Вирши

Полоцкий Симеон

ПЛАЧЬ ВТОРЫЙ НА ДЕСЯТЬ ЦЕРКВЕ РАТУЮЩИЯ

Аз есмь девица в солнце облеченна, от Богослова иногда виденна [437] . Дванадесят звезд в моем венце бяху, честную главу мою украшаху: луна под ноги мои положися, вселенная бо вся мне подчинися. Но сих во чреве безмерно болящи, и, родих сына, неменше стенящи. Не то ми болезнь: много горша бяше, якой змий чермный сына похищаше, Обаче Богом от него спасеся, ибо к престолу его вознесеся. Тем печаль моя весма утолися и радостию болезнь возмездися. Но ныне паки начах аз болети, даде бо ми Бог дщерь благу имети. А смерть лютая ону похитила и в темном гробе, увы, заключила. Похитила Марию-царицу, едину ока моего зеницу. Зеница моя прахом потрясенна смертным, како аз буду просвещенна? Слезы прах родит, а не просвещает, утроба моя убо да ридает. Увы мне, увы, в болезни родихся, болезни плача не освободихся! Всякия скорби за цель мя приемлют, от язв стрел смертных мнози уди тлеют. Болезнь и печаль о мне совещаша и всяку беду на мене призваша. Чюждии гонят, чада гризют чрево, яко червь, в нем же родися есть древо. Як Авесолом отца си гоняше, тако не един на мя сын восташе [438] . Но Бог даяше и добрая чада, ими же души моей бе

отрада. Все в кратких летех елицы сынове, терзаша мое чрево, яко лвове. Единство мое в части раздираху, нешвенну ризу Христову терзаху. Бог же даде ми чада преблагая, супруг царствующ — очеса драгая. Сия очеса на то не дремаша, царь и царица везде соглядаша. Наблюдше злая порочная чада, изгнаша злых зле из Сиона града [439] . От тех едино испаде днесь око, и закопася во земли глубоко. Смерть извлече е из главы моея, да не к тому зрит, к одных сетей ея. Кто зрит часть око быти прекончавшу, той знает болезнь мою величайшу. Ни ся удивит толь мене ридати, весть, яко несть леть слезми удержати. Мнози доселе врази на мя восташа, но не толико мене уязвиша яко смерть ныне косою своею, свет исхитивши, очию моею. Сие то око бедных насмотряше, болныя уды моя оглядаше. Виде странныя иноземцы, виде, откуду ли кто милостини прийде. Сие то око абие до неба, егда помощи телу бе потреба. Сие слезами своими можаше все умолити, что ми требе бяше. Днесь, увы, зайде во деки земна гроба, како терпети может утроба? То нам утеха ничто может дати, яко з божией добре благодати. Отиде в путь той, во страну далеку, яко приличну верну человеку. Вся священная, приимши по чину, пойде чрез смертну ко Богу пучину. Чаю, доплыве пристанища блага, без препятия от темнаго зрака. Вем, он не може нимало вредити, разве некия страхи сотворити. Ибо преблаго вооружися и напутием святым укрепися. Верую, яко та моя зеница светла пред Богом яко же денница. Око пред оком стоит божественным, вся во зерцале зрит преестественным. Зде коллирием святым помастися, непщую, прахом смертным не вредися. Оставшим той прах очи повреждает, ибо земныя слезы вытаскает. Нам то убыток во гробе Мария, уже не видим в полатах живыя. Жива в полатах, но зело высоко, идеже земных не достигнет око; царица в царских полатах на небе, вечная убо буди памят тебе! Аще никогда же могут я забыта, дондеже Волга в море может плыти. Слезами жалость хощу утоляти, тебе при жертвах святых вспоминати <...>

437

Аз есмь девица в солнце облеченна, от Богослова иногда виденна...— описывается аллегория церкви, представленная в видении евангелиста Иоанна Богослова в «Апокалипсисе» (Откровение св. Иоанна Богослова, XII, 1—4). Образ христианской церкви является в то же время и образом Богородицы девы Марии.

438

Як Авесолом отца си гоняше, тако не един на мя сын восташе...— имеется в виду Авессалом, сын израильского царя Давида. Стремясь отомстить за поруганную честь сестры Фамари, он убил старшего брата Амнона и восстал против отца (2 книга Царств, XV, 11—37).

439

Наблюдше злая порочная чада, изгнаша злых зле из Сиона града...— видимо, здесь подразумеваются раскольники, которые были отлучены от официальной православной церкви.

ЕПИТАФИОН ЦАРЕВНЕ ЕВДОКИИ МЕНШОЙ [440]

1

Из тмы чрева в чрево древа положенна, но крещенна. В земли чрева аз из древа положенна, заключенна Евдокия, есмь Мария мене роди, себе вреди. Помне вскоре в смертном дворе положися, в гроб вселися жена царска, государска.

