материнское молоко.
Двое ребят поднялись на второй этаж по лестнице. Мальчик лет десяти вел за руку долговязого подростка, а тот говорил:
– Мне мой друг сказал, у вас тут та-а-акие котята!
Мальчик оглянулся на своего приятеля, которому был по плечо.
– Если хоть один котенок пропадет, я тебя из-под земли достану. И руками их не трогай, а то у кошки молоко исчезнет!
Ребята присели на корточки рядом с коробкой, благоговейно замерли и смотрели, пока
Соседка с седьмого этажа Галина Сергеевна выбралась из лифта, таща за собой сумку-тележку, и подошла к Вине.
– Ну что? Она ест? У нее все здесь есть? А то женщина с четвертого этажа расшвыривает ногами ее еду, не хочет, чтобы она здесь находилась. И котят дважды на помойку выносила.
– А я думала, что их кто-то домой брал да потом принес обратно, потому что кормить нечем.
– Никто их не брал! Бабка с четвертого выставила на помойку вместе с коробкой, а я нашла и принесла обратно. По мне, так пусть в подъезде лучше кошки живут, чем крысы. Может, подержите котят у себя, пока я их пристрою?
– А кормить чем? Тут-то весь подъезд их кормит, - проворчала, потирая грудь, Виня. И тут же ушла, благо кошка уже наелась и начала отворачиваться от аппетитных кусочков...
Гелий пел. Виня зашла за гардероб и заткнула уши пальцами. Почему природа, наградив человека бархатным баритоном, в четверть силы легко перекрывающим шум метро, позволила, чтобы этому человеку со всей дури на ухо наступил медведь? А у Вини - супрастин с диазолином, чай с чабрецом, водкой и сырым яйцом, после чего все равно - скрипучая треть от трехоктавного диапазона...
– Кисинька, пойдем погуляем!
– Пойдем, - охотно отозвалась Виня, хватая шубку с тахты, где сей предмет одежды по совместительству служил одеялом.
Крик во дворе заставил ее вздрогнуть.
– Ксия-а-а!!!
Стрылька вдруг рванулась к окну.
Виня еле успела поймать ее за хвост, при этом здорово расшибла колено и зашипела сквозь зубы.
– Чего это она? За птичкой?
Гелий закрыл узкую створку окна.
– А ты разве не слышал крик? Необычное имя?
– Ничего не слышал. Пойдем погуляем?
– Да я уже одета. Стрыльку вот только возьму, а то Пашка будет проветривать, и она снова сиганет в окно. Вообще-то у кошатников - сетки на окнах...
– Сто раз уже говорил, что не желаю жить в тюрьме! Что ты так с кошками носишься? Лучше бы на людей побольше внимания обращала! Если сиганет, значит, карма у нее такая! Выходит, Пашка прав, коты для тебя дороже людей!
– Класть подмышку ласковый урчащий комочек вам нравится, а когда я его воспитываю таким и, значит, вожусь с ним, вам не нравится! И я за вами не стираю, посуду не мою, не убираю. в магазин не хожу, да?
– в свою очередь повысила голос Виня.
– Коты глупее людей! Если уж завел их, то за ними присматривать надо!
– Зачем? Они уже взрослые и самостоятельные, а ты с ними носишься, будто это люди!..
Они часа два орали друг на друга, прежде
...-Ах, я с котами ношусь? А когда вы ко мне за советом приходите, я с вами не ношусь? Больше ни слова выслушивать не буду!
Пашка тут же прекратил орать и принялся успокаивать Гелия, потому что в числе прочих частенько делился обидами и просил подсказки...
Виня все-таки взяла Стрыльку с собой, посадив ее за меховой полурасстегнутый ворот и подпоясав шубку, чтобы не держать кошку на руках.
Мордочка сердечком, огромные раскосые очи и наэлектризованная, подобная кроличьему пуху шерсть производили впечатление.
Пожилая женщина, неся на руках свою пожилую кошку, с усилием перешагнула через символическую оградку да так и застыла, стоя одной ногой на тротуаре, а другой - на газоне...
– Мама, мама, смотри! Эльфийская кошка!
– закричал мальчик лет десяти...
Стрылька не вырывалась в испуге, не орала и не драла когтями Винину шубку, сидела смирно и поглядывала по сторонам. А потом высунула переднюю лапку и погладила Виню по щеке. Как рукой...
Виня отдыхала, выкинув из головы все мысли и переключившись на хаотический видеоряд воспоминаний. Потом постаралась некоторое время не думать вообще. Как правило, ей это ненадолго удавалось.
В какой-то момент картинки возникли снова, словно попав в ее сознание извне. И состояли из преувеличенно монументальных пейзажей, в которых перемещались огромные машины, люди и кошкоподобные звери... Таким могла бы видеть мир, к примеру, Стрылька.
Виня на всякий случай посмотрела на беленькую кошку у себя на руках. Та ответила пристальным взглядом не по-кошачьи глубоких светло-карих глаз.
"Ты, что ли, мне картинки подаешь?" - мысленно спросила Виня у кошки. Кошка, что и следовало ожидать, никак не ответила, только продолжала неотрывно смотреть на Виню.
Виня успокоенно и разочарованно вздохнула и тут же отвлеклась на окружающую действительность.
В помойке у соседнего дома рылись уличные кошки; возле мусорного контейнера валялись выброшенные кем-то лекарства в упаковках. Гелий тут же сочинил статью для "Новейшей ужасной газеты" о том, как бродячие коты-токсикоманы сожрали очередную порцию выброшенных из аптечного пункта лекарств и стали бросаться на всех, кто оказался поблизости.
– Похотливые коты изнасиловали дворовых собак, - с чувством продекламировал он.
– Да, великолепно, под этим заголовком и пойдет... Подумаешь, что еще туда добавить, и ошибки поправишь.
– Завтра, - проворчала Виня.
– Сегодня я рассказ попишу.
– Кому нужна твоя проза?!
– мгновенно взвился Гелий.
– Кто ее сейчас читает, тем более фантастику?! А газеты читают все! Мы, журналисты, воспитываем в людях нужные убеждения!
– А книги воспитывают душу. Неправда, что книги не читают. Я работала и в библиотеке, и в книжном магазине, поэтому знаю. Фантастика - на одном из первых мест, где и всегда была.