Виртуалка

Шолох Юлия

Так и получилось, что на территории клана Элли имелась некая подземная лаборатория. Даже ходили слухи, что именно тут было изобретено это уникальное противозачаточное средство, которое вообще не совсем понятно, что такое. Говорят, что это вроде некоего вещества, которое распылили по всему миру и которое при попадании в тело женщины навсегда его изменило, как и тела всех её потомков.

Ну, в это Элли никогда особо не верила. Больше верила в изменение ДНК. Но по большому счёту это неважно.

И вот, когда они достаточно подросли

и стали слишком сильно интересоваться старой лабораторией, взрослые собрали их и рассказали, почему туда опасно ходить. Во-первых, она была опечатана, потому что внутри произошёл выброс каких-то ядовитых химических веществ. Им показали вырезки со съёмками тех людей, которые сумели выбраться из лаборатории после аварии. Все обожжённые, в язвах, почти все эти люди погибли. Так вот предположительно в лаборатории до сих пор осталась высокая концентрация ядовитых веществ. Кроме того, там было много своеобразных ловушек, которые должны были оберегать данные от тех, кто хотел их украсть. Часть этих ловушек до сих пор работает и без особого пропуска по лаборатории перемещаться опасно для жизни. И ещё говорили, что там расплодились лабораторные животные… какие-то непонятные, то ли обезьяны, то ли крысы, и они мутировали и тоже опасны.

В общем, в то время взрослые смогли убедить Элли, что лезть в старую лабораторию нет смысла. Конечно, не потому, что там нет ничего интересного, а потому что она поняла, что лезть туда стоит только хорошенько подготовившись — найдя костюмы химзащиты, сканеры и какое-нибудь оружие, которым можно защититься от мутантов. Кстати, в существовании этих самых мутантов Элли очень даже сомневалась. А вот в химическое загрязнение верила. Вряд ли бы кто стал снимать такое жуткое кино только чтобы напугать нескольких подростков.

Ну да ладно, чего уж теперь.

— Так что, Лещ? — Повторила Элли. — Хочешь в старую лабораторию?

— Кто же не хочет? — Тот расплылся в улыбке.

— Ну, это понятно. — Сказала Мурена. — Понятно, что все хотели бы посмотреть. Предположим, мы проберёмся внутрь. Я тоже не думаю, что это сложно. Может мы даже найдём рабочую оболочку и она будет безопасна. Но как мы там выживем? Про химическое заражение слышали?

— Вот-вот. — Мрачно пробормотала Барракуда.

Элли глубоко вздохнула и заговорила с железобетонной решимостью.

— Конечно, я всё это знаю. Для этого дела нам нужны костюмы, сканеры и оружие. Нас четверо… — Она обежала всех глазами. — Если закупать всё нужное, на четверых — это будет около четырёх тысяч токинов.

— Четыре тысячи? — Воскликнул Лещ. — Но где мы возьмём такие деньги?

— Я продам доску.

Ну вот она и сказала.

И снова изумлённая тишина. Такими темпами она их до смерти рано или поздно удивит.

На неё смотрели, вытаращив глаза и молчали. Потом Мурена поморщилась, будто ей было больно и отвела взгляд. Остальные поступили так же.

— Ты продашь свою доску? — Переспросила Барракуда.

—

Не заставляй меня повторять!

У Элли было такое ощущение, что она собственного ребёнка собирается продать. Но всё уже решено, другого выхода нет.

— Но если ты продашь доску, то… то получается… получается… — Барракуда запуталась и замолчала.

— То получается, что Элли настроена очень даже решительно. — Закончила за неё Мурена.

— Ты готова поставить на эту игру всё? — Ошеломлённо переспросил Лещ.

— Да.

— Но почему? — Не унималась Барракуда. — Зачем именно в эту игру? Если тебе хочется куда-то деть такие деньги, лучше, ну, не знаю, лучше слетать на очередной сбор игроков! Завести там знакомства! Всем показаться!

Элли закатила глаза.

— И что нам это даст? Ну прилетим мы, ну увидят нас все… а кто мы такие? Да никто! Какая-то команда, которая ничего не достигла, ничем не выделилась. Ну и?

— Да что ну и? Личные знакомства! Ты не понимаешь, что такое личные знакомства? — Горячилась Барракуда.

— И что это такое?

— Ты забыла, что большая часть игроков — парни и мужчины?

— О, начинается. — Пробормотала Элли и закатила глаза повторно. Барракуду, однако, таким выражением лица не проймёшь.

— И ты не начинай! Это самый простой для нас вариант! Построила глазки, поулыбалась, выпила бокальчик вина, пожаловалась на тяжёлую жизнь — вуаля, тебя взяли в большую игру!

— Да это… это фигня какая-то! — Рассердилась Элли. — Буду я всяким мудилам улыбаться, чтобы в игру взяли!

— А что тут такого? Поулыбалась — и всё! Я же не говорю, что с ними надо спать! Наоборот, спать нельзя. А то получат, чего хотят — и кинут.

— Короче, опять эти разговоры! Не вариант. — Отрезала Элли.

— Давайте голосовать. — Упрямилась Барракуда.

Элли захохотала.

— Ну, давайте. Лещ, ты согласен ехать на встречу и кого-нибудь там кадрить?

— Я?

— Не, ну а что? Все так все.

— Да не трогай ты Леща! — Воскликнула Барракуда. — И не делай вид, будто не понимаешь! Нас трое. Трое! — Она поочерёдно показала на себя, Элли и Мурену. — Мы красивые! На любой вкус. Да я сто процентов даю, что мы сможем найти себе нужную игру с хорошим выигрышем. Да как же ты не понимаешь! Нам даже напрягаться особо не придется. И обманывать не нужно, просто пожаловаться на то, как сильно нам не везёт. К тому же это правда.

Элли очень сильно хотела сказать “нет”. Очень сильно. Но она обещала голосование.

— Лещ, Мурена, мы слушаем ваше мнение. — Сказала Элли, не смотря на них.

Лещ ни за что не скажет, что согласен окучивать кого-то там ради выгоды.

— Я за лабораторию. — Быстро сказал Лещ.

— А он не голосует. — Оборвала Барракуда. — Только мы трое, только девушки.

Лещ прикинул и не стал спорить. А то мало ли чего они от него потребуют в случае, если он начнёт отстаивать свои права.