2

Аз Евдокия, дщерь Алексия, царя преславна, вселенней явна. Утре процветох, на вечер иссох. Едва родихся, в землю вселихся. Богу причтенна, яко крещенна.

3

Аз бех Евдокия, роди мя Мария. Увидех свет, увядох, яко цвет. От царей рожденна, в гроб сей водворенна.

[4]

Древний мудрцы царя знаменаху, во златом венце сердце прописаху. Зане, что сердце есть телу своему, тожде действует царь царствию всему. О царском паки сердце то вестимо, яко рукою Бога есть держимо. Рука божия вся в нем исправляет, аможе хощет милость обращает. Венец на сердце, победившем страсти и плоть духовней подчинившем власти. То бо царское истинное дело, еже Алексий царь соблюде цело. Едину еще нужда победити, плачь да изволит зелный утолити. В руце Божии печаль не бывает, но в нем утеха вечно пребывает. Аще же сердце жену мощно звати, се царско сердце Бог изволил есть взяти — Марию светлую сиречь царицу, где души правых, во свою десницу. Тако ей венец вечности от Бога, зде венце царю живи лета многа, вся побеждая противныя враги, потом и в небе стяжи себе венец драгий. Умирает да живит.

440

Цикл состоит из 4 разделов.

Стихи посвящены Евдокии — новорожденной дочери царицы Марии Ильиничны, умершей вместе с матерью.

Из сборника «Вертоград многоцветный»

АВЕСОЛОМ [441]

3

Авесолом Давидов сын прекрасен бяше, на всей плоти порока не мала имяше. Власы же главы его, тако лепи бяху, даже я девы златом многим куповаху. Всяк, возревый на него, абие любил есть — дивною красотою Бог его почтил есть. Но в том красном телеси душа скверна бяше: ибо закон Господень зело преступаше. Отца гнал есть и ложе его осквернил есть, перворожденна брата Амнона [442] убил есть.

441

Цикл состоит из 3 стихотворений.

442

Аммон — имеется в виду брат Авесолома Амнон (см. сноску 23 к стихотворению «Френы... о смерти... княгини Марии Ильиничны»).

АДАМ [443]

4

Адам вся чада своя погубил есть — Христос-Господь вся ны исправил есть. Адам на весь род грех един наведе — Христос из грехов многих нас изведе. Адам гнев божий на весь мир нанесе — Христос благодать господню принесе. Адамом смерти есмы припряженни — Христом в жизнь вечну будем возбуждении. Адамом есмы скотом подоблени — Христом с аггелы будем водворени. Адамом древо жизни нам отъяся — Христом небесный хлеб нам даровася. Адамом рая вси есмы лишени — Христом на небо будем возведени.

5

Во Адаме семенно вси людие бяху, едина мужа чресла весь мир содержаху Егда убо падеся Адам, вси падохом, прежде неже рождены с Адамом умрохом за вкушение плода возбраненна древа, иже попаде ему первомати Евва.

443

Цикл состоит из 8 стихотворений.

АЛКИОН [444]

2

Алкион

птенец малы в зиме ся рождает, на брезе моря гнездо свое полагает. Дивный промысл Господень, како не топится? Воды свирепа моря, елма то бурится? Не топится, занеже егда он гнездится и из яйчествив птенцы возпитати тщится, дни четыре на десять тишина бывает, море не волнуется. Бог то устрояет премалых ради птенцев, да не погибают: ты дни корабелницы искуснии знают. И тогда плавание безбедное деют, амо намерение имут, тамо спеют.

444

Цикл состоит из стихотворений. Сюжет стихотворения 2 заимствован из «Физиолога». Алкион (заимствовано из греческого) — древнерусское название птицы зимородок.

АНАФЕМА [445]

3

В некоем граде церковь сотворена бяше, Викентия святаго [446] имя содержаше: в ней врабиев множество велие плодися, их же калом и престол часто осквернися. Епископ с досадою ту пакость терпяше, на стужащыя птенцы анафему даше. Оле силна действия! вси не постояху и вновь приносимии скоро исчезаху, во показ человеком да известно знают, яко словеса клятвы действенна бывают.

4

Велможная госпожа сад некий стяжаше, иже на земли блазей и добр древы бяше, но плодов желаемых не могл есть родити. Она не знающи, что с тем садом творити, древних обитателей вины вопросила; кая бы того вина неплодствия была? Они реша, что древле сад иерейск бяше, иже и анафеме в ревности отдаше: яко юнии службу святу оставляху, а плоды в дни святые тайно в нем хищаху. Госпожа благословну вину разсудила, абие иерея в сад той пригласила, разрешения клятвы у него прошаше. Он же не отрек того, немедленно даше. От того сад времене преплоден явися, о нем же госпожа та велми веселися. Оттуду подобие мощно собирати, яко и человеци тожь имут страдати: от анафемы правы безплодни бывают, ибо ничто достойно жизни содевают. Разве аще от клятвы будут разрешени и благословением Богу примирени.

