Вирус «Reamde»
Шрифт:
Инстинкт говорил: сейчас надо упасть, – что, впрочем, происходило само собой: щиколотка была серьезно подвернута, и первые сигналы боли уже поступали от нее в мозг. Ричард убрал левую руку с цевья, развернул дуло вверх и плюхнулся на задницу, еле-еле успев смягчить падение рукой.
Тут он поднял глаза и с расстояния в десять футов увидел Джахандара, целящегося в него через просвет между корнями.
Ричард, еще не оправившись от падения, не успевал развернуть помповик, поэтому просто упал на спину и перекатился вбок. Человек помоложе на более ровном месте тут же вскочил бы и открыл огонь, но Ричард на середине маневра запутался в корнях и теперь оказался в худшем из возможных положений: он должен был стоять
Ричард вскочил, прицелился точно в центр тяжести Джахандара и выстрелил. Тут под его весом щиколотка подломилась, и он рухнул на сплетение корней, глазом на обломанный корешок. Руки непроизвольно взметнулись, ружье выпало. Ричард услышал собственный вскрик.
В наступившей тишине очень близко раздались легкие шаги. Ричард глянул единственным зрячим глазом и ничего не увидел, кроме шевеления веток. Ружье, лежавшее у него на коленях, скользнуло вбок как будто само по себе.
Цянь Юйся дернула цевье. Резко. Стреляная гильза вылетела и ударила Ричарда по голове. Юйся дослала патрон и уперла приклад в плечо. Кто-то захлебывающимся голосом крикнул: «Аллах акбар!» – но последний слог утонул в грохоте выстрела.
– Отлично, – произнес голос Шеймуса. – Только в другой раз не стой к нему так близко. Я чуть было тебя не уложил.
– Мечтай дальше, – ответила Цянь Юйся.
Избавившись от Зулы и Оливии, Соколов почувствовал огромное облегчение. Разумеется, он никогда, даже намеком, не показал бы этим замечательным девушкам, что ему без них проще. Обе они в критических ситуациях хладнокровнее девятисот девяноста девяти женщин из тысячи, лучшие спутницы из возможных. Однако рядом с ними он вынужден отвлекаться на заботы о нуждах слабого пола, отвечать на вопросы, следить, чтобы девушек не убили. В иных обстоятельствах это было бы незначительной платой за такое приятное общество, но сейчас следовало сосредоточиться на другом.
Он видел, что местность здесь в целом афганская. Моджахеды должны чувствовать себя как дома: они инстинктивно понимают, куда двигаться, где прятаться. Соколов, конечно, служил в Афгане, но это было давно, с тех пор ему приходилось действовать исключительно в городской обстановке. Преимущество Джонса.
Моджахедов много, Соколов один. Соколов не знал, до какой степени эти люди способны организоваться и дать бой. Ясно, что родственники Зулы хорошо вооружены и стреляют метко. Однако в подготовке новобранцев учебные стрельбы дело десятое – основное время уходит на тренировку других, куда более существенных навыков. Даже если все они выйдут из бункеров, вооруженные штурмовыми винтовками и дорогущими ножами, вреда от них будет больше, чем пользы. У Соколова нет с ними связи. Они запросто могут его подстрелить, приняв за врага. Возможно, скоро за ним будет охотиться не одна, а две группы вооруженных людей. Преимущество Джонса.
Соколов действует в одиночку. И это хорошо, потому что ни с кем не нужно координироваться. Никаких накладок со связью. Годится любое, даже самое маленькое, укрытие. Главное – не подпустить противника близко и не дать себя окружить.
Итак, не дать себя окружить – задача номер один. Внезапное появление Зулы заставило его выдать свою позицию, иначе
Оливия со слов Зулы рассказала, что утром отряд Джонса состоял из девяти человек. Один убит несколько часов назад. Еще по одному только что уложили Зула и Соколов. Осталось шестеро.
Еще деталь: Зула сообщила, что примерно в часе-двух от основной группы идет арьергард неизвестной численности. Возможно, всего два человека. Но один из них снайпер.
Кстати, существенно, есть ли снайперские винтовки у боевиков внизу. В перестрелке с противниками, скрытыми в лесу и палящими из разных точек, трудно точно определить, какого оружия сколько. По звуку было очевидно, что у большинства – автоматы или штурмовые винтовки. Однако в таком грохоте снайперскую болтовку недолго и пропустить. Возможно, в рюкзаках у них сменные прицелы и прямо сейчас боевики устанавливают на свое оружие более мощную оптику. У Соколова отличная дорогая винтовка с очень приличной оптикой, но патроны и ствол накладывают ограничение на дальность. Против снайпера с действительно дальнобойным оружием он будет бессилен.
Оливия оставила ему спальник, еду и воду, так что Соколов устроился с комфортом, решительно угрожавшим его жизни, – очень не хотелось уходить с этой позиции. И все-таки уходить надо, потому что она уже известна врагу. В качестве первого шага он отполз туда, где его не могли видеть снизу, и несколько минут потратил на то, чтобы вытащить спальник из нейлонового чехла и затолкать в свою парку. На «голову», которая получилась из плотно набитого капюшона, Соколов надел свои черные очки, а на «шею» завязал шарф. Ему было немного стыдно за такой детский трюк, однако в детстве он читал пропагандистские книжки про сталинградских снайперов и усвоил, что они побеждали противника именно такими простейшими методами. Закончив, он пополз вперед, толкая чучело перед собой, чтобы оно показалось над краем уступа задолго до самого Соколова.
Сейчас пригодилось бы зеркальце, но его не было и оставалось рассчитывать только на слух. Результатом эксперимента стала пальба из, наверное, четырех стволов. Стреляли частыми одиночными выстрелами, не очередями. Иначе говоря, целились. Наверное, наконец подоспел Джонс и навел дисциплину. Одни пули ударяли в камни рядом с чучелом, другие свистели над головой. Соколов закрыл глаза и прислушался, не различит ли характерный звук магазинной винтовки, стреляющей патронами высокой мощности. Чучело под рукой дернулось – пуля попала в «голову», и очки с пластмассовым стуком покатились по склону.
Значит, внизу есть по крайней мере один меткий противник с хорошо пристрелянной штурмовой винтовкой. Однако если у боевиков есть снайперское оружие как таковое, они решили его придержать, что в таких обстоятельствах более чем странно. Зула сказала Оливии, что снайпер есть в арьергарде. Может, болтовка только у него.
А может, фантастически дальнобойный ствол нацелен сейчас на эту самую точку и снайпер, разглядев жалкие ухищрения Соколова в превосходный оптический прицел, просто решил не светиться.
Прихватив только самое нужное на ближайшие часы, Соколов отполз от уступа. Пусть авангард боевиков и состоял из идиотов, дарвиновский отбор их уже устранил, так что остались только умные и осторожные. Вероятно, руководит ими лично Джонс. Они больше не сунутся под пули. Если они очень настойчивы, то попытаются обойти его с флангов и открыть перекрестный огонь, однако на это потребуется полдня – столько времени у них просто нет. Лес тянется на юг до самого… ну, до того места, куда им нужно. Идти между деревьями долго и неудобно, и все равно это лучше, чем когда по тебе стреляют сверху. Итак, Соколов предположил, что они двинутся дальше, оставив кого-нибудь приглядывать за ним, чтобы он не напал на основную группу сзади.