Вирус «Reamde»
Шрифт:
Первым по лестнице поднялся человек в пижаме, обошел комнату, разглядывая все и всех, затем сказал Уоллесу:
– Воллес.
– Соколов, – ответил тот.
Со слов Уоллеса Зула представляла Соколова восьмифутовым великаном с бензопилой, но теперь почти не сомневалась, что тот пришел вообще без оружия. Этот худой жилистый человек больше напоминал баскетболиста-красноармейца, возраст его определялся с трудом – примерно за сорок. У него были рыжеватые с проседью волосы, которые, казалось, как сбрили полгода назад, так с тех пор и не трогали. Он пару дней не брился, но щетина у него росла лишь на подбородке. У Соколова были большие
Видимо, слово означало «чисто» – из лестничного проема возник человек в смокинге, а за ним второй – в футболке и с рулоном полиэтилена. Первый бегло оглядел помещение, особо внимательно – пустой зал, отдал приказ, и помощник ушел обратно вниз.
У Иванова были светлые глаза. Темные волосы, казавшиеся еще темнее от помады, которой он зализывал их назад, открывали мощный круглый лоб. Бледное лицо румянилось от холода. Поверх смокинга на плечах висело черное пальто, отлично подогнанное по фигуре, мягко говоря, коренастой. Однако двигался Иванов проворно; Зула представила, как тот раскидывает соперников на хоккейной площадке, – вероятно, в юности он проделывал такое не раз, чем наверняка до сих пор гордился. В отличие от Соколова на Зулу с Питером Иванов обратил куда больше внимания, а Уоллеса почти не заметил, будто полагая, что тот теперь годен лишь в качестве подставки для спикерфона. Он взглянул на Питера, покачал головой, а подойдя к Зуле, засуетился. Зачем он здесь, какого рода дела явился улаживать – все это не имело никакого значения. К женщинам следовало относиться совершенно иначе. Присутствие одной лишь девушки меняло все. Иванов поцеловал ей ручку, принес извинения за неудобства, несколько раз спросил, не зябко ли «прекрасной африканке» и не желает ли она горячего кофе. Все это проделывалось под многозначительные взгляды в сторону Питера, чьи манеры не шли с его ни в какое сравнение.
Снизу вернулся первый помощник все с той же коробкой полиэтилена, а за ним второй – со строительным степлером. Они встали в лестничном проеме, посмотрели на Иванова – тот мотнул головой в сторону пустого зала – и отправились куда велено, закрыв за собой дверь. Соколов с интересом наблюдал.
Наконец все устроились: Уоллес, Питер и Зула – на диване, напротив них в самом большом кресле – Иванов, за ним, сложив руки за спину, то стоял, то бесшумно расхаживал и поглядывал в окна Соколов.
– Я не понимаю, – начал Иванов. – Вы пишете, у вас посреди Британской Колумбии сломалась машина. При этом с ней все в порядке, а вы, оказывается, в Сиэтле у Питера – у человека, с которым я, к сожалению, не знаком.
Уоллес раскрыл рот, откашлялся и только со второй попытки сумел произнести:
– Сэр, я солгал, так как знал, что не смогу предоставить номера кредитных карт в обещанные сроки. Я предполагал задержку на пару часов и надеялся, что вы не станете возражать.
Иванов поддернул рукав, явив самые громадные часы из всех, какие когда-либо видела Зула.
– Пара – это сколько? Мой английский иногда меня подводит.
– Задержка вышла дольше, чем я ожидал.
– И какова ее причина? Может, нас развел Питер?
Питер вздрогнул. Иванов извинился перед Зулой.
Уже какое-то время из соседнего помещения доносились
– Там делают литл дырочки. Совсем литл. Замазать их очень легко. Понадобится лишь… – Тут он произнес слово по-русски, взглянул на Соколова, но тот пропустил вопрос, поскольку его тоже увлекли, а возможно, и удивили звуки из-за стены. Тогда Иванов посмотрел на картофелеголового великана возле оружейного сейфа. Детина заизвинялся, так как ничем не мог помочь, крикнул что-то в лестничный проем курильщику, стоявшему на посту в гараже. Снизу донеслось:
– Шпаклевка!
– Шпаклевка, – закончил Иванов и развел руками, будто просил прощения.
– Питер здесь ни при чем. Наоборот, он очень старался мне помочь, – сказал Уоллес.
– То есть развел нас не Питер.
– Точно так, сэр.
– Тогда кто? Может, вы, Уоллес?
– Нет. Тут проблема иного рода.
– Правда? Это какого же?
– Технического.
– А! Значит, вы поехали сюда, в этот склад, к мистеру Гению за техподдержкой?
– Да.
– Ну и как – он помог?
– Да. И Зула тоже.
– Ах простите меня, я несправедлив, – покраснел Иванов.
Тишина. Только клацанье степлера за стеной.
– Итак, – поднял бровь Иванов. – Проблема решена?
– Боюсь, нет.
– Что-то не так с файлом? – Тяжелый взгляд на Питера.
– С файлом все было в порядке.
– Было?
– Теперь он недоступен.
– Вы не сделали копию?
– Разумеется, сделал, сэр, только она тоже недоступна.
– Что значит «недоступна»? Вы потеряли компьютер?
– Нет. И компьютер, и резервный диск у меня, но данные зашифрованы.
– Вы забыли ключ?
– У меня его и не было.
Тут Иванов рассмеялся.
– Я, конечно, не спец по компьютерам… но как так – у вас нет ключа от файла, который вы зашифровали?
– Я его не шифровал.
– А кто? Питер?
– Нет! – воскликнул тот.
– Зула?
– Нет, – хором ответили Питер и Уоллес.
– Разве она не может сказать за себя?
– Мистер Иванов, я его не зашифровывала, – сказала Зула, чем заслужила одобрительный кивок, как гимнаст, ловко приземлившийся на ноги.
– Тогда ху? Кто-то, кого здесь нет?
– В некотором смысле.
Лицо Иванова расплылось в улыбке.
– Вот это уже разговор! Выяснили, откуда ноги растут. Теперь я чувствую себя нужным.
Открылась дверь соседнего помещения. Оттуда вышли двое с заметно похудевшим рулоном и молча спустились вниз. Зула увидела, что вся комната закатана в полиэтилен: один кусок укрывал пол, краями взбираясь на стены, остальные висели по всему периметру и даже на потолке.
– В некотором смысле! – Иванов хлопнул себя по коленям. – Замечательное выражение. – Тут он перестал улыбаться и воззрился на Уоллеса. – Уоллес!
– Да, сэр?
– Сколько человек сегодня прикасались к вашему компьютеру?
– Только один, сэр. Я сам.
– А сколько к тому прекрасному дорогому сейфу?
– Один.
– Тогда ху в некотором смысле зашифровал файл?
– Мы не знаем. Но можем получить ключ. – Уоллес начал заговаривать Иванова: – Вот с их помощью мы добудем ключ…
Иванов обхватил голову руками и уставился перед собой в пол.
Один из помощников вернулся с беспроводной дрелью, паяльной лампой, промышленным скотчем и мотком толстой проволоки, зашел в пластиковую комнату и прикрыл за собой дверь.