445

Цикл состоит из 4 стихотворений.

Анафема (греч.) — отречение, проклятие.

446

Викентий святой — монах Ларийского монастыря (V в.) близ Марселя. Прославился своими обличениями еретиков-несториан, отрицавших божественную природу Христа.

АПОСТОЛИ [447]

1

Челюсть осла мертваго Сампсон похитил есть, Филистынов тысящу тою поразил есть [448] . Христос мертвыя миру трудники прияше и теми лесть идолску во мире попраше.

4

В избрании апостол мудрость показал есть Христос яко нищыя люди в мир послал есть, ведя бо яко, аще избрал бы велики, славныя и мудрыя на то человеки, всяко бы гордостию были напыщени и от начинания добраго сведени. Аще бы советника изволил избрати, рекл бы он: «чести моей должно тобе дати». Богатый паки рекл бы: «за богатство мое избран на достоинство есмь апостолское». Аще бы царь был избран, могл бы глаголати: «крепость мою изволил Христос-Бог избрати». Философ могл бы рещи: «аз за мудрость мою украшен почестию есмь апостолскою». Ритор рекл бы: «за красно аз глаголание имам во апостолску службу избрание». Нищым, буим и худым сице глаголати не леть есть. Тем же Бог я изволи послати: «Рыбарие, идите, мрежы запущайте в море мира: словесны рыбы уловляйте!»

447

Цикл состоит из 9 стихотворений.

Апостолы — согласно Новому Завету, двенадцать учеников Христа.

448

Челюсть осла мертваго Сампсон похитил есть, Филистынов тысящу тою поразил есть...— библейский образ Самсона (церковнослав. форма — Сампсон), ослиной челюстью убившего тысячу воинов-филистимлян (Книга Судей, XV, 1 —16), здесь используется как символ победы Иисуса Христа над силою дьявола.

АРИАНИН [449]

Феодорику, кралю Африки [450] , раб бяше, его же он советов усердно слушаше. Бе же той правоверный родом христианин, краль паки ересию бяше арианин. Прелстився раб той, хоте кралю угодити, потщася в арианску ересь приступити. Краль то уведев, суди онаго казнити, яко дерзнул есть Богу веру изменити. Рекл: «аще бо им Богу вера измененна, мне, человеку, како будет сохраненна?» Не бояйся муж Бога, краля боится, тем же преострым скоро мечем да казнится. И тако окаянный Бога удалися и кралевы милости с животом лишися.

449

Ариане — представители крупнейшего еретического движения в IV веке, последователи учения александрийского священника Ария.

450

Феодорик краль Африки...— имеется в виду Теодорих I Великий, король остготов (454—526).

БЕЗМЕСТИЕ [451]

1

Отрок некто Александр Ликургу [452] мудрому избил бе жезлом око, за что он самому предан бысть, да казнит и якоже сам знаше, но он ни мало тому злаго содеяше. Паче же учением в дому си наставил, безместия благ образ по себе оставил.

3

Кикерон Иулия кесаря блажаше [453] , яко паче всяческих обид забываше. На нь же некто книжицу хулну написал есть, он, не мстив,— на вечерю к себе и призвал есть.

4

Августа некто главы кесаря искаше, еже убити его изветом желаше: Кинна бе имя врагу [454] . Кесарь не отмстил есть, но между советники честными вместил есть.

451

Цикл состоит из 5 стихотворений.

452

Александр Ликург — легендарный законодатель древней Спарты. В предисловии к первым книгам «Царств» Франциск Скорина называет имя царя Ликурга в числе тех, кому история приписывала составление законов в странах классической древности.

453

Кикерон Иулия кесаря блажаше...— Марк Тулий Цицерон, выдающийся оратор, адвокат, писатель и политический деятель Древнего Рима (106—43 гг. до н. э.), прославлявший в своих речах Юлия Цезаря.

454

Кинна бе имя врагу...— сюжет заимствован из «Римских деяний». Л. Корнелий Цинна — сын консула, родственник и политический противник Цезаря, однако в убийстве последнего (в 44 г. до н. э.) не участвовал.

БЕСЕДА [455]

4

Хотяй с Богом беседу присную держати, да молится и книги да тщится читати, Ибо, когда молимся, и глагол наш есть к Богу, егда чтем, Господь творит к нам беседу многу. Блага убо премена сих делес бывает, егда кто и молится, и книги читает.

БЛАГО

Блага вещь, аще вся цела бывает. Худа же, аще и мал вред являет.

455

Цикл состоит из 5 стихотворений.