Виртуальность
Шрифт:
Но это не могло быть случайностью. Этот школьный вальс перечеркнул его судьбу. Давняя боль вновь ожила в его сердце. "Какой я был дурак! Что я наделал!" -- застонал Кадников. Он любил Юлю. И потерял ее, потерял навсегда в этот выпускной вечер.
"Хочешь все изменить? Хочешь, чтобы она осталась с тобой? Я могу предоставить тебе такую возможность", -- отчетливо послышался чей-то голос.
Кадников смотрел на себя самого. Лицо молодого Алексея раскраснелось, глаза блестели от выпитого шампанского. А ведь это было только начало вечера. Потом они с парнями добавят еще. А потом они с Юлей поедут кататься
"Нет! Не надо! Не делай этого!!!" -- хотелось крикнуть Кадникову самому себе, отстоящему от него настоящего на семнадцать лет. Но ничего крикнуть он не смог. Здесь все свершалось по воле того, кто поместил Кадникова в это время, а он не хотел, чтобы прошлое услышало будущее.
Следующая картинка возникла так же неожиданно, как и первая. "Жигули" неслись по загородной дороге. Дорога в этот ранний час была совершенно пуста. Стрелка на шкале спидометра подбиралась к ста километрам в час. Больше старенькая "копейка" выжать не могла. Она гудела и подпрыгивала на дороге. В салоне весело играла музыка. Алексей что-то рассказывал Юлии, она смеялась, как сумасшедшая. Отрываясь от дороги, он бросал на нее быстрые взгляды. Ему казалось, этот волшебный полет и есть настоящее счастье. И знакомый поворот на дороге не показался ему крутым. Он даже не сбросил скорость. Через минуту все вокруг закрутилось бешеным волчком. Машина не вписалась в поворот и закувыркалась под уклон. Уклон был крутым, и они пролетели два десятка метров. Алексей очнулся только в больнице. Юля умерла, не приходя в сознание. Потом был суд. Приговор -к трем годам с отсрочкой исполнения. Но кто мог наказать Алексея больше, чем он сам. Эта боль осталась у него на всю жизнь. И уже никого он не любил так, как Юлю.
И вот теперь он оказался за несколько минут до начала тех трагических событий. Он знал, что сейчас шепнет Юле: "Поедем кататься?" Юля согласно кивнет головой. Потом друг Славка отзовет его в коридор. Там ребята предложат выпить. А потом они с Юлей сядут в машину...
Танцующая пара приблизилась. Алексей вспомнил свой бежевый костюм. Он видел потом этот костюм в больнице. Костюм был залит кровью, как и новенький аттестат, лежащий в его кармане.
"Я должен это остановить. Почему этот молодой дурак не слышит меня?"
"Остановись! Никуда не езди!" -- крикнул Кадников в надежде, что молодой паренек в бежевом костюме услышит себя самого. Молодой Алексей Кадников рассеянно оглянулся по сторонам. Ему показалось, что что-то пронеслось в воздухе. Кадников помнил этот момент. Это наваждение длилось всего секунду. Затем все вернулось в ритмичное движение вальса.
Послышался голос, что привел его сюда: "Мой друг, ты поторопился. Ты ничего не сможешь изменить, пока того не захочу я. Если хочешь убедиться, я дам тебе такую возможность. Только попроси меня об этом".
"Прошу дай мне эту возможность", -- попросил Алексей.
"Дерзай, мой юный друг. Ведь "опыт сын ошибок трудных..." -- с сожалением произнес голос.
Кадников близко увидел свои глаза. Черный зрачок надвинулся на него, и он очутился в теле молодого Алексея. Его руки обнимали Юлю за талию. Он почувствовал шелк и теплоту ее тела. Забытые ощущения всколыхнулись в памяти. Он вновь был юным выпускником и танцевал с любимой
"Юля, поедем кататься на машине!"
"У тебя есть машина?"
"Папина машина. Но ночью нас никто не остановит".
"Поедем", -- просто согласилась Юля.
Нет! Он никогда не скажет этого. Кадников запустил руку в карман и незаметно вытащил брелок с ключами. "Выброшу ключи. Здесь их никто не найдет". Кто-то тронул его за плечо. Алексей обернулся. За спиной стоял Славка, друг детства.
"Леха, извини. Пацаны уже собрались", -- виновато улыбнулся Славка. Он нагнулся и поднял с пола ключи от машины.
"Это не ты потерял?"
"Ой, какой медвежонок!" -- воскликнула Юля.
"Юля, я сейчас", -- Алексей отвел Славу в сторону.
"Ты чего?" -- удивился Славка, -- Пацаны уже все приготовили..."
Славка покосился на учителей и членов родительского комитета. Алкоголь на выпускном вечере был запрещен.
"Слава, отдай ключи. Я никуда не пойду".
"Почему, Леха?"
"Потому, Слава".
"Ну ладно", -- Слава разочарованно протянул ключи и пошел к одноклассникам. Со Славой они потеряли друг друга из виду через семь лет после окончания школы.
Алексей вернулся к Юле. Он был доволен. Он смог победить того упрямого пацана, который сопротивлялся внутри него. Но как ему самому хотелось прокатиться с Юлей!
Верхний свет погасили. Началась дискотека. По залу носились разноцветные лучи прожекторов.
"Потанцуем еще?" -- спросила Юля.
Кадников вдруг почувствовал, что ему не хватает воздуха. Школьный зал показался тесным. Вокруг под ритмы 80-х отплясывали три выпускных класса.
"Пойдем лучше погуляем", -- предложил Алексей.
Они вышли на улицу. Стояла теплая июньская ночь. На небе блестели звезды. Легкий ветерок шумел в кронах деревьев, росших в школьном саду. Алексей с удовольствием вдохнул свежего воздуха. На подъездной дорожке одиноко стояла "копейка" его отца.
"Я не пьян. Значит, могу ехать", -- подумал Алексей.
Они с Юлей стояли, взявшись за руки, на высоком крыльце школы. Розовой полосой на востоке для них начинался рассвет новой жизни. Жизни взрослой и неизведанной. Воздух свободы вскружил голову, и, не помня себя, Алексей предложил:
"Юля, поедем кататься на машине!"
"У тебя есть машина?"
"Папина машина. Но ночью нас никто не остановит".
"Поедем", -- просто согласилась Юля.
Они спустились с крыльца. Алексей приобнял Юлю за талию, открывая дверцу автомобиля. Она не отстранилась. "Все будет хорошо. Я не стал пить со Славкой и друзьями. Я не пьяный", -- подумал Алексей, садясь за руль. Он включил магнитофон. Заиграл популярный тогда "Модерн Токинг". Машина плавно двинулась по дороге, обсаженной высокими тополями. Юля смотрела перед собой, иногда бросая восхищенные взгляды на Алексея. Они были счастливы, хотя и не говорили слов.