Вираж бытия
Шрифт:
– Да уж… – покачал головой Михаил Васильевич. И пододвинул Федорову картонную папку на завязках.
– Что это?
– Опытный образец самозарядного карабина, который вам нужно будет изготовить.
Владимир Григорьевич стал просматривать техническое задание, тактико-технические требования, различные эскизы и схемы. А Фрунзе – говорить, поясняя задание…
Ситуация в стране была аховой.
Армии требовалось много стрелкового оружия. Дешевого и как можно скорее. В принципе можно было попытаться реанимировать выпуск «трехлинеек», как это и случилось в оригинальной истории. Но был нюанс.
При достаточно
Можно начать готовить рабочих. Но это не быстро. Рабочие подходящей квалификации растут годами. Из-за чего, кстати, в 1920-1930-е года на ее производстве имелся сильный брак. После начала Великой Отечественной войны с этим вопросом пытались что-то сделать на Ижевском заводе. Но у них ничего толком не вышло.
Иными словами – запустить-то реанимацию массового производства «трехлинейки» можно. Только толку? Раньше 1930–1932 более-менее нормальный объем производства не получить. А требовалось как можно скорее. Много, быстро и дешево. И, в принципе, сошел бы даже эрзац.
Обдумывая этот вопрос Фрунзе попытался вспомнить подходящие конструкции. Исключив, понятное дело, пистолеты-пулеметы. И ему в голову пришел Volkssturmgewehr VG1-5.
Этот самозарядный карабин немцы разработали в самом конце 1944 года. А потом производили в условиях полной катастрофы с января по мая 1945 года. Выпустив около десяти тысяч штук.
Квалифицированных рабочих у Третьего Рейха к тому времени уже не имелось. Все были на фронте либо занимались чем-то более важным. Теми же самолетами, ракетами и так далее. На производстве трудились кто придется и как придется. В условиях непрерывных бомбежек, голода, холода и прочих прелестей. Материалов всяких был дефицит. Ну и так далее.
И вот в таких условиях они не только запустили новый образец оружия, но и как-то его выпускали. Сделав за пять месяцев около десяти тысяч «стволов». И неплохих стволов. Даже спустя более семидесяти лет его образцы вполне годно стреляли [22] .
22
Здесь автор ссылается на серию видео Forgotten weapons о данном «стволе».
Да, сделанные тяп ляп.
Да, грубые.
Да… но они работали.
И что важно – по количеству фрезеровальных и токарных работ они были копеечные.
Ствол. Кусок трубы для кожуха. Пружина. Брусок затвора намертво закрепленный в кожухе. Спусковой механизм. И сменный магазин под тот самый немецкий 7.92х33 Kurtz – первый серийный промежуточный патрон. Ствольная коробка не нагруженная, собиралась из листовой штамповки и точечной сварки. Все формы простые, кондовые, дубовые. Разве что спусковой механизм несколько хтоничен. Но его Федоров и сам сделает, «слепив» что-нибудь простенькое.
Вся фишка оружия была в том, что автоматика действовала по принципу полусвободного затвора с газовым торможением. Звучит несколько нагромождено. Но на деле это был простой свободный затвор с подпружиненным ударником
Да, для автоматической стрельбы такая система не годилась. А вот для самозарядной – вполне.
И главное – это дешево.
Это получалось ОЧЕНЬ дешево. И крайне просто. Разве что точечную электросварку придется освоить. Не выдумывать или сочинять, а освоить, на данном конкретном производстве, потому что она уже существовала и даже кое-где применялась.
По материалам какие-то особые требования были только к собственно стволу и небольшому бруску затвора. Все остальное – дешевая конструкционная сталь.
Красота?
Более чем.
По цене одной «трехлинейки» можно было получить три-четыре, а то и больше таких «агрегатов». А если отработать производство – то и подавно – печь как горячие пирожки.
Потом, конечно, можно будет заняться разработкой чего-то более серьезного и стоящего. Но в рывке эта конструкция показалась Фрунзе крайне перспективной и уместной. И он ее постарался как можно точнее описать в ТЗ, ТТТ и эскизах да схемах.
Понятное дело, конструкцию он взял не один в один. Чертежей и образца у него под рукой не имелось. Да и воспроизвести все по памяти он не мог. Он лишь обозначив «контуры» оружия, добавить в него кое-что полезное. Прежде всего пистолетную рукоять, нормальные прицельные приспособления и удобный предохранитель. Хотел и трубчатый приклад с регулировкой длины запихнуть, но отмахнулся. Не до него. Сейчас главное – количество «стволов».
– Любопытно, – подвел итог Федоров, отложив последний лист.
– Справитесь?
– Чего не справится? – улыбнулся он. – Чей это проект?
– Ваш, если вы все сделаете быстро и в срок.
– Я не могу взять и присвоить чужую разработку.
– Это – не разработка. Это – наброски. Идея иными словами. А она без практической реализации не более чем пустая болтовня. Вот реализуете идею – будет разработка. Ваша разработка. Ведь это все нужно рассчитать, изготовить и проверить. А от ударно-спускового механизма так и вообще – только муть серая. В конце концов мы все стоим на плечах гигантов. И не вы ли говорили, что винтовка Арисака очень рационально и здраво сконструирована, взяв от разных систем самое разумное?
– Я.
– Вот и тут. Берите и работайте. Главное – быстро. Сроки – это прям беда. Оружия нужно много уже вчера.
– Под какой патрон его делать?
– 6,5х50 Арисака, как я понимаю, мало пригоден?
– Ну почему же? Если делать магазин однорядным, то вполне.
– Однорядный не пойдет. Хм. Да и этот патрон уже не производится. Так ведь?
– Увы.
– Ну… попробуйте взять итальянский 6,5х52 Манлихер-Каркано или шведский 6,5х55 [23] .
23
Несмотря на то, что у патронов 6,5х50 Арисака, 6,5х52 Манлихер-Каркано и 6,5х55 Маузер размер гильзы несколько отличался, дульная энергия пуль плюс-минус у них была одинаковая – в районе 2,5 кДж, что примерно соответствовало промежуточному патрону. У 7,92х33 Kurtz она была в районе 1,85-1,9 кДж, у 7,62х39 – 2,05-2,15 кДж. Нормальные винтовочные патроны давали свыше 3,5 кДж.