Виртуальность
Шрифт:
— Ну и с кем будем воевать? Мертвая тишина, хуже, чем на кладбище. Да еще воняет! И как это боты могут вонять? — сморщился Дред.
Лева поднялся на первый пролет лестницы. Здесь была круглая смотровая площадка с большими окнами. С нее открывался удивительный вид на город с серыми громадами домов под свинцовым безрадостным небом. Лева окликнул остальных.
— Неужели это наша модель Питера? — удивился Дред, вглядываясь в незнакомые очертания домов и улиц.
— Да, когда-то это был наш город. Но вы только посмотрите, во что его
Как и в предыдущих реальностях к городу сбегала широкая лестница, изредка задерживаясь на террасах, обнесенных невысокими парапетами. Но город, лежащий внизу, не походил ни на Друккарг, ни на Питер. Неожиданно Лева ударил прикладом бластера в большое панорамное стекло. Но стекло обмануло Леву. Вместо стеклянного звона оно просто исчезло. Лева перешагнул низкий порожек и вышел на террасу, опоясывающую замок. Все последовали за ним. В покинутом замке делать было нечего.
Лева и Новик побывали в Друккарге, все остальные в виртуальном Петербурге, поэтому им было с чем сравнить этот внезапно возникший в виаре город.
Они шли вдоль стен высоких домов, ослепших без окон. Улицы города были прямые, словно протянутые по прямоугольной сетке. Над головой в узких коридорах улиц проглядывало серое небо. В стиле строений господствовал конструктивизм. Но иногда среди кубических нагромождений возносились стрелы готических замков и четырехугольные ступенчатые башни, напоминающие вавилонские зиккураты. Улицы были закатаны в камень и вулканическое стекло. На них не было ни травинки, ни деревца. На перекрестках и площадях встречались скульптуры, похожие на творения абстракционистов. Чаще всего это были пирамиды, скатанные из круглых валунов, но попадались и некие мегалитические сооружения, сложенные из черных квадратных блоков.
— Апофеоз войны, — сказал Лева, остановившись возле одной из булыжных пирамид.
— Почему? — не понял Скарж.
— Напоминает картину Верещагина «Апофеоз войны». Эти круглые камни, как черепа, сложенные в пирамиду. Только ворон на верху не хватает.
— Это даже не Друккарг. Над этим городом основательно поработали, — заметил Новик.
— Мне кажется, это даже хуже. Если Друккарг кривое отражение Петербурга, так этот город как бы изнанка Друккарга. Еще одна ступень вниз, — сказал Лева.
— Вы совсем впали в мистику. Просто это еще одна сцена из миров «Забытой реальности», — сказал Класс.
— Не нравится мне здесь. Что за существа могут обитать в таком городе?
— Да и замок как-то подозрительно вымер. Мертвая какая-то тишина, нездоровая, — сказал Дред.
— Куда пойдем? И что мы, вообще, тут делаем? — Скарж задал вопрос, который, наверное, беспокоил всех.
— Вам не кажется, что замок перестал быть главным местом действия, и мы сейчас находимся в декорациях еще не начавшегося представления? Сейчас на арену выскочат местные боты, и пойдет веселая потеха! — сказал Лева.
— У тебя, Лева, всегда самые мрачные прогнозы. Хоть бы раз
— Такова наша жизнь, мон ами, и мы в ней не хозяева.
Они двинулись по улице, ведущей к Свинцовой реке. Но каналов и мостов в этом городе не было и в помине. До самой набережной лежала ровная дорога, покрытая слоем растекшегося базальта.
— Посетим местную достопримечательность? — Класс остановился возле одного из зиккуратов и посмотрел на его сужающийся террасный верх. В башне виднелся арочный вход, к нему вела лестница с золотыми перилами.
— Я вот думаю, зачем он построил все это? Каково место этого города? Замена ли это взбунтовавшемуся Друккаргу или будущее нашего Питера? — вслух размышлял Лева.
— Странно, но это единственное здание с входом, которое мы встретили в этом городе. Такое впечатление, что нас там ждут, — предположил Скарж.
— Раз ждут, нужно идти. Иначе, просто протолчемся тут да так и уйдем, не солоно нахлебавши, — сказал Класс.
— Я тоже думаю, это не просто так. Нас не отпустят отсюда, пока не отымеют, — заметил Новик.
Тестеры поднялись по лестнице и вошли в зиккурат. Они оказались на высокой галерее, вознесенной над темным залом размерами с футбольное поле. Зиккурат изнутри оказался значительно больше, чем выглядел снаружи. На стенах горели факелы. Цепочка огней опоясывала зал, очерчивая его границы. В центре зала высился величественный монумент. На постаменте, опираясь на длинный двуручный меч, стоял рыцарь, облаченный в доспехи и рогатый шлем с поднятым забралом. За спиной у рыцаря топорщились широкие крылья. Свет, падающий снизу, путался в козлиной бороде, натыкался на длинный нос и терялся во впадинах глазниц, придавая каменному лицу рыцаря выражение надменной гордости и превосходства. Красной причудливой вязью на постаменте горела надпись: «Бафомет».
— Знаете, кто такой Бафомет? — спросил Лева. — Это самый молодой из демонов. Последнее отражение Гагтунгра в сознании нашего мира. Бафомет появился в средние века. Святая инквизиция заставила тамплиеров признаться, что те поклонялись демону по имени Бафомету. Так что перед нами продукт усилий святой инквизиции и католической церкви.
— Значит, мы в храме этого Бафомета. Вам не кажется, что сейчас сюда прилетят демоны и начнется жаркая схватка? — спросил Скарж.
— Пусть идут! Мы им покажем! — Дред выставил перед собой бластерную пушку.
— Не думаю, что время может сдвинуться, пока мы здесь. А демоны вне времени существовать не могут. Остается понять, в чем смысл нашего присутствия тут, — сказал Класс.
Новик перегнулся через перила. В храме было темно и пусто. Пол был выложен черной квадратной плиткой с ярко-красной светящейся сетью швов.
Класс молча направился к лестнице, ведущей в зал.
— Ты куда? — окликнул его Новик.
— Хочу взглянуть на статую поближе. Не зря же мы пришли сюда, — ответил Класс.