Виолетта. Жила-была... лич
Шрифт:
– Твой подопечный?
«Да».
– Я помогу.
«Почему?»
– Ну… а почему нет?
«Кто ты?»
– Ой, да какая разница? – Склонив голову набок, вгляделась в абсолютно черные глаза хранителя. – Давай сначала помогу, а потом предметно пообщаемся. Ну?
«Согласен».
– Вот и славно. Только это… попробуешь меня убить или мешать – упокою. Я знаю, что делаю, и вмешиваться не надо. Согласен?
«Да. Ты светлая, я вижу… Хоть и мертвая…» Тяжелый выдох, и шерсть замолкает, чтобы осесть на полу тяжелым кулем.
Так, еще один полутруп… Прикинув размеры хранителя,
Ну а теперь приступим. Судя по моим внутренним часам, времени у нас не так много и к моменту прихода главных действующих лиц мне необходимо слегка подготовиться – встреча их ждет феерическая!
Первым делом я пошуровала на стеллажах и экспроприировала все камни силы, приглянувшийся почти законченный жезл и один из кинжалов – не идеально, но на первое время сойдет. На лестнице расположила маячок, который предупредит меня о посторонних. И, до конца не доверяя хранителю, кинула в него усыпляющее заклинание. Я слишком мало знаю о повадках храшхенов, чтобы быть в полной уверенности, что он не подведет, так что пусть лучше спит.
А затем я занялась ребенком. Вытащила его из клетки, стянула тряпки, в которые он был завернут, и положила на хирургический стол – мне необходимо удалить все запирающие и тянущие силы печати, чтобы быть уверенной, что он не отдаст концы в ближайшие часы. Точнее, она. Девочка. Маленькая, худенькая, остроухая… эльфийка.
Все. На этом я зависла. Она – эльф!!!
Мутный взгляд на ребенка… на хранителя… на стену… дикое желание побиться об нее головой… снова на ребенка… И выдала самое смачное и забористое ругательство, которое я запомнила, но все не было случая повторить.
Пара релаксирующих вдохов и выдохов, а затем слегка истеричный смешок: мое попадалово день ото дня все попадаловей…
Нет, отставить глупые и несвоевременные мысли! Пора за дело! Я отвесила себе незримую оплеуху и, отбросив все сомнения до более спокойных времен, приступила к снятию печатей. Кем бы ни был этот ребенок, она не в ответе за своих взрослых сородичей. А уж даст равновесие, я воспитаю из нее порядочную леди, а не…
Бурча себе под нос ругательства вперемешку с обещаниями повесить, четвертовать, в смоле сварить, кастрировать и прочая… тем не менее одну за одной стирала руны и печати – одни просто удаляя, другие впитывая в такой вовремя подвернувшийся жезл, третьи скрепя сердце временно переносила на себя, чтобы чуть позже избавиться от них окончательно…
Дзынь…
А вот и гости. Секундная оценка ситуации – и я вполне ею довольна: самые страшные печати сняты, а остальное потерпит. Запирающий и блокирующий кокон на ребенка, сама – в тень и, замерев, жду последнего участника представления. Главгад, ваш выход.
Сначала в комнату заплыли несколько магических светляков и, распределившись по потолку, более или менее равномерно осветили помещение. А затем зашли и посетители. Трое. Ну, трое не десять… справлюсь.
А затем еще трое. Тьфу!.. Еще будут, нет? Нет. Ну ладно, разберемся.
Как ни странно, но ситуацию их главный просек почти моментально – без криков и разговоров в меня
– Не-а. – Один-единственный запрещающий жест рукой и пасс уже активированным жезлом… и все, что может, впитывается, а все, что не может, сливается. – А теперь я.
Волна силы закрывает, а затем и замуровывает выход, ставит полог тишины, и начинаются… развлеку-у-ушки!
Троих подмастерьев, зашедших последними, я умертвила сразу, остановив им сердца – моя сила не видела в них ни одной полезной детали, так что церемониться с ними смысла не было, как, впрочем, и оставлять в живых. Из оставшихся – женщину, стоявшую справа, я просто пришпилила к стене, распяв ее за руки и за ноги и залепив рот, чтобы не верещала, а молодому парню, что был слева, сломала шею, так как на нем висело что-то неопознанное и рисковать не стоило. Но был еще центральный противник – мужчина весьма неопределенного возраста, защищенный мощным артефактом: серые глаза, блеклые волосы, черное облачение, в котором так удобно работать с жертвой, и злой, фанатичный взгляд.
– Ты-ы-ы… дря-а-ань… – С момента моей атаки прошло от силы пять секунд, но мы уже остались один на один. – Кто тебя пос-с-слал?!!
Шипящие нотки в его голосе заставили прищурить глаза и повнимательней присмотреться к его энергетической структуре. Ну вот, как и предположила, полурекш. Причем несколько измененный… ой, какая гадость!
– Сама пришла. – В мгновение сократив расстояние между нами, одним неуловимым движением сначала сорвала с него экранирующий артефакт, отбросила в сторону, а в следующую секунду погрузила отросшие когти прямо ему в солнечное сплетение, второй рукой прислонив набалдашник жезла к его шее. – У меня нет желания с тобой разговаривать, так что на мои вопросы ты ответишь чуть позже.
Три конвульсии, и вот уже заблокированная душа мага-отступника в камне-накопителе жезла, его сердце у меня в руке, а его бездыханное тело у моих ног. Чудно!
А теперь последняя из оставшихся в живых.
– Ну что, говорить будешь? Или тебя сразу убить?
Подойдя к распятой женщине, чуть наклонила голову. Симпатичная… но сразу видно, что вся она опутана мерзкой силой проклятых. Смертница, без вариантов. Впрочем, еще пару часиков она может на меня поработать. Смерив магичку внимательным взглядом и не обращая внимания, с каким первобытным ужасом она смотрит на сердце своего хозяина, зажатое в моей руке, я наложила на нее подчиняющее заклинание, заживила раны, а затем, выяснив, что в доме больше никого, отправила ее собирать для меня все то, что может мне пригодиться: амулеты, зелья, книги, артефакты.
Да, я намеревалась спалить эту лавочку – очистительный огонь подойдет лучше всего и освободит это место от всех темных эманаций, которые скопились здесь не за один год.
Пока магичка собирала все необходимое, я, в первую очередь спалив зараженное сердце, направилась к парню, который смутил меня странной вязью подчиняющих пут. Ага, магический донор. В общем, можно сказать, я оказала ему услугу – мозги ему уже давным-давно сплавили, так что он был практически зомби, лишь немного живым, и только из-за того, что в нем было море силы, которой, не стесняясь, пользовался маг.